Народ Акорны - Элизабет Скарборо

Хафиз Харакамян с панической тревогой осмотрел свою вторую жену – самую ароматную и красивейшую из новобрачных.

– Карина, моя маленькая дынька, ты худеешь и бледнеешь!

И действительно – половина ее второго подбородка исчезла; красивый барабанчик живота между светло-лиловым бюстгальтером, сочетавшимся с блестящим болеро, и инкрустированным аметистами поясом ее прозрачных сиреневых шаровар, уменьшился от полной луны до четвертинки полумесяца.

– Ответь мне, о, сад моего восхищения, почему ты сохнешь и превращаешься в призрак? Есть ли у тебя какое-то желание, которое я мог бы исполнить? Какая-то пища, которую тебе хотелось бы отведать? Скажи, и я достану ее даже с края вселенной, лишь бы удовлетворить твой изысканный вкус. Или, может быть, ты мечтаешь о каком-нибудь наряде для своей божественно прекрасной фигуры…

При этих словах он едва не пустил слюну, потому что новая жена действительно была чертогом его грез.

– …наряде, сшитом из тончайших тканей самыми талантливыми и искусными швеями?

Когда первые вопросы вызвали лишь трепет ресниц и легкую дрожь ее нижней губы, он в отчаянии вскричал:

– Или ты решила сделать в наших домах перестановку?

– Ах, Хаффи, милый муженек, мой сладенький вишневый пудинг, – ответила Карина, не в силах сопротивляться комплиментам супруга.

Пусть он был не очень красивым, но его неотразимая личность, неуемная подвижность, харизма, восхитительный вкус и пугающая стойкость в играх на брачном ложе – не говоря уже об огромном количестве денег – служили достаточным возмещением неказистой внешности.

– Ты сделал все, чтобы удовлетворить мое тело. Однако бедная душа в моей груди осталась недовольной.

– Почему же, о, мудрейшая из женщин, чей лик подобен белой розе, чьи глаза ярче блеска мигающих звезд, чья…

Она спрятала лицо в ладонях, украшенных десятком массивных колец, и тем самым оборвала поток его восхвалений.

– Я боюсь, что внезапность нашей страсти может прервать мой духовный поиск. Я так очарована новизной супружеской любви, что мои помыслы стали слишком благодушными. Но мне жаль отрекаться от моего истинного предназначения! От величайшего духовного пути! Я должна помочь народу Акорны! Я должна научить этих существ использовать их уникальные способности в правильной манере.

Естественно, говоря о правильной манере применения магических талантов, Карина, прежде всего, подразумевала прибыль.

– Позволь возразить тебе, мой маленький оазис плотских удовольствий. Акорна улетела на корабле сородичей. Когда девочка ознакомится со своим культурным наследием, она вернется к нам в качестве посла. Тебе не нужно чахнуть, моя милая.

Карина печально вздохнула. Они сидели у фонтана во дворе и делили друг с другом легкий восхитительный обед. Съев три первых блюда, она почти не притронулась к шербету. После просьб супруга Карина милостиво надкусила трюфельное шоколадное яйцо. Хафиз был прав. Ей требовалось поддерживать силу.

– Ах, Хаффи! Мой мудрый и коварный воин в битвах за богатство и рынки сбыта! Ты настолько любезен, что в необычайной щедрости духа уравниваешь с собой прекрасных и бесхитростных линьяри. Тебе кажется, что они столь же сведущи в путях коммерции, как ты. Но это не так. Я общалась с ними на самых глубинных уровнях и на самых верхних планах, доступных для людей. Мне не забыть их детскую наивность и потребность в обучении тем великим духовным путям, по которым я странствовала все эти годы. На самом деле их невероятные магические способности нуждаются в правильном руководстве, иначе, безвозвратно тратя силы, они доведут себя до истощения. Я могла бы стать наставницей Акорны, но она улетела к далекой планете линьяри – к таинственному и изолированному миру, где потенциал нашей девочки и всех ее сородичей окажется утерянным для меня и тех, кто полюбил прекрасную леди Свет.