Заклятие дракона - Патриция Рэде

На следующее утро, к большой радости Морвен, Телемайн был бодр, как всегда. Он, весело насвистывая, отправился к ручью умываться и вернулся порозовевшим. А после завтрака чародей с легкостью, почти не напрягаясь, выстроил и пробормотал себе под нос заклинание перемещения.

На этот раз они оказались на солнечном, покрытом густой травой склоне холма. Но тут вдруг Телемайн побледнел и опустился на землю.

— Телемайн! — Обеспокоенно склонилась над ним Морвен.

— Ничего, ничего, — успокоил ее чародей. — Мне просто нужна минутка, чтобы перевести дух.

Длинные голубые уши Бандита навострились.

— А это сколько — минутка? Долго? — оживился осел. — У меня будет время немного перекусить? Я чую восхитительный запах клевера вон там, за склоном.

— Ты же только что завтракал! — возмутилась Казюль. — Четыре бутерброда с сыром, конечно, ничто для дракона, но…

— Пять, — вставил Мистер Беда.

— Вот-вот, для осла не так уж мало. И все сосны обглодал, — густо гукнула драконша.

— Не такие они сытные, эти сосновые иголки. И колючие, — с отвращением поморщился осел. — К тому же мне любопытно, каков на вкус клевер, выросший вдали от Заколдованного Леса. Может, у меня другого случая и не подвернется.

Морвен мельком глянула на посеревшего лицом Телемайна и, поняв, что минутой отдыха не обойдешься, разрешила:

— Иди. Только не пропадай из виду.

Бандит заскользил вниз по склону. Его копыта лишь слегка задевали кончики высоких травинок.

— Как удачно, что ты сумел ограничить полетный шаг Бандита, — сказала чародею Морвен. — Иначе он уже шагал бы над головой Казюль.

— Пусть бы совсем улетел, — буркнула Фырк, сердито помахивая хвостом. — Этот ненормальный кролик обжора похуже Чепухайта.

— Хуже Чепухайта никого нет, — ввязался Мистер Беда.

Фырк зыркнула на него зеленым глазом и сиганула прямо на спину Казюль. Мистер Беда не преминул последовать за подружкой, и вскоре обе кошки блаженно растянулись на гладкой чешуе драконши, греясь в теплых солнечных лучах. Морвен подыскала плоский, нагретый солнцем камень и тоже присела отдохнуть. Симорен тут же подсела к ней. Телемайн с подозрением оглядел беспечно отдыхающую компанию, нахмурился, но ничего не сказал. Видно, и впрямь после трех перемещений стал уставать слишком быстро.

— Превратиться бы в цветок или камень и не двигаться с места, — пробормотал чародей.

Дыхание его выровнялось, но бледность пока не сходила с лица, поэтому Морвен решила его не теребить и посидеть еще немного.

Сонную тишину пронзил раздирающий вопль:

— Иа-иа! Убирайся! Морвен разрешила мне это есть! Оставь меня в покое!

Морвен насторожилась. Крутой склон холма скрывал от глаз осла и того, кто на него напал.

— Покою нет от этого недотепы, — проворчала Морвен, поднимаясь. — Я же велела ему быть на виду. Нет, нет, Телемайн, оставайся здесь, — остановила она встрепенувшегося чародёя. — Я и одна справлюсь.

Утомленный Телемайн послушно расслабился.

Да, он по-настоящему выбился из сил, подумала Морвен. Попробую уговорить Казюль и Симорен побыть здесь еще немного, или… или лучше попросить Мистера Беду потеряться на несколько часов. Так и сделаю, поговорю с ним, как только разберусь с Бандитом.

Спустившись с холма, ведьма увидела высокого седовласого человека в мешковатом голубом комбинезоне с мотком веревки в одной руке и пустым ведром в другой. Стоя по другую сторону клеверного лужка, он спокойно взирал на возбужденного Бандита и приближающуюся Морвен.

— Это ваш осел, мадам? — спросил незнакомец.

— Не совсем, — уклончиво ответила Морвен, — А что случилось?

— Он запрещает мне есть, — пожаловался осел, — А я только-только разохотился.

Морвен пригляделась и увидела, что прямо под мельтешащими в воздухе копытами осла были оборваны, ощипаны все верхушки клевера.

— Как это тебе удалось? — удивилась Морвен.

— Ну, если я подогну колени, подберу ноги и вытяну шею…

— Простите меня, мадам, — продолжал вопрошать незнакомец. Он поставил ведро у ног и с любопытством оглядывал парящего над лужком Бандита. — Но если это не ваш осел, то чей же он?

— Ничей, — сказала Морвен, — И к тому же он не совсем осел. А почему вы спрашиваете?

Незнакомец, который уже начал разматывать веревку, остановился.

— Не осел?! — Он мгновение пристально изучал Бандита. — И голубой! Да, необычный цвет для осла.

— Что ему на-адо, Морвен? — канючил Бандит. Уши его нервно подрагивали.

— Успокойся, Бандит, — мягко сказала Морвен.

— Бандит! — Совсем уже запутался человек с веревкой. — И разговаривает! Кто же он? Заколдованный принц? Рыцарь? Или бродячий фокусник?

— Кролик, — коротко бросила Морвен. — Кролик с волчьим аппетитом.

— Ха! — Незнакомец с недоумением разглядывал парящего перед ним осла. — Кролик по имени Бандит в облике летающего осла! С какими только чудесами не приходится сталкиваться! Но как кролик сумел превратиться в голубого осла?

— Это длинная история, — снова уклонилась от ответа Морвен. — Бандит, возвращайся назад!

— А как же клевер? Я только распробовал. Он странный, не такой сладкий и хрустящий, зато с привкусом корицы…

— После, Бандит. Отправляйся назад и расскажи остальным, что произошло.

— Ладно. — И осел заскользил по склону, мрачно бубня что-то себе под нос.

— Что это за другие? — всполошился незнакомец. — Сколько вас здесь?

— Если считать всех — семеро, — ответила Морвен.

— Семеро вторгаются в мои владения и всемером топчут мой урожай! — воскликнул седовласый крестьянин.

— Ну, Бандит, как видишь, ничего потоптать не может, даже если очень постарается. А остальные пока и с места не двинулись.

Крестьянин покачал головой:

— Достаточно уже того, что этот осел, или кролик, или кто он там еще, поедал мои посевы. Но вас, оказывается, семеро! Я требую, чтобы вы все ушли, сейчас же!

— Посевы? — Морвен недоверчиво огляделась вокруг, потом подняла глаза на человека в комбинезоне. — Вот эта трава?

— Доходные всходы, мадам, — не смущаясь, ответил крестьянин.

— Какие такие доходы? — послышался за спиной Морвен голос Симорен — Морвен, что здесь происходит? Бандит что-то бормотал насчет нарушения границ, но потом заспорил с кошками. А понимая только половину разговора, трудно следить за спором.

— Насколько я поняла, холм принадлежит этому незнакомцу, — сказала Морвен.