Витязь. Тенета тьмы - Наталья Нестерова

– Я не собираю отряд, – легко сказал Тайтингиль. – Со мной поедет Ринрин и один дверг, которому по пути в Тенистую Пущу, просто по пути. Ты не поступаешь под мою руку, Лантир, а следуешь рядом по приказу своего властителя.

– Ты не принимаешь командование надо мной?

– Воздержусь.

Лантир более не высказывался, но Котяра временами ощущал на спине его колкий взгляд.

В спокойствии и исключительной стати кобылы вскоре обнаружился подвох. Она ела все, что видела, вырывая повод из непривычных к конским штукам лап, хотя и послушно следовала за остальными, не отставая.

– Хв-ватит жрать! – возмущенно пыхтел Котик. – Прорва! Я буду звать тебя Винни Пух. Застрянешь между двумя стволами, будешь знать… кобыла Винни Пух, она, да… Эх, жаба белоглазая, инопланетная, где-то ты теперь… Скучно без тебя.

– Мы обязательно отыщем Мастера Войны.

Так выехали из городских врат.

Вскоре послышался бодрый бой копыт, и Котик увидел верхового, во весь опор мчащегося к ним. Компактный всадник осадил коня подле отряда, и орк рассмотрел молодого чернявого дверга приятной, но какой-то крайне неприметной наружности, в простой, добротно сшитой дорожной одежде.

– Вайманн, – сказал прибывший, слегка поклонившись. Цепкие глаза пробежали по всем попутчикам, остановились на Тайтингиле. – Иррик. Приветствую тебя, светлейший, и поклон тебе от почтенного Грашааля. Я тот скромный сын ювелира, о котором он говорил тебе; с твоего позволения пойду с вами до Пущи.

Эльф кивнул.

– Почту за честь разделить дорогу с достойным двергом.

Остаток дня прошел вполне благополучно. Отряд передвигался шагом, периодически переходя на рысь, и тогда округа оглашалась звонким орочьим ойканьем и последующим протяжным нытьем. Дверг вполголоса беседовал с Тайтингилем, Азар на тихих аллюрах поставил целью поразить эльфийку умом и сообразительностью, хмурый Лантир молча замыкал строй, сверкая волосами, плащом и очами.

Начало смеркаться; стали искать место для привала. Тайтингиль указал на лесную опушку недалеко от дороги, туда путники и направили коней. Стали расседлывать – Ринрин без лишних слов пришла на помощь запутавшемуся в пряжках и ремнях орку, потом собрала животных и увела к воде. Дверг взялся за притороченный к седлу тюк и раскинул довольно вместительный шатер. Азар по указанию витязя пошел в лес за хворостом и сухими стволами для разведения костра.

Лантир вынул из колчана лук, приладил тетиву.

– Пока не пала тьма, я добуду пару гусей у реки, – сказал он, обращаясь к Тайтингилю. Тот молча кивнул.

– Отдохни с дороги, светлейший, – предложил Иррик. – Всем нужен отдых в пути… а тебе особенно.

Послышался треск – орк уже пер обратно через кусты, в каждой лапе у него было по сухой ели. Шлем съехал на нос, и Азар спотыкался почти на каждом шагу, чертыхаясь и причитая. Подоспевшая эльфийка со смехом бросилась ему помогать.

– Сейчас бы селфи в «Инстаграм» запостить в таком виде, – бурчал Азар. – Тут с одной этой каски пятьсот лайков можно собрать.

– Лайки – это ягоды в твоей стране? – спросила Ринрин.

– Грибы, – хмуро ответил орк и галантно передал ей менее увесистую дровину.

Силы в легком жилистом теле оказалось немало, в четыре руки они совладали с бревнами и сложили костер. Ринрин достала кресало, и под восхищенные комплименты Азара огонь весело заплясал на дровах. Из совсем уж сгустившейся тьмы вышел черноволосый эльф с увязанной на гибкой ветке парой крупных гусей.

