Земля Павшего - Виктор Ночкин

– Мужчина неловко себя чувствует, когда на нем нет брюк.

– Ну, не скажи... Я, к примеру... вполне, так.

– В постели? Это совсем другое дело.

Годвин немного подумал и согласился. Мальчишку распяли на стене – так, чтобы он оказался напротив сидящих за столом. Уцелевшую посуду снова расставили, а на половину стола, не прикрытую скатертью, вывалили острые, зазубренные и хищно изогнутые железки из подвалов Сигварда. Вид пыточных приспособлений должен был подсказать пленнику верную линию поведения. Затем Годвин с Джегедом уселись за стол. Колдун налил вина и кивнул старику в сером:

– Если госпожа спросит, у нас все готово. Да, и пусть разведут пламя в камине.

– Прикажете раскалить щипцы? – уважительно поклонился слуга.

– Нет, просто не хочу, чтобы ребенок простудился.

Вскоре появилась Инига. Она переоделась в прежнее, более удобное, широкое платье. Волосы наспех стянула на затылке. Мужчины встали. Джегед наполнил третий кубок.

Осмотрев зал, хозяйка немного задержала взгляд на юном пленнике.

– У вас все готово? – В голосе слышалась неуверенность.

Инига лишь изображала образцовую ведьму, на самом деле она не имела ни малейшего представления, как следует подойти к делу. К тому же ее смущала нагота пленника. Джегед хотел успокоить девушку, но тоже не знал, как подступиться, поэтому протянул ей вино:

– Выпьем за Сигварда из Серой Чайки! Его боялись.

Инига взяла кубок и неожиданно шмыгнула носом. Горячка погони и схватки улетучилась, теперь девушка осталась сиротой и повелительницей огромного замка...

– Все будет хорошо, – ободряюще кивнул Джегед. – Мы отомстим за деда. Вот только узнаем, кто несет ответ. Выпей, это поможет.

– А... этот? – Девушка обернулась к пленнику.

– Он никуда не уйдет. – Годвин уже осушил кубок и вовсю налегал на мясо. – Джегед, когда ты его расколдуешь? Мне не терпится приступить к допросу.

– Сейчас, сейчас... дай перекусить.

Утолив голод, троица подошла к пленнику, безвольно обвисшему на цепях. Джегед держал в руках кубок, Годвин ловко вертел между пальцами острый кинжал. Инига волновалась и старательно изображала хладнокровное спокойствие.

Джегед отхлебнул вина, протянул руку к пленнику и, прочтя короткое заклинание, ткнул мальчика в лоб. Троица отступила и уставилась на жертву. Пленник тяжело вздохнул, ресницы затрепетали – он приходил в себя.

– Итак, что мы здесь видим? – громко произнес Джегед, поднося кубок к губам.

Веки паренька дрогнули. Он из-под опущенных ресниц разглядывал мучителей, притворяясь, будто по-прежнему без сознания.

– Маленького остолопа, которого обвел вокруг пальца некий прохвост, – бодро отозвался Годвин. – Как ты думаешь, сколько ему заплатили?

– Откуда я могу знать, почем нынче дураки? Недорого, я думаю.

– Вы несправедливы к нему господа, – подхватила Инига. – Он хорошенький. Я бы за такого отдала груду серебра.

Девушка прикоснулась кончиками пальцев к щеке пленника. Тот едва заметно вздрогнул.

– Хорошенький, свеженький... – пропела Инига, – невинный мальчик.

Пальцы девушки скользнули вниз, медленно пробежали по груди, по ребрам, немного задержались... прикоснулись к тощему животу. Мышцы рефлекторно сократились, мальчик вздрогнул, загремели цепи. Инига провела рукой еще немного ниже, затем отступила и выдавила улыбку.

– Бедное дитя, его обманули, подставили, обвели вокруг пальца. Посулили денег, чтобы он проник в Серую Чайку и был обнаружен в тот миг, когда мой безумный дед сделает последний шаг... и все за гроши, за жалкие гроши!

– Я не за деньги! – выкрикнул пленник, гремя цепями и ерзая спиной по камням, на которых был распят. – Это месть! Месть проклятому Сигварду! Я – законный хозяин Серой Чайки! Сын Морогана! Слышите, вы, мерзавцы, твари, проклятые колдуны!

– По-моему, он слишком громко орет, – поморщился Джегед. – Я слыхал, что у Морогана не было детей.

Годвин обернулся к столу и подобрал салфетку.

– Моя мать была беременна, когда Мороган услал ее за море, в империю!.. Бу... бу.. ву...

Скомканная салфетка заглушила крики.

– Давайте возвратимся к столу и выпьем за упокой славного Сигварда, – предложил Годвин. – А потом я хочу послушать твою, Джегед, версию событий. Я знаю, у тебя всегда наготове ответ. А потом займемся мальцом, меня заинтересовали кое-какие из железок на этом столе. Здесь есть по-настоящему редкие вещицы! Теперь ничего похожего не делают, а в старину знали толк в подобных штуках!

Инига взглянула на Джегеда, тот украдкой подмигнул – мол, все идет как надо. Троица снова расположилась за столом. Инига с заметным усилием делала вид, будто ее забавляют рывки и мычание пленника, мужчины притворялись лучше.

– Это правда, насчет беременной жены Морогана? – спросил девушку Джегед.

– Не знаю, я не слыхала такого. Но вполне возможно, что моя тетка родила за границей, и это ее щенок. Мой двоюродный брат, значит. Ну, так что же с башней Скарлока?

Собеседники уставились на Джегеда. Тот подлил вина себе и Иниге, откинулся на спинку стула – как и положено признанному мастеру-рассказчику, который любит, чтобы его упрашивали.

– Давай уж начинай, – подбодрил приятеля Годвин.

– Итак, нашего юного друга наняли, чтобы он поучаствовал в грязных делишках. Меня вовсе не заботит сумма его гонорара...

Пленник замычал.

– Он хочет сказать, что не взял ни гроша, а, напротив, участвовал в деле из благородных побуждений, отстаивал родовую честь, мстил за покойного отца и все такое прочее, чем утешают себя пойманные разбойники. – Джегед краем глаза следил за мальчишкой – тот реагировал, как и было задумано. – Итак, истинный виновник гибели наших родичей, госпожа Инига, велел юноше остановиться в трактире славного города Скарлок. Ничего ему не нужно было делать, просто оставаться там и показаться как можно большему числу свидетелей. Ну, еще бы, приметный малец, один, без взрослых, да еще слова выговаривает не по-нашему, с акцентом! Разумеется, сопляка запомнили! Да, и карта! Ему велели приколоть к столу карту с отметками... Потом нанявший его подонок убил моего несчастного брата Каспера, искалечил племянника... и, что немаловажно, оставил в мертвой руке жертвы клочок черной ткани. Вот этот.

Джегед швырнул на стол улику и подлил себе вина. Годвин с Инигой принялись разглядывать огрызок материи с притворным интересом.

– Наутро после покушения нашему юному другу было велено проваливать из Скарлока. Его отъезд выглядел так, будто он убрался, потому что сделал все, что требовалось, а, напомню, в ночь накануне погиб мой брат.

Мальчишка перестал возмущенно дергаться в оковах – его заинтересовал рассказ колдуна. Джегед сделал глоток и продолжил: