Дикий артефакт - Виктор Угаров

И сейчас, в конце февраля 1600 года от Рождества Христова, Уайнапутина взорвался, став ниже на сотни метров. А магический фон планеты завибрировал, как натянутая струна, вселяя в племя Иных безотчетный страх.

Инквизитор с его знанием и опытом, конечно же, не верил в магию чисел. Но людские суеверия утверждали, что на стыке веков наступает время мрачных чудес и дьявольского колдовства. Разве мог он предугадать, что огромные массы дыма и пепла, словно посланные нечистой силой, опояшут Землю и кардинально изменят погоду в Евразии, заодно поменяв расстановку сил среди Иных в Московии.

Начало семнадцатого века принесет холод, дожди и неурожай на русские земли и, как следствие, голодные бунты и закат власти Бориса Годунова. По иронии судьбы, предчувствия не обманули Инквизитора, и его инспекция была заранее обречена. Приближалось время большой Смуты, и не только для правителей Руси, но и для московских Дозоров.

И пока огромная гора в далеких землях племени кечуа гремела взрывами и плевалась вулканическими снарядами, благородный дон Сантана ломал голову, что же сделать в первую очередь? Он разрывался между долгом и жгучим интересом к сведениям своего приятеля Алвиса.

Победил долг. Впрочем, как всегда. Значит, к Алвису в Стокгольм придется послать кого-то другого. Сейчас в Барселоне были свободны только две враждующие ведьмы и неунывающий шотландец Дуги.

Сантана активировал заклинание вызова.

Радиус его действия был невелик, но для территории города его вполне хватило. Первое подтверждение пришло из гостиницы всего в нескольких кварталах от монастыря. Мило воркующие в номере Дуги и Ванда одновременно смолкли и, бросив ужин, стали спешно собираться.

А на окраине города вокруг большого костра столпилась цыганская детвора и затаив дыхание слушала историю, которую рассказывала им прежняя шувихани. Старая ведьма решила навестить родной табор и сейчас, лукаво улыбаясь, с удовольствием разглядывала полные восхищения детские лица.

В какой-то момент она напряглась, и улыбка сползла с ее лица.

– Мне пора! Сказку про волшебного коня я закончу в следующий раз.

Она упруго поднялась и, не слушая возмущенные вопли, канула в загустевшие сумерки.

* * *

Знаменитый аптекарь, мастер Леви Давен, смотрелся в большое и весьма недешевое венецианское зеркало. Он занимался тем, что особенно любят дети, – корчил рожи.

Любой приличный обыватель, глава семейства и примерный подданный просто обязан иметь после сорока лет жизни первые признаки увядания. Морщины или, наоборот, излишнюю округлость щек. Выпирающий животик или болезненную худобу. Волосы, сползающие с головы куда-нибудь в усы, бороду или еще ниже. Первую, пусть и небольшую седину. И тогда каждый смог бы подтвердить: вот он, солидный человек своего возраста, опора нации!

Но у Леви проблема была диаметрально противоположной – как скрыть молодость? Он перестал меняться в тридцать с небольшим, а сейчас, ближе к сорока годам, все чаще стал слышать от знакомых дам с улицы Златой: «Ах, пане Давен, как вы чудесно сохранились! Неужели алхимики нашли секрет вечной молодости?» Вопрос был к месту – недавно аптекаря приняли в союз алхимиков, и сплетницы быстро распространили эту новость.

Его учитель, фамилию которого он носил, в свое время предупреждал Леви, что проблема «неувядания» обязательно возникнет. Те из Иных, кто не умел менять свою внешность, вынуждены были использовать магию для обмана окружающих, а чаще – просто переезжать с места на место, меняя имена и сочиняя новые биографии.

Молодому аптекарю благодаря своей профессии справиться с такой проблемой было несравненно легче. Лечебные заклинания, которые он применял в хирургии, позволяли ему сращивать и удлинять кости пациентов, затягивать раны и латать рваные внутренние органы. А на себе ему нужно всего-то изредка и постепенно изменять кожу и волосяной покров!

Леви перестал корчить рожи и внимательно всмотрелся в свое лицо.

Добавить морщинок здесь, здесь и здесь, обязательно в уголках глаз и на лбу. Посадить маленький бугорок будущей бородавки. Чуть больше белого налета на висках, чуть тяжелее веки. Ладно, для его возраста хватит.

Он произнес нужные заклинания и вздохнул. Придется подождать пару часов – его целительские заклинания действуют не быстро. А пока можно создать временную иллюзию своего гораздо более старого слуги и сходить на ближайший рынок.

Через минуту из дверей аптеки вышел грузный плешивый старик с корзинкой для снеди. Опираясь на толстую трость и тяжело сопя, он заковылял в сторону торговых рядов.

* * *

Ссора вспыхнула в порту Барселоны еще до их отбытия.

Когда они поднимались на борт двухмачтового люггера, который отправлялся в Скандинавию, шотландец в разговоре неосторожно упомянул Лалу – и Ванда взорвалась. Матрос, тащивший их багаж, отпрянул в сторону. Ошарашенный Дуги узнал, что виновен практически во всех грехах мира, включая неудачи, сопровождающие их как агентов Инквизиции.

В чем-то молодая цыганка была права. Последние десятилетия они безуспешно искали следы Трусливого мага, который затерялся, как полагал их начальник, дон Сантана, где-то в Центральной Европе. Первые годы Ванда была полна энтузиазма, но потом под гнетом неудач ее пыл угас, и она постепенно стала равнодушной к цели их поиска.

Поначалу Дуги решил, что вспышка гнева девушки вызвана стычкой с ее бывшей шувихани, старшей ведьмой табора. Но реакция подруги была слишком бурной! И вместо того чтобы стоять на палубе и наслаждаться отбытием люггера под всеми парусами, шотландцу пришлось сидеть в полутемной каюте капитана.

Он с тревогой смотрел, как Ванда, устав от обвинений, молча сидит за столом и невидящими мокрыми глазами смотрит в переборку. Дуги решил прибегнуть к старому приему. Он знал, что имя его подруги славянского происхождения, и в свое время специально выучил несколько уменьшительно-ласкательных вариантов ее имени. Слова звучали странно и экзотично, но девушке они всегда нравились.

– Ванда, Вандочка… – шепотом позвал он. – Вана, Ваночка… Вандушка…

Девушка повернула к нему заплаканное лицо. Слабая улыбка только обозначилась на губах и тут же исчезла.

– Мне страшно, Дуги, – тихо сказала она. – Чем ближе мы к Трусливому магу, тем больше я боюсь.

Ванда попыталась объяснить.

Сначала сбивчиво и путано, а потом все увереннее. Оказывается, все ее страхи были связаны с даром предсказательницы. Она умела читать линии судьбы и прослеживала вероятности событий вплоть до одной недели. Очень полезная способность для агента Инквизиции и весьма ценимая доном Сантаной.

Но сейчас ее дар скорее пугал, чем помогал.

– Я не вижу Трусливого мага! – воскликнула цыганка. – Ни на одной линии судьбы мы с ним не пересекаемся. Его будто и нет совсем, ты меня понимаешь?

– Тогда почему ты его так боишься? – не понял Дуги.