Дар на верёвочке - Евгения Гордеева

Бороться, искать, найти и перепрятать…

До Жилки Том и Делька добрались без особых происшествий. В деревеньку девушка заходить не стала, а сразу направилась в лес к своей избушке. Провизии они закупили ещё по пути, так, что особой надобности заходить в Жилку у них не было. Парень удивлялся, как лихо Делька находит дорогу сквозь заросли. Ведь почти полжизни тут не была. А сестра со счастливым лицом указывала ему на знакомые с детства деревья, ручьи, овражки…

- Вон под тем деревом лиса жила, видишь лаз? А тут я играть любила. Смотри, какая удобная ветка. Этому вязу, мама говорила, тысяча лет. А в дупле сова жила. Они с мамой дружили. Смешная такая, глазастая! Вот мы и пришли…

Заросшая плющом избушка одиноко стояла среди леса, покинутая своими хозяйками. Тёмные окна отражали выросшую Дельку и её спутника.

- Это твой дом? - задал вопрос Том.

Он не ждал ответа, да он и не нужен был. Просто молча стоять перед заброшенным домом у парня не было сил. Спазм сдавил горло, не давая нормально дышать.

- Здравствуй, - тихо прошептала Делька, не решаясь войти внутрь.

- Боишься? - Она кивнула и смахнула набежавшую слезу. - Помочь?

- Нет. Я сама.

Девушка глубоко вздохнула и открыла дверь…

В доме пахло травами. Как за столько лет всё не заросло пылью, не было уничтожено мышами, не сгнило, Делька не понимала. Родной дом её встретил знакомыми запахами и привычной обстановкой. Том, топтавшийся в дверях, с изумлением рассматривал жилище травницы.

- Здесь кто-то живёт?

- Нет. Здесь всё так, как было при маме… Даже пучки с травами те же. Вот девясил, вот лесной хвощ… - девушка едва касалась давно засохших растений. - Удивительно, что всё так сохранилось… А вот тут был тайник.

Делька подошла к стене и нажала на краешек доски, являющейся стенной обшивкой. Доска с противоположной стороны отскочила, открывая потайную нишу. Девушка с трудом вытащила из тайника толстый гримуар в необычном переплёте. Том подошёл к сестре и дотронулся до книги.

- Что это? Кожа?

- Нет, что ты! Это такой сорт древесного гриба. При определённой обработке он становится похож на замшу. Правда, здорово?! - Она гладила книгу, словно та была живым существом.

- А что в ней? - поинтересовался Том.

- Мама сюда рецепты записывала… Вот, смотри, - Делька наугад открыла книгу и углубилась в чтение.

- Это что за язык? - Спросил брат, заглядывая в фолиант через плечо Дельки. - Ты его понимаешь?

Она подняла на него удивлённые глаза. Действительно, она могла прочитать и, даже всё понимала. Но это был не ильменский язык.

- Это язык ведуний. Мне мама говорила. Он очень древний…

- И что тут написано?

- Ллуон иль ваэ… Де ильвас аранэ… Это не рецепт, Том… Это…

Делька жалобно посмотрела на Истому, прижала к груди книгу и, не говоря ни слова, вышла из дома. Том не стал её тревожить. Потом сама расскажет.

Девушка устроилась под огромным дубом и стала читать фолиант. Выражение её лица было озадаченным. Парень вздохнул, и занялся обустройством нового пристанища. Хоть и сохранилось здесь всё в нетронутом виде, но еду всё равно надо варить, постель приготовить… Да много чего ещё.

Делька медленно переворачивала страницы, вчитываясь в строки необычного текста, повествующего о приходе в мир Второй Луны странных существ, называющих себя эльфами. Перелистнув очередную страницу, девушка удивилась присутствию на листе чёрных семян какого-то растения. Она сдула их с книги, а ветерок подхватил лёгкую ношу, унося семена в только ему ведомые края. Больше семян между страницами Дельке не попадалось. Только засушенный цветок, напоминающий огромную диковинную бабочку.

- Дель, идём ужинать, - позвал её Том, - а то темнеет уже!

- Иду…

Девушка нехотя закрыла книгу, в качестве закладки использовав найденный цветок. Её задумчивость волновала Тома, но он почему-то не решался задавать сестре вопросы.

- Я кулеш сварил. У вас тут вполне хорошая крупа нашлась.

- Угу…

- Дель, ты бы поела. А то сидишь, только ковыряешься…

- Угу…

- Да что с тобой такое? Очнись!

- Угу. Отдай!

Парень укоризненно смотрел на сестру, тянущую руки к отнятой книге. Делька поняла, что Том не уступит, пока она не съест кашу. Примирившись с требованием брата, она, не без аппетита умяла кулеш, и повеселевшими глазами уставилась на парня.