Предназначенный - Филис Кристина Каст

Она назвала Старка "забиякой" - её любимое прозвище для него.

- Во мне много чего сочетается, и ничего из того, что могло бы охарактеризовать меня, как беспомощную пожилую женщину.

- Я никогда не считал вас беспомощной, - поправил Старк. - Но возможно, остаться в одиночестве - не самая хорошая идея для вас.

- Да, бабушка. Старк прав, - сказала я.

- У-ве-тси-а-ге-я, я должна очистить свой дом, свою землю, и себя, пока я скорблю. Я не смогу этого сделать, пока не обрету мир на земли, и не останусь в доме, пока тот не будет тщательно очищен; не ранее, чем через семь дней. Я разобью палатку у себя во дворе, на лугу у ручья, - бабушка улыбнулась Старку, Стиви Рэй, и остальным моим друзьям. - Я думаю, что вам нет нужды подвергаться солнечному свету все это временя.

- Ну, бабушка, я...- начала я, но она остановила меня.

- Я должна сделать это сама, у-ве-тси-а-ге-я. Хотя я все равно должна тебя попросить.

- О чем угодно, - сказала я.

- Через семь дней ты придешь к ферме со своими друзьями? Станешь ли ты в круг и выполнишь свой очищающий ритуал?

- Обещаю, - кивнула я, и мой пристальный взгляд обратился к друзьям, которые окружили меня.

- Обещаем, - сказала Стиви Рей. Ее слова были поддержаны ребятами, которые стояли передо мной и вокруг меня.

- Тогда, именно так и поступим, - твердо произнесла бабушка. - Черокские традиции траура и чистки будет объеденены с вампирским ритуалом. Хорошо, что это так, поскольку моя семья расширилась, чтобы принять очень много вампиров и недолеток. - Ее взгляд скользил по моим друзьям. - Я попрошу еще об одной вещи. Чтобы каждый из вас воскрешал яркие воспоминания обо мне и матери Зои в течении следующих семи дней. Не имеет значения, что Линда часто колебалась в жизни. Значение имеет лишь то, что ее помнят с любовью и добрыми мыслями.

"Обещаем” и “Конечно, бабушка” слышалось отовсюду вокруг меня.

- Теперь мне нужно идти, у-ве-тси-а-ге-я. Скоро восход солнца, и я хочу встретить рассвет на своей земле.

Держа мою руку в своей, бабушка и я шли к двери. Когда она проходила мимо моих друзей, каждый из них касался ее и говорил:

- До свидания, бабушка, - которая дарила свою улыбку сквозь слезы.

У дверей мы смогли остаться наедине, и я обняла ее, говоря:

- Я понимаю, почему ты должна это сделать, но я действительно не хочу, чтобы ты уезжала.

- Я знаю, но через семь дней..

Открываясь, дернулась дверь и внезапно показалась Неферет, выглядя мрачной и обманчиво красивой.

- Сильвия, я слышала о вашей потере. Пожалуйста, примите мои искренние соболезнования, что ваша дочь была убита.

Бабушка напряглась от звука голоса Неферет и разомкнула мои объятия. Она сделала глубокий вдох и встретила пристальный взгляд вампирши.

- Я принимаю ваши соболезнования, Неферет. И я чувствую вашу искренность.

- Может ли Дом Ночи что-то сделать для вас? Вам что-нибудь нужно?

- Стихии уже укрепили меня, а Богиня благословила мою дочь в Потустороннем мире.

Неферет кивнула.

- Зои и ее друзья добры, а Богиня очень великодушна.

- Я не думаю, что за действиями Зои и ее друзей или Богини стояли доброта или великодушие. Я полагаю, это была любовь. Разве вы так не думаете, Верховная жрица?

Неферет сделала паузу, как будто она действительно размышляла над вопросом бабушки, и потом сказала:

- Я думаю, что вы возможно правы.

- Да, я права. И есть одна вещь, о которой я прошу Дом Ночи.

- Для нас большая честь помочь Знахарке во время нужды, - сказал Неферет.

- Спасибо. Я прошу, чтобы Зои и ее кругу разрешили приехать на мои земли через семь дней, чтобы выполнить ритуал очищения. Это закончило бы мой траур и очистило мой дом, освобождая от любого оставшегося зла.

Я видела, что-то проскользнуло в пристальном взгляде Неферет — всего лишь на мгновение, но кажется это был страх. Но когда она заговорила ее выражения и голос отражали только вежливое беспокойство.

- Конечно. Я свободно даю разрешение для этого ритуала.

- Спасибо, Неферет, - поблагодарила бабушка, а затем обняла меня еще раз и мягко целовала.

- Через семь дней, у-ве-тси-а-ге-я. Тогда я увижу тебя снова.

Я быстро заморгала, сдерживая свои слезы. Я не хотел, чтобы последний взгляд бабушки на меня ассоциировался с соплями и криком.

- Семь дней. Я люблю тебя, бабушка. Никогда не забывай это.

- Я больше не смогу это забыть, так же как не могу забыть дышать. Я тоже люблю тебя, дочка.

Тогда бабушка развернулась и ушла. Я стояла в дверном проеме, наблюдая за ее прямой, сильной спиной, пока ночь не скрыла ее от меня.

- Пошли Зет. - Старк скользнул рукой по моим плечам. - Я думаю, что у нас было достаточно всего в течение этого долгого дня. Пойдем домой.

- Да, Зет. Пойдем домой, - сказала Стиви Рей

Я кивнула, готовясь согласиться с ними, когда почувствовала, как жар стремительно разрастался у меня на груди. Сначала это смутило меня. Я подняла руку, чтобы потереть камень и коснуться твердого круга, который начал излучать высокую температуру.

И тогда Аурокс показался в зоне видимости. Он был с Драконом Ланкфордом.

- Зои, я слышал новости о твоей маме. Я соболезную, - сказал Дракон.

- Сс-спасибо, - пробормотала я. Я не смотрела на Аурокса. Я помнила слова Ленобии, что я должна надевать непроницаемую маску рядом с ним, но я чувствовала себя слишком неопытной, слишком израненной, чтобы сделать что-либо, кроме как выпались Старку:

- Я хочу пойти домой, но сначала мне нужна минута, чтобы побыть в одиночестве.

Прежде, чем он даже успел сказать "хорошо", я выбралась из его крепких рук и проскользнула мимо Дракона и Аурокса.

- Зои? - окликнул меня Старк. - Куда ты..

- Я буду у фонтана, что находится во внутреннем дворике рядом с автостоянкой, - сказала я ему через плечо. Я могла видеть, что он хмурился, тревожась обо мне, но я не могла ему помочь. Я должна была уйти отсюда. - Предупреди меня, когда автобус будет готов к отправлению. Хорошо?

Я не ждала его ответа. Я опустила голову и поспешно пошла по тротуару, который вился вокруг главного школьного здания. Почти бежа трусцой, я повернула направо и подошла к железной скамье, которая была под одним из деревьев в кругу, окружавших фонтан и небольшую, похожую на сад область, которую недолетки называли внутренним двориком преподавателей, потому что он был рядом с той частью школы, в которой они размещались. Я знала, если бы кто-то выглянул из больших, декоративных окон, то заметили бы меня, но я также знала, что все преподаватели должны были заканчивать шестой урок в классных комнатах, и это означало, что было всего одно место в кампусе в это время, где я могла без лишних свидетелей побыть одна.