Я слышу, как ты дышишь - Остин Марс

— Ура, я пришел! Соскучились? А где Вера? Ве-ра! Я тебе орехов принес. Из Центрального Парка, чтобы ты не ревновала к моим одногруппницам, я душой вечно твой! Вера, ты где? А, я понял. Ну ладно, я пока чай поставлю. Приходи на кухню.

Она мрачно уставилась в зеркало, начиная подозревать, что министр каким-то образом вызывает Барта дистанционно, специально.

"Это уже паранойя, успокойся, скоро будешь в чем угодно видеть происки министра Шена."

— Вера! Ве-ра! Чай закипел. Тебе какой? Я свой любимый честно купил, но все время забываю принести. А схожу, пожалуй. Буду через минуту!

Она выключила воду и выпрямилась, еще раз осмотрела себя в зеркале — как будто после болезни и после истерики, только рубашки смирительной не хватает.

— Я вернулся! И принес чай. Вера, выходи.

Она в последний раз пригладила волосы и вышла из ванной, зашла на кухню, там Барт убирал со стола, министр сидел на своем месте, читая свои записи, на плите дымился чайник. Барт улыбнулся ей:

— Наливать?

— Разговаривать через дверь неприлично, тем более, если это дверь ванной.

— Ну вот такой я неприличный, — клоунски развел руками Барт, — когда я очень хочу с тобой поговорить, двери меня не остановят. Это тебе, — он сунул ей глубокий салатник, с горой полный разных орехов, она невольно улыбнулась, пытаясь не рассыпать, Барт подтолкнул ее к креслу: — Садись! Чай бери, вот, — налил ей чай и поставил на стол, присел перед креслом, заглядывая в глаза снизу вверх: — У тебя все хорошо? Кто тебя расстроил, скажи мне, я его на дуэль вызову! Я уже умею, у меня круто получается.

— Вперед, — фыркнула Вера, кивая на министра Шена. Барт слегка скис, посмотрел на Веру и громко шепнул:

— Кого-нибудь попроще не могла выбрать?

— Я не выбираю, кто меня сегодня расстроит, сорян, — развела руками Вера, Барт скорчил мрачную рожицу, встал и повернулся к министру:

— Я вас вызываю на дуэль, вы обидели мою Веру.

— Твою кого? — иронично поинтересовался министр, не отрываясь от бумаг.

— Мою сестру, — вздохнул Барт.

— Принято, — кивнул министр, — завтра. Публичность подразумевается?

— Нет, — смутился Барт, министр кивнул:

— Тогда на тренировке. Приходи к полуночи, — Барт кивнул, министр поднял глаза на Веру, — конфликт исчерпан?

— Было бы это так легко, — мрачно фыркнула Вера.

— Что вам угодно еще получить в качестве извинения?

Вера отогнала идиотскую мысль предложить ему вымыть ковшик и поморщилась:

— Отцепитесь от меня. Я больше не хочу обсуждать эту тему.

— Какую тему? — навострил уши Барт, Вера вызверилась:

— Неприятную тему, хочешь поговорить об этом?

— Нет, не хочу, — сгорбился Барт, — кушай орешки, они полезные.

Вера взяла один орех, запила чаем, неожиданно понимая, что ее больше не тошнит и чай восхитительно горячий и терпкий, почти сладкий, от него сразу стало хорошо внутри, захотелось откинуться на спинку кресла и сделать еще глоток.

— Что это за чай?

— Цветочный с фруктами, с ридийских островов, называется "Рог изобилия". Клевый?

— Обалденный, — она сделала еще глоток и взяла еще орех. Посмотрела на Барта, на министра, поняла, что никто ничего не ест и чашка есть только у нее, и что оба на нее смотрят с ожиданием. — Что?

Министр уткнулся в бумаги, Барт вернулся к чайнику, стал насвистывать и наливать вторую чашку, принес себе и министру, сел за стол и опять заглянул Вере в глаза:

— Все хорошо?

— Нормально.

— Ну слава богам.

— А у тебя? Откуда у тебя внезапный опыт дуэлей образовался?

— Меня все бьют! — возмущенно развел руками Барт, — я сам не ожидал, что в мире столько людей, которые хотят меня избить, это даже странно. Старшекурсник с факультета боевиков стал постоянно оказываться там, где я хочу пройти, "чисто случайно", потом толкнул меня и сказал, что это я его толкнул, и вызвал на дуэль, прикинь? В Круге Стихий, это такая штука во дворе Академии Магии, специально для дуэлей и отработки опасных заклинаний, там сильный щит по краю. А я даже не знаю, насколько могу палиться уровнем, я все-таки в спецотделе работаю.

— До третьего можешь использовать смело, — вставил министр, Барт улыбнулся:

— Круто. Я его вторым побил, самым примитивным. Потом буквально на следующий день другие старшекурсники подтянулись, одному не понравилось, что я на него смотрю, хотя я даже не смотрел. Вызвал на дуэль без магии, ха, — Барт самодовольно усмехнулся, взял орешек, высоко подбросил и поймал ртом, захрустел, — он на голову выше меня, и шире в полтора раза, но там же никто не знает, что я с Артуром тренируюсь.

Министр тихо рассмеялся, на секунду отрываясь от бумаг, посмотрел на Барта:

— Он жив?

— Конечно жив, че ему будет? От трещин в ребрах еще никто не умирал.

— Будь осторожен. Если нужно будет убивать, убивай, я заплачу виру, но имей в виду — это изменит твою жизнь навсегда, у тебя появятся настоящие враги. Так что без необходимости не стоит.

— Я аккуратно, — скромненько улыбнулся Барт, Вера покачала головой, опять утыкаясь в чай, Барт помолчал и вскинулся: — Так это не все! Вчера хоря этого за Эйнис били, сегодня меня на Восточной Площади поймали, в самом центре, как будто специально.

— Что ты там забыл? — напрягся министр, Барт махнул рукой:

— Одногруппницу провожал, она в восточном секторе живет, там проблемный район, я там сам когда-то жил, знаю.

— Красивую одногруппницу? — мурлыкнула Вера, Барт показал язык:

— Умную. И мы такие идем, никого не трогаем, и тут подваливают какие-то с дубинками и говорят: "Снимай часы". А на мне даже часов нет, что я сниму? Я на девчонку щит накинул, а им по разу объяснил, что мне не нравится их компания, и потом только до меня дошло, что щит сработал. Я это чисто на автомате сделал, они еще даже не подошли, а потом уже после драки проверяю, ну, по системе, как обычно, и понимаю, что на ней щит. Как это возможно?

Министр выглядел слегка озадаченным, отложил бумаги и спросил:

— Ты уверен?

— Можем пойти повторить, — скорчил рожицу Барт, — только это будет подозрительно выглядеть, если там действительно кто-то что-то мутит с кругом.

— Какого уровня был щит?

— Обычный мой щит, я Веру с таким на рынок водил, третьего уровня.

"Дзынь."

— Ну ладно, я его немного модифицировал, — закатил глаза Барт, надулся на часы и показал им язык: — Гадская штука.