Бояться нужно молча - Мария Британ

– Элементарно, Ватсон! – хохочет тот.

– Пообщаетесь в машине, – перебивает их Оскар.

За раскидистой вишней, во дворе, прячется хот-род.

Конечно, куда же без железного монстра. Как ни странно, меня завораживают его обнаженное сердце и огромные колеса.

Мы с Матвеем, Ольви и Киром с трудом умещаемся на заднем сиденье. Альба садится спереди.

За тепло в машине я готова простить и запах бензина, и оглушительный рев мотора. Да и бешеную скорость, чего уж.

Сейчас дневное «перышко» Оскара больше напоминает орла Хааста^[7] – дикого, неудержимого, беспощадного. Мы не летим навстречу смерти. С такими цифрами на спидометре мы ее олицетворяем.

– Нельзя помедленнее? – зеленеет Ольви.

Мы выезжаем на трассу.

– Потерпи, нужно отъехать на безопасное расстояние, – чеканит Оскар, жадно втягивая воздух.

Он – крылья этого орла. Он – его свобода. И его погибель, если отвлечется хотя бы на секунду.

Я с ужасом понимаю, что мне нравится летать: есть шанс сбежать от кошмаров.

– Если испачкаю ваши сиденья, я не виноват, – стонет Ольви, уставившись в одну точку.

– Притормозите, мы уже далеко. – Матвей то и дело сжимает и разжимает кулаки. – Мне не терпится услышать вашу историю, Оскар.

Гость из прошлого резко сворачивает на обочину и заглушает двигатель. Если бы не цепкая хватка изобретателя, я бы вылетела через лобовое стекло.

Оскар гладит руль кончиками пальцев.

– Хотел посмотреть на вас в экстремальных условиях.

– Серьезно? – Я задыхаюсь от возмущения. – Нас чуть не арестовали, а вы просто развлекались?

– Не просто. Мне нужно знать, как вы ведете себя в нестандартных ситуациях. Но отпустить вас одних я не мог. Кир подкинул отличную идею и помог воплотить ее в жизнь.

– Как ты согласился? Как смолчал? – моргаю я.

– Чтобы я не ввязался в такую авантюру? Да никогда в жизни! Тем более после пранка с Утешителями у нас остался белый костюмчик.

– Ты не должен был следить за нами. – Я дышу глубоко, но, чтобы унять волнение, этого мало.

– За вами? Не смешите меня. Я шел по тоннелям.

– Ребят… – лепечет Ольви, открывая дверь. – Я на воздух.

– И что? Мы сдали экзамен? – не обращая внимания на страдающего выскочку, уточняет Альба. Кажется, выходка Оскара ее не впечатлила.

– Да. – Гость из прошлого отпускает руль. – Поздравляю.

– Спасибо за доверие, – язвит притихший Матвей.

– Прости, ты был заинтересованным лицом, – разводит руками Оскар.

– Как вы поняли, что нам угрожает опасность?

– Видеожучок. На одежде Матвея.

– Вообще отлично! – Изобретатель хлопает себя по лбу. – Так посадите меня на цепь, чтобы забот меньше было!

– Остынь.

Оскар зовет Ольви, и орел снова расправляет крылья. Мы мчимся по знакомой трассе – к штабу. Я каждой клеточкой чувствую яростную дрожь Матвея. Интересно, на что он способен в таком состоянии?

Ох, лучше об этом не думать.

За дозу адреналина индикатор платит писком и оранжевым свечением.

– Переночуешь у меня, – уверенно заявляет Кир. – Возражения не принимаются.

– Завтра созвонимся, – командует гость из прошлого, когда мы добираемся до конторы. – Спасибо за вечер. Мне понравилось.

– Только помедленнее, умоляю, – хнычет Ольви.

Не успеваем мы шагнуть в сторону штаба, как хот-род растворяется в ночной дымке. Бедный выскочка. Или… сиденья Оскара.

В штабе не так тепло, как в машине, но я слишком устала, чтобы искать одеяло.

Спать. Скорее спать.

– Это было опасно, Кир.

– Говорит мне та, кого я вырвал из когтей злобных Утешителей.

– Я серьезно.

– Я тоже.

– Сова, – морщится Кир, – переоденься. От тебя несет, как от бомжа.

Я принюхиваюсь. И правда, кажется, будто я прихватила с собой добрую часть мусора.

– Ты пахнешь не лучше… и да, я еще злюсь на тебя.

– Давай, давай. – Кир тянет меня к странному белому пятну. Я пытаюсь сфокусировать зрение – тщетно. – Пока ты в больничке валялась, я починил водопровод.

– Серьезно? – вскидываю я брови. – Ничего себе… я ведь была здесь позавчера… Не заметила.

– Ты вообще мало что замечаешь после недавних событий, – многозначительно хмыкает Кир.

Я впиваюсь пальцами в умывальник. Друг протягивает мне чистую одежду и тазик, а сам исчезает за дверью.

Я открываю кран и подставляю рот.

Пить. Я хочу пить. Захлебываться, мочить губы и подбородок.

В тазик хлещет вода. Пора смыть с себя шелуху Утешителя.

Я вновь Шейра. Или то, что от нее осталось.

Покончив с купанием, я надеваю растянутый свитер и падаю на кровать. Сквозь пелену сна до меня доносятся шаги Кира, шум воды, а затем – щелчок моего индикатора.

– Все, экран зеленый, – шепчет Кир.

Я погружаюсь в себя и как никогда остро чувствую, что за толстой стеной сознания во мне кто-то трепещет. Но я его не впущу – боюсь.

И, пожалуй, спрячусь от него в кошмарах.

* * *

Ровно в полдень я просыпаюсь от звонка Оскара.

– Жду в Сети, солнышко. Комната номер пятьдесят три, – говорит он и отключается.

Поприветствовав зевающего в спальном мешке Кира, я надеваю линзы и погружаюсь в виртуальные коридоры.

Хлопаю в ладоши – включается голосовой поиск. Я называю адрес комнаты. Стены превращаются в пластилин, из которого «лепится» тесное помещение. Как и все залы в Сети, пустое. Конечно, если не считать раскрасневшегося Оскара, яростно жестикулирующего Матвея, Альбы и Ольви.

– С вами невозможно работать! – разоряется изобретатель.

– С тобой – тоже! – парирует гость из прошлого.

– По крайней мере, я нормально отношусь к людям!

Похоже, эти двое убьют друг друга. Растерзают.

Издавая странные звуки, отдаленно напоминающие пение, Альба скользит пальцами по стене. Я завидую ее умению отключаться в любой момент.

– Тебе тоже кажется, что мы здесь лишние? – Ольви сидит на полу и со скучающим видом наблюдает за перепалкой.

– Не обобщай.

– И не думал.

– Доброе утро, – громко произношу я.