Двурожденные. Книга 3. Браслеты Скорби - Брендон Сандерсон

– Система с общим центром абсолютно логична, – возразил Вакс.

– А еще позволяет нам брать налоги практически со всего, что продают и покупают в Бассейне, и, таким образом, налоги с отдаленных городов взимаются дважды. Сначала на поддержание железнодорожных линий, а потом за все, что мы вынуждаем провозить через столицу. Они годами пытаются добиться строительства линий, идущих кольцом по Бассейну, но пока получают лишь отказ.

– Хм… – Вакс в задумчивости откинулся на спинку сиденья.

– И с реками дела обстоят не лучше, – продолжала Стерис. – Конечно, не от нас зависит, как проходят их русла. Но все реки текут в Элендель, а в нашем ведении находится водный транспорт. Между городами есть дороги, но они ужасно неэффективны по сравнению с водными и железнодорожными путями, так что тарифы Эленделя влияют на цены по всему Бассейну. В результате никто не может сбить цены на товары, которые производятся в городе, но зато товары, которые Элендель не производит, продаются в нем со скидкой.

Вакс медленно кивнул. Он кое-что слышал о жалобах отдаленных городов. Но читал лишь то, что по этому поводу пишут в газетах Эленделя. Разъяснение Стерис заставило поразиться собственной близорукости.

– Мне следовало быть внимательнее. Возможно, надо поговорить на эту тему с Араделем.

– Вообще-то, у Эленделя есть причины поступать именно так. – Стерис отложила томик в обложке и встала, чтобы достать сумку. Вакс бросил взгляд на книгу – в ней была закладка. Потянулся, но поезд внезапно тряхнуло, и Стерис шлепнулась на свое место, поставив сумку поверх томика. – Лорд Ваксиллиум?

– Прошу прощения. Продолжай.

– Ну так вот, губернатор и Сенат хотят, чтобы обитатели Бассейна ощутили себя единой нацией, а не разделились на множество городов-государств. И используют экономику, чтобы подтолкнуть отдаленные города к принятию централизованного правления в обмен на сниженные тарифы. Даже Арадель, будучи умеренным либералом, признал, что для Бассейна в целом это хорошо. Разумеется, благородные Дома заботит не столько единство, сколько преимущества торговли в условиях, когда другую сторону держат мертвой хваткой.

– Выходит, и я получаю эти преимущества?

– Получаешь ли ты? – переспросила Стерис. – Да ты практически процветаешь благодаря им, лорд Ваксиллиум. Твои текстильные мануфактуры и заводы по металлообработке сильно пострадали бы, не будь этих тарифов. Ты дважды проголосовал за то, чтобы оставить их без изменений, и один раз – чтобы повысить.

– Я… правда?

– Ну я-то проголосовала. Ты ведь попросил меня заняться вопросом участия твоего Дома в голосовании…

– Да, знаю, – со вздохом признал Вакс.

Поезд покачивался на рельсах, снизу раздавалось ритмичное глухое постукивание. Вакс снова повернулся к окну, но никаких населенных пунктов они сейчас не проезжали, поэтому там было темно.

Туман этим вечером не появился.

– Что-то не так, лорд Ваксиллиум? – спросила Стерис. – Стоит нам заговорить о политике или бухгалтерии Дома, ты делаешься отрешенным.

– Это потому, что время от времени я ощущаю себя ребенком, Стерис. Пожалуйста, продолжай свои разъяснения. Мне еще многое предстоит узнать. Не позволяй моей глупости тебя обескуражить.

Стерис подалась вперед и положила свою руку поверх его руки:

– Эти шесть месяцев были слишком тяжелыми. Неудивительно, что у тебя пропал интерес к политике.

Вакс продолжал смотреть в окно. После первой смерти Лесси он потерял себя. На этот раз он сказал себе, что подобное не повторится, и сосредоточился на работе с констеблями. Загружал себя, как мог, лишь бы не оставалось времени на ту меланхолическую бездеятельность, которая охватила его, когда он утратил Лесси впервые.

– И все же я был дураком. Хотя есть и другая причина. Стерис, я никогда не разбирался в политике, даже когда этого требовал мой долг. Возможно, мне не хватает способностей для подобных вещей.

– За месяцы, проведенные вместе, я узнала тебя как необычайно умного человека. Головоломки, которые ты разгадывал у меня на глазах, ответы, которые ты находил, справляясь с нелегкими задачами… Они, по меньшей мере, замечательны. Ты, вне всяких сомнений, способен позаботиться о своем Доме. Прошу прощения, но я бы сказала, что дело не столько в твоих умственных способностях, сколько в том, что тебя волнует.

Вакс посмотрел на нее с улыбкой:

– Стерис, ты прелестна. Как мог кто-то когда-то решить, что ты зануда?

– Но я действительно зануда.

– Чушь.

– Даже когда я попросила тебя проверить список вещей для путешествия?

Список был длиной в двадцать семь страниц.

– До сих пор не могу поверить, что ты распихала все это по нашим сумкам.

– Все? – Стерис моргнула. – Лорд Ваксиллиум, но я далеко не все взяла с собой.

– Но список-то сделала?

– Чтобы прикинуть, что может нам понадобиться. Я чувствую себя спокойнее, если происходит неприятность, о возможности которой я уже поразмыслила. По крайней мере, если окажется, что мы что-то забыли, мне будет легче, поскольку я буду знать, что подумала о том, что эта вещь может нам понадобиться.

– Хорошо, но что тогда в ящиках? Я видел, как пыхтел Герв, затаскивая их в поезд.

– О!.. – Стерис открыла сумку, которую сняла с полки. – Ну разумеется, наша бухгалтерия.

В сумке оказалась здоровенная стопка гроссбухов.

– Путешествие было незапланированным, – начала объяснять Стерис, – а мне нужно подготовить документ о распределении обязанностей для банков к следующему месяцу. Дом Ладриан в основном пришел в себя после трат твоего дяди, но мы должны содержать книги в строгости, чтобы убедить заимодателей в своей состоятельности, иначе они не захотят с нами работать.

– У нас есть бухгалтеры, Стерис.

– Да, – согласилась она. – Но я обязана все проверить. Ну нельзя же просто взять и сдать чужую работу, не убедившись, что она сделана как следует. Кроме того, они ошиблись на три клипа в финансовых показателях этого квартала.

– Три клипа? – переспросил Вакс. – Из какой суммы?

– Пять миллионов.

– Они ошиблись всего на три сотые боксинга. Из пяти миллионов! Я бы сказал, неплохо.

– В рамках банковских требований, – уточнила Стерис, – но все равно небрежно! Эти финансовые документы – то, каким образом мы предъявляем себя миру, лорд Ваксиллиум. Если хочешь исправить впечатление, сложившееся о Доме Ладриан и его капризах, ты должен согласиться, что мы обязаны показать себя… Ну вот опять!..

Вакс вздрогнул и сел прямо:

– Прости.

– У тебя взгляд безразличный, – заметила Стерис. – Разве не ты всегда говоришь об ответственности, которую люди несут ради поддержания закона?