Кукла советника - Елена Литвиненко

– Тьфу! Тимар, что такое поросль?

– Словарь где-то там, – меланхолично показал большим пальцем куда-то на полки брат.

– Р-р-р…

Обед прошел еще… хм-м… занимательнее, чем завтрак. Неуклюже орудуя вонюче-мельхиоровой вилкой, я умудрилась загнать кусочек мяса в тарелку с десертом, вывалить на штаны фасоль из подливы и перемазаться, как поросенок. Тимар лишь стонал, закатывая глаза.

Единственным, что не вызвало ни у меня отторжения, ни у него физиономии, будто флюс перекосил, была верховая езда. В седле я держалась как влитая. Вот только силенок затянуть подпругу не хватало, и перед сном, напоследок, так сказать, Тимар заставил меня отжиматься. Что я героически и сделала, аж целых шесть раз. И то с колен.

– А ты сам можешь? – проворчала я, дрожащими руками убирая волосы за уши.

– Пф-ф-ф, – фыркнул Тим, опустился на пол, положив больную ногу поверх здоровой правой. И…

– Двадцать пять, – отжался, оттолкнулся от пола, успев хлопнуть в ладоши, – двадцать шесть… – Хлопок. – Двадцать семь… Тридцать.

Поднялся, одергивая задравшуюся рубашку, сверкнул зубами. Даже не запыхался!

– Р-р-р!

Ненавижу!

Утром болело все.

– Мда, кажется, перестарался, – проворчал Тимар, покусывая губу, когда я не смогла втиснуть распухшие ступни в ботинки. – Ну ничего, разомнешься – полегчает. А пока придется побегать в этом. – И сунул мне нечто, похожее на кожаный носок на толстой подошве.

После пытки под названием «растяжка» я едва разогнула спину и собрала в кучу разъезжавшиеся благодаря шпагату ноги.

На обед была рыба, двузубые вилки и лимон, брызнувший в нос.

А за ужином я уснула носом в тарелку и даже не почувствовала, как Тимар нес меня в спальню и укладывал на кровать.

Следующие дни я различала не по названиям – понедельник-вторник, и даже не по числам декад, а по новым упражнениям и урокам, без конца изобретаемым Тимом. Чего только стоили кошмарные, с моей точки зрения, приседания на одной ноге, когда вторая лежала лодыжкой на скамье! Или выпады с чугунными чушками в руках. Чтобы жизнь медом не казалась, ага. Можно подумать, взбирания по канату вверх на тридцать локтей были для меня марципаном. И все это ежедневное – без единого выходного! – счастье начиналось бегом. Пять кругов Темных, как я их называла. Легкая разминка, говорил, морща породистый нос, Тимар.

Сборник легенд Льетта перевалил за три четверти. Хитрый Тим знал, на какой крючок меня ловить, – драконы! Водные, воздушные, земляные создания эльвов, я влюбилась в истории о них. Прекрасные, разумные, свободные… Олицетворение мудрости, благородства и силы, преданности и величия души, они дарили своим Всадникам бессмертие и вечную молодость.

…последнего дракона убили некроманты Оазисов четыреста лет назад.

На этой фразе я разревелась. Сначала не поверила, ведь как оно бывает в сказках? Героя убили, а он – бац! – и выжил. И оказывается, что он не погиб, а если и погиб, то не он. Бегло просмотрела несколько страниц, историй, глав. Поняла, что это – все. Действительно все, что написано о крылатых зверях. Слезы сами брызнули из глаз. Так горько я не плакала с тех пор, как поняла, что отец не вернется. Так я потеряла еще даже не успевшую оформиться в слова мечту – стать Всадницей.

Тим не позволил рефлексировать слишком долго.

– Заканчиваешь книгу? Хорошо-о-о… Ну-ка, прочти вслух эту страницу.

– Всю? – вытерла я рукавом мокрые глаза.

– Всю.

– …Молодец, – потрепал меня брат по затылку, когда я закончила. – С завтрашнего дня два часа в день на каллиграфию, два на математику и час на лизарийский.

– А читать когда?! – чуть не свалилась с подоконника я. – Ты же выходной обещал, когда я закончу книгу!

– Так я и не отказываюсь, – с хрустом потянулся Тим. – У тебя же есть свободное время – вот и читай. Только из библиотеки книгу не выноси. Она дорогая, испортишь – не расплатимся. А пока собирайся, пойдем на лошадях покатаемся.

– Я. Тебя. Ненавижу!

– Ты меня любишь, – засмеялся Тимар.