Западня - Алекс Орлов

Вопреки опасениям, в этот день на Джека и Барнаби никто не напал ни в обед, ни вечером. Если, конечно, не считать атак Сильвии и ее матери Грейс. За обедом они одновременно пытались заигрывать с ним под столом. При этом случился конфуз – они столкнулись ногами.

Джек и Барнаби были свидетелями того, как на лицах женщин появилось сначала недоумение, а затем они полыхнули одна на другую яростными взглядами и усиленно заработали столовыми приборами.

Как ни тяжело было для Джека и Барнаби общество этих дам, приходилось их терпеть. Вчетвером они ходили с яруса на ярус, и Джек угощал всех пивом и морскими салатами. При каждом удобном случае Грейс и Сильвия хватали его за самые разные места, на что Джек отвечал только вымученной улыбкой.

В конце концов он притерпелся и уже не разбирал, кто схватил его в очередной раз, – Грейс или Сильвия.

Ближе к вечеру все четверо пошли смотреть «реалистическое голографическое шоу». Пока публика наслаждалась видами водопадов и вдыхала запаховые иллюзии, Джек и Барнаби зорко смотрели по сторонам, чтобы враги не зашли сзади и не ткнули им шило в спину, пользуясь всеобщим оживлением.

Поскольку в холле было полутемно, Грейс вместо Джека схватила постороннего мужчину, пришедшего на шоу с супругой.

Случился маленький скандал, который удалось быстро уладить. Пострадавший сказал жене, что «наверное, ему показалась».

После шоу напарники проводил дам до их каюты и возвратились в свою, чтобы провести очередную проверку закоулков и пораньше лечь спать.

Наступило утро второго дня полета. Когда Джек с Барнаби пришли на завтрак, Грейс с Сильвией за их столом уже не оказалось. Они сидели неподалеку в компании двух молодых длинноволосых парней.

За столиком шла живая беседа, в которой участвовали все четверо. Они понимали друг друга с полуслова и вскоре ушли, даже не закончив завтрак.

Джек с Барнаби проводили их равнодушными взглядами – они больше интересовались Жофре и Сутулым. Чувствовалось, что между этими двумя командами назревает генеральная битва. К недоумению официантов, они не решались повернуться друг к другу спинами и сидели фронт к фронту – впившись в противника глазами. При этом каши и салаты жевали с таким остервенением, словно вгрызались в плоть врага.

Иногда они вспоминали о Джеке с Барнаби и чуть косились в их сторону. Жофре с некоторым сомнением во взгляде, а Сутулый уже более внимательно, чем прежде. Должно быть, выходка Барнаби с проверкой шпиона Сутулого заставила их сделать какие-то выводы.

– Может, зря ты его вчера напугал? – произнес Джек, ковыряясь деревянной палочкой в морском салате.

– Может, и зря, – пожал плечами Барнаби. – Но если мне придется столкнуться с этим парнем, я уже буду знать, что делать.

– А что делать?

– «Вязать» надо. Он очень быстрый.

– Надо бы тебе нож достать.

– У меня есть нож.

– Этот слишком маленький. Тебе нужен настоящий нож, вроде того, с которым ты за линию фронта ходил. «Гроувер», кажется?

– «Гроувер», – подтвердил Барнаби, и на его лице появилась ностальгическая улыбка. – У меня его при обыске забрали. Когда из армии выгоняли…

– С ним ты был непобедим.

– Почти непобедим.

– Что значит «почти»? Раза три получал порезы, и все…

– Это еще до тебя было, на Тризере. Я тогда полостное ранение получил – на «джирга» какого-то нарвался. Быстрый был, сволочь, как бритва. Второй раз – в драке с местными в увольнении, в спину засадили…

– В увольнении не считается.