Венчанные огнем - Ольга Гусейнова

Я сверкнула глазами в сторону шамана, но возмущаться или обижаться за слежку не стала. Они следили за своим наследием, причем так, что даже Филя ничего не почувствовал.

– Вы хорошие охотники, Ксион…

– Мы не охотились, госпожа, мы присматривали. Если бы ситуация вышла из-под вашего контроля, мы бы вмешались.

– Я понимаю причины… И нет, ничего серьезного, уважаемый Ксион. Обычная история: пришлось помочь родственнику, на которого напали светлые, потом отклонить неприличное предложение и уйти не попрощавшись…

– Мне доложили, что ваш поклонник – первый…

– Это не ваше дело, уважаемый Ксион. Поверьте, я могу справиться со своими проблемами сама. Прожила же я как-то без вашей опеки двадцать семь лет?!

– Эх! Госпожа Алев, вы слишком молоды и иногда…

– Моя молодость, уважаемый Ксион, не была столь праздной и безрассудной, как вам кажется. Каждый мой день, начиная с двенадцати лет, был наполнен заботами о выживании, поэтому мой рассудок не замутнен эмоциональными всплесками, свойственными молодым.

– Прошу прощения, госпожа Алев, я не хотел вас оскорбить. Признаю, вы не вписываетесь в представления, которые у меня сложились об эльфах и их жизненном устройстве, а учитывая вашу вторую сущность… Молодых драконов выпускают из-под опеки родителей и клана лишь спустя сто лет, а вы…

– А я одиночка, Ксион. Жизнь так сложилась. Давайте больше не будем об этом. Относитесь ко мне как к мархану в возрасте двадцати семи лет.

Шаман бросил на меня скептический взгляд, а я спросила:

– А сколько лет Юмихии?

– Шестнадцать исполнилось.

Он улыбнулся, посмотрев на спину внучки, которая бодро скользила по пыльной дороге.

– А Юдеру?

– Как и вам, двадцать семь.

– Он женат, или как у вас семьи создают?

Ксион удивился, а потом осторожно ответил, недоуменно смотря на меня:

– Как у людей, Алев. Вообще, мужчина делает предложение женщине, и если она согласна, наш великий Стретер освящает этот союз. И… нет, он не женат пока.

Понятно, он всерьез подумал, что я заинтересовалась его учеником. Я чуть не захохотала, но смогла сдержаться и продолжила разговор:

– Я заметила интерес Юхимии к вашему ученику, и, как мне кажется, они прекрасно смотрятся друг с другом.

– Вы уверены?

Я только кивнула, уже сомневаясь, этично ли такое вмешательство в чужую личную жизнь. Но тоска марханки меня задела. Ксион же вновь задумчиво посмотрел на спину своей внучки и перевел взгляд на Юдера, который скользил рядом с Сиуреем. Я удовлетворенно отметила, что глаза старика в какой-то момент вспыхнули хищным азартом – старик принял решение. Похоже, внучке с дедушкой повезло больше, чем ученику с наставником… Не любишь – научим, не хочешь – заставим.

Вечер мы встретили возле костра на лесной поляне неподалеку от тракта. Долгих разговоров не вели. Поужинав, мы с Юхимией отправились спать в телегу, над которой навесили полог, а Филька улегся снаружи, все еще обгладывая мозговую косточку крупного зверя, убитого на охоте.

Глава 10

– Удар! Еще! Выпад! Откат! Вы как улитки, обе!

Мы с Юми, испачканные в грязи, упали на землю и едва могли дышать. Сиурей, нависая над нами, жестко отчитывал:

– Сами напросились, отлынивать не позволю и поблажки вам делать не буду. Быстро встали и повторили серию ударов.

Мы в ужасе подняли на него взгляд, но вскочили и начали заново. Когда неделю назад, на второй день пути, я от нечего делать попросила командира гоблинов научить меня некоторым приемам самообороны, я уж точно не предполагала, что попаду в личный ад, а заодно и Юми прихвачу. Думала, сделаю ей одолжение, а в итоге обе теперь ровно час тихо помираем, отрабатывая удары, падения или приемы контактного боя. Но зато Юдер с большим интересом начал следить за девушкой, и это немного примирило ее с ситуацией и стало стимулом лучше тренироваться. А Филя, гад, ленивой тушкой развалившись неподалеку, догрызал очередной кусок еды, которую ему выдали хозяева. Наверное, в расчете на то, что потом он не захочет пообедать ими. Ел и ухмылялся, глядя на мои мучения! Предатель!

Наконец Сиурей подал знак об окончании тренировки и не оглядываясь пошел по своим делам, а мы как древние старушки поплелись в небольшую пристройку к дому, где располагались бани. Наш отряд остановился на отдых в Эсуне – небольшом городке, где проживал свод марханов, – и гостил в большом доме главы свода. После непродолжительного разговора с Ксионом взволнованный хозяин тенью скользил за нашим шаманом и с восхищением взирал на меня. Словно я и была ожившим Сердцем Марханов.

Нас всех устроили, помыли, накормили, и теперь, после тренировки, надо снова идти мыться. Но благодаря этим занятиям я с каждым днем чувствовала себя бодрее, увереннее и даже радостнее. Пустота во мне заполнялась, а нутро трепетало от странного предвкушения. Словно пузырьки шампанского лопались в груди, заставляя ждать чуда. Странное ощущение, но оно накапливалось.

Утром, тепло попрощавшись с хозяевами дома, наш маленький отряд двинулся дальше, а провожали нас взгляды, полные надежды и страха разочарования.

Снова передо мной бегущая вдаль утоптанная дорога, а я, уже полностью освоившись, болтаю не только с Ксионом, но и с Юдером, и с Сиуреем. Юмихия скользит рядом и изредка переглядывается с молодым марханом. Я украдкой за ними наблюдаю, радуясь. Раз своей личной жизни нет, хоть на других посмотрю. Я по-прежнему ехала на Тихоне, мерно покачиваясь в седле, Сиурей – на своем Быстром, а оба мархана двигались возле нас, не отставая и не уставая.

– Не сочтите за грубость, Сиурей, но меня терзает любопытство. – Я посмотрела на гоблина, который добродушно усмехнулся, блеснув клыками. – Почему вы носите в ушах кольца? Я заметила, что у многих их разное количество.

– Это напоминание каждому из нас, сколько раз хозяин колец побывал на грани жизни и смерти и сколько раз обманул смерть. Чем больше колец, тем сильнее и удачливее воин и тем дороже его услуги.

– Как у вас все интересно-о-о… – пропела я, улыбнувшись.

– Ну, не интереснее, чем ваша традиция вплетать в волосы шаури, светлая. Да и цвета высших родов тоже, на мой взгляд, смешные.

Я приоткрыла рот от любопытства и тут же вспомнила голубые камешки в косе Делиаля. Сиурей, заметив мое короткое недоумение, ничего не сказал. Я же постаралась увести разговор в другую сторону.

Чуть позже я подъехала к Ксиону и тихонько выведала у него информацию о шаури. Как он мне пояснил, цветные камешки в кожаных плетениях, которыми украшают волосы светлые эльфы, могут носить только представители высших родов. У них к фамилии прилагается приставка «эс». Все остальные вместо камешков носят приставку «эр». Только теперь я поняла, почему Делиаль интересовался моим родом и говорил про эссу.