– Славные тут луга в пойме, – сказал он, – но дичи почти нет, это странно. Будто кто-то…

– Я бы не советовал блуждать ночью в этих краях, – негромко сказал дверг. – Не советовал бы. Раньше они были благими, еще совсем недавно. Но это раньше.

– Мы не станем, – ответил Тайтингиль. – Никто более не будет отходить отсюда. Кони пасутся неподалеку, здесь горит огонь. Сейчас будет трапеза, а потом отдых, мы не желаем рисковать без меры.

Ощипанных и опаленных гусей орк густо натер набранными в перелеске ягодами, размяв их в лапе, а Ринрин дала соли и немного сухих приправ. Свежая, нагулявшая к осени жирок дичь запеклась, и с вынутым из седельных сум эльфийским хлебом, двергской пряной солониной, крупными осенними яблоками, напоминающими антоновку, с ломтиками спелой медовой тыквы была съедена путниками очень быстро.

– Я побуду на страже, – наконец сказал Лантир. – Нужно спать. Дела вроде и не гонят нас…

– Гонят, – отозвался Тайтингиль и встал, чтобы пройти к воде – умыть лицо и руки.

– Спасибо за угощение, – откликнулась Ринрин. – Лантир, я посижу с тобой.

Эльф вернулся и растянулся в шатре всем длинным, узким, сильным телом. Котик, переваривая плотный ужин, возился на расстеленных плащах и пушистых шкурах рядом с ним.

– Тай…тингиль, н-ну…

– Что тебе?

– Что говорила тогда Рин…рин? Морда симметричная, и все такое?

Тайтингиль подпер рукой голову.

– Орки, если мы о них, есть разные. Сами они летописей и историй не вели, но другие народы что-то помнят об этой напасти. Самые крупные и мощные – скальные. Они живут в Серых Россыпях, и осталось их немного. Во всех армиях Темных скальные орки воевали как начальники, а некоторые семьи, к которой относишься и ты, были знамениты не менее иных эльфийских королей.

– Это хор-рошо же? – муркнул Котик. – Но Рин сказала – глупый, глупый, н-ну…

– Нет, скальные, как правило, умны. Однако эльфийке это незачем говорить орку. У них правильные симметричные тела и более-менее единообразный склад морды… лиц. Мрир считал, что скальные орки или были изначальными жителями Эалы, еще до эльфов, понимаешь?.. Или пришли сюда из иной складки.

– Так.

– Другой народ – орки обычные, – тихо сказал Тайтингиль. – Их еще называют искаженными. Один из сильнейших властителей прошлого, великий дух, восстававший против Сотворителя Всего, не имея своего дарования творить жизнь, наловил детищ более удачливых духов – людей, эльфов, гномов, пытал их и мучил, пока они не превратились в нечто иное. Орки искаженные не имеют симметричного тела, а если кто-то рождается с двумя одинаковыми сторонами лица и тела, ему завидуют и, как правило, убивают свои же. Таких большинство: среди них есть глупые, что гибнут через пару лет после рождения, а есть мудрые, которые делаются военачальниками. Они могут быть маленькими или крупными, мощными, как ты, и даже больше, но о них нельзя судить по внешнему виду. Этот народ, понимаешь, придумала и вывела злая воля на потребу своих нужд. Как Цемра, которая пыталась сделать себе и народ, и детей, и армию разом…

– Так. Я понял… пррро симметрию. Не рассказывай, аж затошнило. А еще кто у вас тут… водится?

– Горные гоблины. Они размером с двергов или мельче. У них чем крупнее – тем более знатен гоблин, самый большой под каждой горой – король. Гоблины, считается, родились из подгорной тьмы и грязи. Дверги верят: когда Сотворитель Эалы поручил великому каменному духу-праотцу лепить их, тот позабыл обжечь часть заготовок – из них и вышли гоблины, а из обожженных – сами дверги. Гоблины многочисленны, но не слишком сильны и умны, у них тонкая кожа и легко умирающие тела. Но они могут быть очень опасны в пещерах. Я хочу спать, Кот.