Родная кровь - Вадим Панов

Гнев в глазах Велены сменился плохо скрываемым интересом. Она хорошо знала Лютополка и, представив, что ждёт Турчи, даже пожалела шаса. Но серебряное сердце ведьмы не создано для жалости, она удерживается в нём не дольше дождевой капли. Велена повела плечиками, стряхнув неприятное чувство. Святомир убрал руку с сиденья, и она с показной обидой поправила волосы.

– Если ждёшь восторгов – не надейся, – объявила Велена. – Исправить собственный косяк – не победа. Тем более что ты толком ещё ничего не исправил. Лютополк – как хорошая дубина. Одним концом стукнешь шаса, другим самому в лоб прилетит.

Люд криво усмехнулся и набрал номер. Велла откинулась на спинку сиденья, повернула к себе зеркало заднего вида и принялась лениво поправлять причёску. В её душе ещё клокотал гнев, но Святомир был прав: она не купила бы у девчонки книгу, если бы рядом не было люда. Просто не поняла бы, что потрёпанный томик может быть кому-то интересен.

Велена бросила взгляд на сумочку у себя на коленях, из которой выглядывал уголок телефона, но решила со звонком повременить и стала с интересом прислушиваться к доносящимся из трубки Святомира воплям разъярённого Лютополка, обещавшего укоротить загребущие руки Турчи. Святик натурально притворялся жертвой обстоятельств и жадного шаса. Наконец разговор, больше похожий на длинный нецензурный и слишком эмоциональный монолог Лютополка, завершился. Святомир провёл широкой ладонью по волосам, позволив себе, наконец, чуть расслабиться и улыбнуться. Велена невольно улыбнулась в ответ: Турчи определённо ждала непростая неделька.

– Не ошибается тот, кто ничего не делает. Все допускают ошибки, вопрос лишь в том, как быстро они исправляются, – самодовольно проговорил Святомир.

– Ты выучил сборник крылатых выражений?! – фыркнула ведьма.

– Все свои мудрости челы из века в век воруют у действительно мудрых, так что не обольщайся. Большая часть этих книжонок, которые так любят дураки, по любому поводу норовящие блеснуть цитатой, всего лишь перевранные фрагменты высказываний правителей Великих Домов.

– Удивительно, – ядовито заметила Велена, – кто-то из нелюдей позволил себе признать за своей непогрешимой персоной способность ошибаться. Я почти потрясена.

Святомир попытался притянуть её к себе на колени, но двухместное авто не предполагало таких игрищ, особенно если хозяин обладал мощной фигурой Святомира. Велена погрозила ему пальчиком и кивнула на идущих мимо прохожих.

– Давно ли ты стала такой скромницей, Велл? – хохотнул Святомир. Его ладонь двигалась по внутренней стороне бедра ведьмочки, и Велена не торопилась её оттолкнуть.

Она знала, что будет дальше: сейчас люд велит ей навести морок, который не позволит увидеть происходящее в машине. Или около неё. Или на капоте… Святу нравилось разнообразие. Нравилось брать то, что он хочет, тогда, когда он хочет, а ей…

Однако приказа не последовало: в кармане люда зазвонил телефон.

– Да?

Голос в динамике прозвучал настолько тихо и вкрадчиво, что ведьма, хотя и старалась, не разобрала ни слова. Или же абонент на том конце провода позаботился о том, чтобы его услышал только Святомир. За всё время разговора люд произнёс лишь пару коротких фраз, а в основном слушал и задумчиво кивал, словно собеседник мог его видеть. При это становился всё более мрачным.

– Что случилось? – спросила ведьма, как только люд нажал «отбой» и бросил телефон ей на колени, в раздражении вцепившись обеими руками в руль.

– Планы изменились, милая, – сквозь стиснутые зубы процедил Святомир, совершенно утративший желание развлекаться. – Сейчас ты позвонишь маникюрше и назначишь новую встречу.

– Да что случилось?!

– Это был Ашрав Турчи, – мрачно проговорил Святомир. – Предлагал стать компаньонами и выкупить книгу на паях. Сказал, что, если соглашусь, через полчаса у меня в почте будут все документы по легенде, связанной с этой книгой, какие ему удалось найти в архивах.

– Но это же совсем неплохо, – выдохнула Велена с облегчением. – Можно для вида взять его в долю. Лютополк всё равно не даст шасу шагу сделать из города, пока не будет уверен, что тому не достанется «Лавка». Мы получим информацию, книгу, а потом придумаем, как половчее кинуть шаса. Главное – не заключай контракт и не давай заклятие обещания.

– Лихо ты всё решила, Велл, но поверь: обыграть шаса непросто, – вздохнул Свят. – Но дело не в этом.

– А в чём?

– Если Ашрав предлагает дружбу, если заговорил без обиняков и признал, что книга чего-то стоит, – значит, уверен, что уже нас обыграл.

Велена не стала углубляться в расспросы. Просто взяла свой телефон, набрала номер и самым безмятежным голосом прощебетала:

– Настя? Прости, дорогуша. Это снова я, Велена Львовна. Сегодня столько всего переговорили, а я совсем забыла спросить. Ты ведь ещё не заложила те чудные серёжки с гранатами? Может, уступишь их мне? Вечером Святик встречается с какими-то своими коллегами, и серёжки идеально подойдут к моему коктейльному платью. Нет-нет, никакой благотворительности. Во всяком случае, с моей стороны. А ты бы меня просто спасла от необходимости бегать по ювелирным магазинам в поисках подходящих украшений. Если не хочешь продавать, можешь хотя бы одолжить на вечер? Я заплачу… Где ты сейчас? Сняла новую квартиру? Молодец. Говори адрес.

* * *

Настя бросила телефон в закрытое чехлом кресло и снова погрузилась в чтение, тотчас забыв, что несколько секунд назад договорилась о новой встрече.

От антиквара и Велены она, решив не откладывать в долгий ящик, отправилась в салон, где благополучно уволилась, выслушав напоследок тираду о неблагодарных девках. После чего поехала на квартиру с намерением подготовить жильё к приезду сына, решить, что необходимо купить и о какой помощи попросить Екатерину Фёдоровну, которая уже звонила, сообщив, что приготовила к отправке на квартиру «четыре совершенно новые подушки, два пуховых одеяла и два байковых, постельное бельё – ты только ничего не вздумай покупать, всё есть! – и кое-что из посуды». Настя даже растрогалась от такого проявления заботы.

Однако в висках настойчиво, заглушая все другие мысли и желания, стучала оглушительным ритмом одна-единственная мысль: «Никто не может прочесть этот дневник. Никто, кроме тебя. Значит, то, что в нём написано, адресовано именно тебе, Настя. Ты должна прочитать его до конца».

Она даже сунула дневник таксисту, спросив, понимает ли он, что написано на первой странице, но водитель только фыркнул и сказал, что «по-нерусски не учился».

Поднявшись на третий этаж, Настя вошла в квартиру, думая только об одном – она должна как можно скорее засесть за чтение. Она никогда не верила в чудеса, даже предположить не могла, что её бабушка – настоящая ведьма, однако странная книга заставила её усомниться в этом.

Книга, которую никто, кроме неё, не мог прочесть.

«Может, бабушка Соня всё-таки была… ведьмой?» – последнее слово Насте далось с трудом даже в мыслях. Не могла бабушка так её обмануть. Не стала бы обманывать всю Настину жизнь, если только не старалась от чего-то защитить. Об этом говорил Лисин, но верить красавчику капитану глупо…