Рысь Господня. Идущие следом - Игорь Негатин

– Уверен, – кивнул я и перекрестился.

– Она больше не являлась вам в ночных сновидениях?

– Нет.

– Вот и славно. Мне бы не хотелось, чтобы это привидение оказалось здесь и привнесло в нашу жизнь новые беды и несчастья.

– Разве это возможно?!

– Почему бы и нет? – удивился Орландо. – Знавал одну даму, которая после своей смерти обрела скверную привычку выходить из портрета и бродить по коридорам замка.

– Помилуй меня, Господи…

– Да, изрядно интересная история… – прищурился шевалье.

– Расскажете?

– Если вам любопытно.

– Разумеется!

– Извольте, – он пожал плечами. – Не буду называть провинцию, но это и не столь важно. Один дворянин обратился к отцу Хьюго с тайной просьбой провести обряд очищения замка, в коем объявилась неприкаянная душа. Аббат, как это частенько бывало, попросил меня отправиться в эти владения и подготовить всё необходимое. Когда я прибыл в замок, мне показалось странным, что призрак столь избирателен в своих поступках.

– Избирателен?

– Именно! Призрачная дама никогда не являлась гостям и челяди. Разве что какой-нибудь припозднившийся гуляка мог увидеть лёгкий, почти незримый силуэт покойной хозяйки, прогуливающейся по галереям и коридорам. Между тем… – шевалье де Брег сделал паузу и назидательно поднял руку. – Привидение было невероятно озлоблено на новых хозяев, кои наследовали эти земли. Оно несколько раз роняло на них вазы, цветочные горшки, а один раз даже сбросило голову кабана, едва не покалечив молодую супругу этого дворянина. Не буду вспоминать всех подробностей, но мне удалось прояснить причину этой ненависти.

– Сей дворянин приложил руку к смерти прежней владелицы? – спросил я.

– Вы становитесь циником, Жак де Тресс! – прищурился шевалье. – В вашем возрасте это вредно, но вы правы в своём предположении.

– Что же вы предприняли?

– Добился свидания с этой дамой! Согласитесь, было бы неприлично не оказать уважения настоящей Хозяйке. Я узнал, что призрак, выходя из портрета, совершает ночные прогулки и обязательно проходит через комнату, где выставлены охотничьи трофеи. Занял одну из лавок и дождался полуночи…

– Господи…

– Как и надеялся, эта дама появилась. Я вежливо поклонился и сказал, что, если ей будет угодно, то о преступлении узнает аббат, но мне не хватает доказательств, дабы изобличить злодея.

– Неужели вам не было страшно?

– Жак… Не буду лукавить, но в моей жизни бывали встречи и пострашнее этой.

– Что было дальше? Неужели она ответила?

– Призраки не умеют вести бесед, – наставительным тоном заметил шевалье. – Они могут лишь выразить согласие или же ответить отказом, а для этого достаточно жеста. Чего я и дождался от барон… этой дамы. Она кивнула и предложила следовать за ней. Раздери меня дьявол, но эта женщина даже в своём призрачном обличье сохранила красоту. Она двигалась с непередаваемым величием!

– Я бы умер от страха!

– Она подвела меня к своему портрету и указала на блюдо, изображённое рядом с ней. Блюдо с персиками.

– Женщина была отравлена?

– Вы совершенно правы! Наутро я обратился к хозяину замка и сообщил, что вынужден вернуться в монастырь, дабы сообщить аббату все подробности, но совершил одну ошибку.

– Какую?

– Я был слишком молод и несдержан. Уходя, предложил ему не увлекаться персиками. Как говорили древние – sapienti sat – умному достаточно. Этот сударь был так рассержен, что предложил мне убираться, и чем скорее, тем лучше. Мало того – он приказал челяди догнать и убить шевалье де Брега, который каким-то чудодейственным образом узнал его тайну. Увы, но слуги, отправленные в погоню, исчезли без следа, а отец Хьюго, выслушав мой рассказ, так разозлился, что хотел отлучить этого дворянина от церкви, но не успел воплотить свои угрозы…

– Почему?

– Спустя три недели дворянин был найден мертвым. Одна из потолочных балок треснула и рухнула прямо на его ложе, раздавив не только его самого, но и молодую супругу. После этого привидение больше не показывалось, а историю предали забвению.

– Невероятно… – прошептал я.

– Ничего невероятного, мой юный друг, в этом нет! Пусть сие покажется вам греховным, но живые и мёртвые никогда не утратят связи. Знаете ли вы, что на землях сарацин человек не считается умершим, пока цела его могила? Если человек живёт в памяти потомков, то его душа продолжает жить, а зачастую и защищать своих близких. Не удивляйтесь! Этому есть множество свидетельств, кои признаны даже слугами Господа нашего Иисуса Христа. Что касается сарацинских традиций, то я считаю их разумными и достойными подражания.

– Вы говорите ужасные вещи, шевалье!

– Пустое! Меня больше интересует другое… – Орландо де Брег замолчал и нахмурился. Подкрутил усы, а потом положил руки на пояс:

– Как вы думаете, Жак, зачем Святому Трибуналу понадобились остальные гобелены?

– Понятия не имею… – протянул я и покачал головой. – Может быть, в записях графа есть объяснение этому поступку?

– Это выглядит весьма странным, – продолжал рассуждать де Брег. – Если карта состоит из трёх частей, то почему управляющий прятал только один из гобеленов?

– Значит, тому была причина.

– Возможно, в дневниках и записях существует некая тайнопись, о которой неизвестно управляющему. Не думаю, что граф Арно так безоговорочно доверял старцу, дабы передать ему все ключи к этой тайне. Такое доверие, учитывая наши приключения, слишком опасно. Если бы управляющий доподлинно знал о тайне Буасси, то его давно бы доставили в Святой Трибунал, а затем, как это было с Гуарином Грандом, выведали бы все подробности. Под пытками или без оных, но старик рассказал бы всё! Поверьте, я видел множество крепких мужчин, но ни один из них не выдерживал дознания в Святом Трибунале.

– Это значит, что без дневников мы ничего не узнаем, – развёл руками я.

– Поживём – увидим, – сказал де Брег. Он проводил одну из служанок своим кошачьим взглядом и хмыкнул. – Ступайте собирать вещи, а я скоро вернусь…