Верховная ведьма - Елена Сарафанова

Михей откинулся на спинку стула и задумался. Замолчали и Рада с Роганом, хмуро бодаясь взглядами, и тогда тишину нарушил голос Лесика, всё это время тихо лежавшего на печи гостиной.

— Тысячу лет назад на Руне существовали совершенно другие государства и почти в каждом из них первыми советниками правителей были маги. Они отвечали за развитие наук, влияли на культуру, внедряли новые станки, изменяя к лучшему ремёсла и зарождающуюся промышленность. Но однажды наступил момент, когда маги, уверовав в собственную силу и непогрешимость, решили — зачем им короли, когда всё равно последнее слово остаётся за одарёнными? И в странах начались дворцовые перевороты, потянувшие за собой войны, ведь маги начали воевать друг с другом.

Конечно, среди одарённых были и те, кто считал преступлением так жёстко перекраивать мир, заливая всё реками крови. Маги уходили подальше от обжитых мест. Кто-то ушёл в другие миры, кто-то на острова в океане, а кто-то обосновался в этих предгорьях, где спустя столетия возникла Каруна. На первых собраниях Академии магии было принято решение, что одарённые больше никогда не будут вмешиваться в политику соседних государств и все проблемы Руны станут решать лишь мирно, в ходе обсуждений и переговоров.

А те маги, кто узурпировал чужие королевства, в итоге поплатились за свою жажду власти, потому что были признаны изгоями, изгнаны и уничтожены людьми.

— Нам в Академии этого никогда не рассказывали, — растерялся Роган.

— Возможно, вашим преподавателям было стыдно признаваться в ошибках своих предшественников, — хмыкнул Михей. — За это время многое изменилось и Каруна для всех стала средоточием могущества магов, но как бы они не уверяли в своих мирных намерениях, в крови людей всегда будет жить чувство неуверенности и страха, что сила магии может нести не только помощь и просвещение, но и опасность, разрушение и смерть.

— Но Ларас ведь вторгся не из-за страха, — заспорил Роган. — Он хотел сам повелевать магами. И как только додумался?

— Изгои соблазнили, пообещав поддержку, — вздохнула Рада. — Мы, конечно, можем до бесконечности спорить, кто виноват в этой войне, но согласитесь — если у человека есть сила, она не делаем его неуязвимым. Маг обязан думать, обязан просчитывать все шаги возможного развития событий, иначе случится то, что мы видим вокруг — Каруна в руинах, люди или убиты, или бегут, и никакая магия не смогла защитить их от подлости и предательства соседей.

Михей вновь склонился над картой и хмыкнул:

— Остался не рассмотренным лишь восток Каруны, где сейчас находимся мы.

— Обрати внимание, дядя, центр страны почти пополам разделяет река Мадена. На запад от неё начинаются предгорья Шороха и главная дорога в Бёрн, а на востоке, у впадения притока Сони стоит город Холан. Он и есть центр наших земель. Славится изделиями из древесины, дивной мебелью и различными чудо-поделками, которые изготавливали маги-механики.

— А Греновис?

— Замок и земли Греновисов расположены на север от Холана, как раз на полпути в столицу. Здесь вокруг леса и охотничьи угодья. Чаща Криласа также принадлежит нам.

— Извини, что интересуюсь, но как так получилось, что в стране, где нет чётких разделений на сословия, вдруг оказались герцоги? — спросил Михей. — Я понимаю, что в Академию мог поступить любой, в ком открылись магические силы, но в Каруне ведь никто специально не разделяет магов по их родословной. Все равны, разве не так? И вдруг герцоги Греновис.

— Мой свёкор — уроженец Гарпаса, — грустно улыбнулась Рада. — Когда у него, старшего сына рода Греновисов, открылся сильный дар Огня и он поступил в Академию, отец отказался лишать его титула, как это обычно делается, когда в семье рождается маг. Старый Греновис решил, что сын, отучившись в Каруне, вернётся домой и займёт подобающее ему место.

— Так часто бывает, особенно, когда наследник рода один, — кивнул Роган.

— У Керина был младший брат, но отец его не жаловал, потому что парень оказался пьяницей и гулякой.

— И… ?

— Потом случился Потоп 12 года, как его впоследствии назвали. Четыре месяца дождей привели к тому, что все реки Гарпаса вышли из берегов, покрыв водой огромную площадь, дотянувшись до Чёрных болот на границе с Каруной. Король Гарпаса запросил помощи магов Академии, так как болотная нечисть начала пробираться в обжитые районы страны, неся страшные болезни и смерть. Керин, лучший выпускник года и маг Огня, вошёл в первый отряд магической помощи. Он очень переживал за своих домашних, так что, оказавшись в родных землях, не пожалел ни сил, ни умения, помогая изгонять нечисть обратно в Чёрные болота, попутно высушивая землю и спасая людей.

Кстати, младший Греновис во время Потопа тоже показал себя отлично, отбросив дурные наклонности, ведь когда у человека есть настоящее дело, ему не до пьянок-гулянок.

А старик Греновис был в отчаянии. Ему хотелось, чтобы и Керин вернулся, но и младшего сына вновь потерять боялся. Тогда герцог обратился к королю за советом и Гронос принял решение — разделить титул герцогов надвое. Младший сын Греновисов остался править в Гарпасе, а Керину за помощь во время Потопа и заслуги перед родиной выкупили эти земли у Каруны. Также король договорился с Советом магов, что Керин имеет право пользоваться своим титулом, как герцог Греновис, вот так.

— Интересная история, — кивнул дядька. — Спасибо, что поделилась. Теперь вернёмся к главному — восток Каруны.

— Не хочу гадать, — нахмурила брови девушка. — Армия Лараса прошла по нашим землям, одна Салерна чего стоит… Кто сейчас здесь остался? Кто готов бороться?

— И не забывай, аруанцы, скорее всего, вернутся домой тем же маршрутом, то есть через Холан, — хмыкнул Роган. — Как бы наши люди вновь не пострадали, когда армия пойдёт обратно.

— Нужно их предупредить, — встревожилась Рада. — Пусть уходят в леса и пересидят там пару недель, иначе, вновь кто-то погибнет или покалечится. А ещё я постоянно вспоминаю наших женщин. Сколько сейчас из них осталось нетронутыми врагом?

Мужчины хмуро переглянулись и кивнули.

— Что делаем? — спросил дядька. — Выходим утром на Холан?

— Сначала вызову Палкина и поговорю, — ответила Рада. — Лучше на день задержаться, чем потом зря терять время.