Танец кровавых ма­ков - Ирина Молчанова

Наконец, задумчиво проведя пальцами по короткой черной бородке вокруг рта, Нориш изрек:

— Вик, прелесть моя, ты, несомненно, талантлива, но показать обнаженное женское тело и делать вид, что это ты его придумала, несколько нескромно. — Он развернулся и зашагал прочь.

— Каким же противным он иногда бывает, — хмыкнула Талилу и, взяв Анжелику под руку, проворковала: — Идем, я хочу тебя кое с кем познакомить!

Они приблизились к группе вампиров, перед которыми выступал высокий темноволосый мужчина с седоватыми висками, карими глазами и мальчишеской улыбкой. Рядом с ним стояла живая, находящаяся под гипнозом, девушка, одетая в красное вечернее платье. На шее у той был шелковый шарфик, а из-под него тянулась прозрачная трубочка. На груди у девушки красовалась лента, точно у школьницы-выпускницы, надпись на ней гласила: «Пей до дна».

Вик наклонилась к Анжелике и тихо сказала:

— Вио Ламберт, владелец корпорации «Кровавые игры», представляет свое новое изобретение.

Мужчина тем временем обхватил девушку за талию и продекламировал:

— Вам больше не нужно носить с собой бокал, бокал сам пойдет за вами! Выпивка не закончится мгновенно и вам не придется ждать, пока нерасторопные официанты вас обслужат или, не дай бог, самим куда-то идти! — Он взял трубочку, открыл клапан, какой бывает на резиновых матрасах и, воскликнув: «вуаля», взял ее в рот. По прозрачной артерии потекла кровь. Зрители зааплодировали.

— Он способен продать что угодно, даже вампирский крем для загара, — с улыбкой шепнула Талилу.

Насытившись, Вио закрыл клапан и поклонился. Заговорили все разом, затем особо крикливая дама всех переорала:

— Это гуманно, по-вашему?

Анжелика была уверена, что тут-то он и попался, но ошиблась. Ламберт в мгновение ока оказался рядом с дамой, задавшей вопрос, схватил ее за руки, развел их в стороны, по-мальчишески улыбнулся и абсолютно честно признался:

— Конечно, нет! Но еще более негуманно, я считаю, заставлять такую женщину, как вы, мучиться жаждой хотя бы одну лишнюю секунду!

Дама разулыбалась и, кокетливо отводя глаза, пробормотала:

— Ой прохвост!

А его внимание уже переключилось на другую даму, спросившую:

— А это гигиенично?

— Несомненно, — с серьезнейшим видом заверил Вио и, точно фокусник, вынул из кармана красную коробочку с гравировкой: «Пей до дна!» Вио Ламберт «Кровавые Игры». — В комплекте к нашему бокалу, — он взмахнул рукой в сторону девушки, — также прилагается вот такая коробочка, в ней вы найдете раствор, необходимый для гигиеничного использования трубки. Все это легко поместится в вашей сумочке! Ну а бокал, бокал пойдет сам! — И по велению его руки девушка с трубкой прошлась вокруг своего хозяина.

Талилу выступила вперед и, погладив Ламберта по плечу, сказала публике:

— Очень скоро он к вам вернется! — Затем подвела мужчину к Анжелике и представила их друг другу.

— Наслышан, — прикоснулся он губами к запястью.

— Я о вас тоже, — промурлыкала девушка.

В его глазах зажегся азартный огонек, который по привычке она приняла за восхищение. Но ошибочность своего поспешного суждения поняла сразу, как Ламберт восторженно заявил:

— Я знаю, что вам нужно!

— Ми-и-илый, — взмолилась Талилу, — поверь, ничего ей не нужно.

Он смиренно кивнул.

За несколько минут, пока стоял с ними, Вио несколько раз порывался что-то порекламировать, но Вик всякий раз очень мягко его обрывала.

Когда же он вернулся к своему изобретению с трубочкой в шее, Талилу с видом заговорщицы спросила:

— Как он тебе?

— Не знаю, дорогая, он… такой торгаш!

Первая дама Парижа, точно впервые влюбившаяся девчонка, хихикнула.

— Но зато какой изобретательный!

Они еще недолго поболтали, и хозяйка дома упорхнула выполнять свои обязанности, а к Анжелике тут же устремились сразу четверо поклонников. Но всех быстрее и проворнее оказался Ферран.

После ее возращения в Париж он постоянно находился поблизости, отчаянно желая занять освободившееся место ее любовника. Они были знакомы все сто лет и его сводила с ума мысль, что он до сих пор не побывал у нее в постели.

— Поедем ко мне? — предложил Ферран.

Девушка усмехнулась.

— Может быть.

— Не играй со мной, сколько можно! — Его рука обхватила ее за талию.

— А почему бы тебе не пригласить Элену? Уверена, ей этого хочется!

Друг тряхнул черными кудрями и с жалобным стоном посмотрел на нее. В желтовато-зеленых глазах застыла мольба.

Анжелика медленно облизнула губы.

— У тебя есть интересная коллекция редких драгоценных камней…

— Я подарю ее тебе! — выпалил Ферран.

— Неужели?

— Только скажи! Скажи, — он сглотнул, — что хочешь ее.

— Даже очень, — кивнула она.

Ферран посмотрел по сторонам и, заметив, что хозяйка дома манит его к себе, выдохнул:

— Я на секунду, попрощаюсь за нас обоих.

Девушка, пообещав ждать его внизу, направилась к лестнице. Спустилась и почти у самых дверей столкнулась с Морганом Норишем. Тот пронзил ее взглядом васильковых глаз и, чуть откинув голову с длинными черными волосами, насмешливо произнес:

— Мадмуазель Тьеполо и ее платье — восьмое чудо света.

Анжелика облокотилась на позолоченные перила и, скучающе рассматривая хорошо сложенного, несомненно, красивого мужчину, проронила:

— Ты или импотент, или гей, или просто дурак.

Тонкие ярко-алые губы Нориша раскрылись, обнажая крепкие белые зубы. Он рассмеялся ей в лицо.

— И почему же, сучка, ты так думаешь?

От подобного обращения девушка яростно задохнулась. Он и раньше никогда не выказывал ей должного уважения, но сейчас его наглость перешла всякие границы.

Девушка шагнула к нему и ударила в грудь.

— Я тебя уничтожу! Да ты, ты не мужчина!

— Тебя это беспокоит? — Его васильковые глаза в открытую смеялись над ней.

Анжелика закинула голову назад и истерично расхохоталась.

— Жалкий, никчемный… — Она не договорила, Морган схватил ее за шею, уложил на лестничные перила, чуть приподнял подол платья и в следующее мгновение овладел ею. Все произошло так быстро, что девушка не успела не только подумать, насколько она против этого, а вообще просто даже о чем-то подумать. Бриллиантовые бусы, зажатые между планкой перил и ее телом, от грубых толчков впились в кожу.

Все закончилось так же быстро, как и началось — на лестнице возник Ферран, застывший на месте, увидев ее на перилах.