Загадка саура - Лина Алфеева

— Прекратите. Ваш уровень маскировки превосходен, но он не поможет вам прочитать фамильяра.

Я внутренне сжалась, ожидая реакции архимага, но тот внезапно улыбнулся:

— Раньше ты действовал тоньше.

— Видимо, старею, — весело развёл руками Даркинфольд.

Его беззаботность казалась чересчур нарочитой плохо сочеталась с внешним видом и должностью, а значит, он не только прекрасно владел собой, но и умел вызывать нужные эмоции у окружающих.

— Вы — двусторонний эмпат с задатками телепата, — уверенно произнесла я.

Орланд флиртовал со мной, намеренно выводя лорда Рендела из себя, чтобы тот не заметил сканирования.

— Прежде чем вам помочь, я должен разобраться, что вы собой представляете, — последовал предельно честный ответ.

Показное дружелюбие исчезло из его голоса, Орланд больше не пытался расположить меня к себе.

— Я предоставил тебе исчерпывающую информацию, — отчеканил лорд Рендел, давая понять, что не потерпит дополнительных проверок.

Вот этот тон я знала очень хорошо. Он означал, что архимаг будет стоять на своём до последнего. Даркинфольд тоже прекрасно это понимал, потому что невозмутимо пояснил:

— Рендел попросил уладить вашу деликатную проблему.

— Вы хотите стереть Элле память? — ужаснулась я.

— Ну зачем же идти на столь радикальные меры? Согласно уставу академий фамильяров, в исключительных случаях раскрытие фамильяра перед магом может быть оправданно. К примеру, если этого требует чрезвычайная ситуация. Никто не осудит, если выяснится, что вы раскрылись перед Эллой в момент смертельной опасности.

— Вы намекаете на моё пленение Эдвардом?

Даркинфольд подтвердил мою догадку молчаливым кивком.

— Конечно, вас уже расспросили о произошедшем в Руинах, но, скажем так, вы припомнили новые детали и как сознательный фамильяр попросили Рендела связаться со мной. Я выслушал ваш рассказ и, будучи эмпатом, подтвердил, что ситуация в самом деле была критической.

— Это вы поставили Элле ментальный блок!

— Виноват. — Менталист отнюдь не виновато развел руками. — И намерен слегка его усовершенствовать. Элла будет помнить о вашем ином облике, но у неё не появится желания об этом рассказать.

— Элла и без ментального блока никому не расскажет! Она дорожит учёбой!

— Сейчас это так, но в будущем приоритеты вашей подопечной могут измениться.

И снова у меня возникло странное ощущение, оно было таким мимолётным, что я не обратила бы на него внимания, не знай о способностях Орланда Даркинфольда. Он пытался на меня воздействовать! Хотел убедить, что ментальный блок — мелочь, необходимая если не для всеобщего блага, то хотя бы для спокойствия. Отчасти я была с ним согласна, если бы не одно «но» — отношения мага и фамильяра строятся на доверии.

Я умоляюще посмотрела на лорда Рендела.

— Мы не вправе рисковать. — Архимаг с сожалением покачал головой. — Речь идет не только о вас, Даниэлла, а о целом курсе.

— Понимаю. — Я тяжело вздохнула, признавая поражение, а потом быстро посмотрела на Даркинфольда: — Попробуете ещё раз впихнуть в меня свои фальшивые эмоции — узнаете, почему магу не стоит злить фамильяра.

— Угрожаешь?

— Энергетическая передозировка — не самое приятное состояние.

— Но в этом случае тебе придется вступить со мной… в связь, — провокационно понизил голос он.

— До вас мне в любом случае далеко.

— То есть?

Мужчина казался сбитым с толку, так что я охотно пояснила:

— Двусторонние эмпаты вступают в связь со многими, зачастую это происходит независимо от их желания. То, что может шокировать стороннего наблюдателя, для вас всего лишь работа. Так ведь?

— Хочешь сказать, что и твоя мелочная месть, от которой у меня, без сомнения, разболится голова, будет всего лишь работой?

— Именно так. Но удовольствие я получу, и вы будете первым, кто об этом узнает.

Даркинфольд на мгновение замер, а потом повернулся к лорду Ренделу и весело объявил:

— Беру свои слова обратно. Теперь я вижу, чем могла тебя зацепить «девчонка со школьной скамьи».

— И когда вы собираетесь встретиться с Эллой? — выпалила я, чтобы замаскировать смущение любопытством.

— Когда вы с Эллой в следующий раз выберетесь в Ярмарка-Град.

Я удивлённо посмотрела на лорда Рендела в ожидании пояснений.

— Лучше, если Орланд поговорит с Эллой вне стен академии. Ярмарка-Град прекрасно подходит для этой цели.

— Хорошо. Съездим, — нехотя кивнула я. Меня не покидало ощущение, что я собираюсь снова предать свою подопечную. От первого блока не уберегла, а теперь должна стать соучастницей в установке второго.

Договорившись встретиться с нами на ярмарке, эмпат откланялся. Казалось бы, с его уходом обстановка в кабинете должна была бы разрядиться, но стало только хуже. Архимаг не спешил начинать разговор, я же места себе не находила из-за Эллы. Умом я понимала, что лорд Рендел предложил не самый плохой вариант — полезно иметь среди должников эмпата такого уровня, как Орланд Даркинфольд.

И всё-таки ещё один вопрос не давал мне покоя.

— Как вы узнали? — тихо спросила я. — Нас заметил кто-то из кураторов?

— Всё намного проще. Вы умудрились отыскать самую лучшую лавку с товарами для артефакторов. Рогарт, её владелец, и я знаем друг друга уже много лет. — Лорд Рендел взмахнул рукой, и в воздухе материализовался пакет, который я сперва приняла за свой. — Я планировал вручить его после окончания сессии.

Заглянув в пакет, я с удивлением обнаружила в нём набор для зельевара. Милые мелочи вроде крошечных золотых монограмм на стеклянных предметах, изящной гравировки с изображением кошачьей мордочки — на металлических делали этот подарок по-настоящему особенным.

Лорд Рендел взял со стола зеркальце и, перевернув, продемонстрировал мой портрет.

— Небольшое дополнение.

— Спасибо, — еле слышно выдохнула я, чувствуя, как нервное оцепенение отступает.

— Замёрзли? — Архимаг отложил зеркало и сжал мои пальцы в своих ладонях.

Только сейчас я заметила, до чего же сильно дрожат руки.

— Я испугалась. Очень.

— Из-за Эллы?

— Не только. Из-за Эллы… Академии. Из-за нас… Как представлю, что меня перевели бы… — В конце фразы мой голос сорвался на тихий всхлип. — Я очень хочу снова стать той примерной и беспроблемной ученицей, которой была раньше.

— Кошке не убежать от собственного хвоста, — с улыбкой заметил лорд Рендел. — Вы можете снова стать такой, какой были раньше, но сделает ли это вас счастливой?