Ученик призрака - Елена Усачева

Пращицкий прыгнул к Карасеву и вцепился в его свитер. От неожиданности Толик качнулся назад и вместе с Митькой повалился на стол. Девчонки завизжали. Вслед за ними заорал Пращицкий, на которого свалился чайник. Мурзик в Анькиных руках зашипел и нырнул под диван. Заржал Анисимов. Только Костян с немой покорностью смотрел на разгром в комнате.

– Я тебя сейчас убью! – взвыл Карасев, которому надоели розыгрыши одноклассника.

Но Митька и так глотал слезы от боли.

– Дураки, – всхлипнул он. – Совсем шуток не понимаете.

Он поднял обиженное лицо и вдруг стал стремительно бледнеть.

– Смотрите! – прошептал он. – Смотрите!

– Ну сколько можно придуриваться! – топнула ногой красавица Козина. – Достал уже!

– О-о-он лезет, – хрипло выдавил из себя Митька и задом стал отодвигаться подальше от дивана.

– Хватит из себя клоуна выделывать! – поддакнула Светка.

Леха опять заржал.

Толик бросил взгляд на окно.

Штора еле заметно шевелилась, словно кто-то бегал по подоконнику, не решаясь пройти в комнату. Но вот из-за красной ткани появилась черная кошачья голова с подбитым глазом. И тут же скрылась.

Кот снова пробежал по подоконнику. Замер.

– Ленка! Быстро тащи молоко! – скомандовал Карасев, вставая с пола.

Разговоры смолкли, все уставились на Толика.

Кот снова показался из-за шторы. И, как только Ленка выбежала в коридор, прыгнул в комнату.

– Маркиз! – обрадовалась Козина, появляясь в дверном проеме с пакетом молока.

– Сейчас это не Маркиз, – предупредил Карасев, но было поздно.

Ленка протянула руку к коту, и тот молниеносным движением вцепился в эту протянутую руку когтями. От неожиданности Козина запустила в любимца молоком. Пакет упал, из него полилась белая жидкость.

Светка головой вперед нырнула в шкаф. Анька оказалась под диваном. Пращицкий рвал на себя входную дверь, в панике забыв, как она открывается. Толик подхватил упавший пакет, вытащил из-под столика черепок чашки.

– На, пей!

Анисимов перестал размахивать стулом, которым хотел сбить забравшегося на Ленкины плечи кота.

– Маркиз! – взвыла Козина, пряча исцарапанное лицо в ладони.

– Жри, тебе говорят! – заорал Карасев.

Кот замер. Ему оставалось всего несколько движений, чтобы расцарапать Ленке шею, но он медлил.

– Киска, – снова позвал Толик и поставил черепок на пол. – Иди, покушай. – Он сел рядом с угощением и похлопал ладонью по ковру. – Иди, маленький. Проголодался, наверное.

Кот фыркнул хозяйке в лицо и спрыгнул с ее плеч.

– Смотри, какое вкусное молоко.

Маркиз недоверчиво принюхался к испачканному полу, лизнул пакет, опустил нос в черепок. В молоке мелькнул красный язык.

В комнате воцарилась мертвая тишина.

– Отдохни, – Карасев опустил руку на загривок кота. – Ты среди своих.

Картинка ударила в ладонь. Перед глазами вспыхнул яркий свет. Толик сжал зубы, чтобы не закричать.

– Что? – надрывалась тень Бледного. – Он все еще жив? Но это невозможно! Он должен уже трижды быть мертв! Этот кот нам не подходит. Нам нужен кто-то другой!

– Паша, где ты найдешь другого? – раздался голос со стороны, но кот смотрел на тень Бледного, поэтому брата видно не было. – Это такие дети. Их ничем не возьмешь.

– Кому ты это рассказываешь? – От возмущения привидение стало набухать. – Я что, не знаю этих детей? Я их слишком хорошо знаю!

– Паша, – забеспокоился брат, – я говорил, надо было тебе идти куда-нибудь в другое место. Зачем ты пошел в школу? Это гиблое место. Взрослые на такой работе долго не живут.

– Что ты меня успокаиваешь! – Тень метнулась в сторону, и стало видно вытянутое лицо Бледного-младшего. – Не надо меня успокаивать. Хоть кого-то этот кот убить может? – Призрак Павла Сергеевича навис над котом. – Убей Козину. Это она все начала! Разделаешься с ней, примешься за Карасева. Потом Сухоребрую. Троих для начала будет достаточно. Иди. И без добычи не возвращайся!

Картинка смазалась, и Толик вновь стал видеть свою руку.

– Кушай, кушай! – повторил он, соображая, какую бы команду дать коту. – А потом…

– Стоять!

Сначала Толику показалось, что перед ним вновь вспыхнула картинка. Около шторы висело привидение Бледного.

Надо убрать руку, и видение исчезнет…

Карасев тупо посмотрел на свою руку, которой он опирался об пол. Вторая рука лежала на коленке. Кота он сейчас не касался. А значит…

– Быстро подошел ко мне!

Толик сжался. Полгода он вздрагивал от этого окрика: «Быстро пошел к доске и все решил!» А как решить, если в глазах все двоится от страха?

Кот перестал лакать и покосился на ребят.

– Ты что, паразит, делаешь? – продолжал разоряться Павел Сергеевич. – Тебе что было сказано?

Маркиз поджал ушки и послушно потрусил к привидению.

– Вернись, – позвал Толик. – Ты же поел… Теперь ты наш.

Кот остановился.

– Я кому сказал! – с угрозой в голосе повторил Бледный.

Кот сделал шаг в его сторону и опять остановился.

– Маркиз, – всхлипнула Ленка.

Кот мотнул головой и побежал к хозяйке.

– Вы же обещали, – Козина бесстрашно смотрела на призрак учителя. – Вы сказали, что меня не тронете.

– Я передумал, – противным голосом проблеял Павел Сергеевич. – Я не могу уйти, не отомстив.

– А придется! – Леха медленно поставил чашку на пол. Среди всех он был самым невозмутимым. – Зверь останется у нас, а вы убирайтесь! Вы давно умерли и ничего не можете нам сделать!

– Нет! – истерично взвизгнуло привидение. Будь он человеком, он бы затопал ногами. – Я приказываю тебе – убей их всех!

Услышав эти слова, Ленка испуганно подобралась. Кот, почувствовав ее панику, остановился, изогнул спину и зашипел.

– Поешь еще, – заторопился Толик. Он с трудом разорвал пакет и пододвинул к черным лапам коробку с молоком. – Пей, мы потом еще найдем.

Маркиз попятился от угощения.

– Убей! – повторил свой приказ Бледный. – Сейчас же!

Ленка прыгнула за спину Анисимову.

– Маркиз, ты что, своих не узнаешь? – Голос ее сорвался в истерику.

От шерсти кота полетели искры. Спина выгнулась дугой. Казалось, еще чуть-чуть, и зверь взлетит.

– Что ты медлишь? – Привидение потемнело, из-за чего стали лучше видны его черты лица.

– Не смей! – заорала Ленка, в припадке царапая плечо Анисимова. – Он мой!