Последняя игра - Дэвид Эддингс

– Или все, – добавил Белдин. – Именно это иделает Пророчество столь трудным для понимания. Мы пытаемся сосредоточитьсялишь на одном толковании, а Пророчество тем временем подразумевает все. Япоразмыслю над ним и посмотрю, можно ли добыть из него какой-нибудь смысл. Еслиприду к чему нибудь, дам вам знать. А теперь мне пора в обратный путь. –Белдин слегка подался вперед и взмахнул руками так, что это отдаленнонапоминало взмах крыльев. – Следи за мориндимами, – сказал онБелгарату. – Ты неплохой чародей, но магия – это совсем другое дело, ииногда она не дается тебе.

– Думаю, что смогу справиться и с ней, еслипридется, – едко ответил Белгарат.

– Может быть, – сказал Белдин, – если тебеудастся остаться хладнокровным.

Он вновь замерцал, обретая обличье ястреба, дважды ударилкрыльями и кругами взмыл в небо. Гарион наблюдал за птицей, пока та непревратилась в крохотное пятнышко.

– Странный визит, – сказал Силк, выбираясь из-пододеял. – Видно, после нашего отъезда что то произошло.

– И ничего в этом хорошего нет, – хмуро добавилБелгарат. – Поедем дальше.

Теперь нам действительно нужно спешить. Если Энхег приведетсвой флот в Восточное море и начнет топить маллорийские суда, Зарат можетдвинуться на Север и перейти мост. Если мы не попадем туда первыми, там можетоказаться слишком многолюдно. – Старик мрачно сдвинул брови. – Вотсейчас я бы хотел приложить свои руки к твоему дядюшке, – добавил он,обращаясь к Силку. – Уж я заставил бы его попотеть!

Они быстро оседлали лошадей и поехали по опушке залитогосолнцем леса к дороге, ведущей на север.

Выслушав довольно невразумительные заверения обоих чародеев,Гарион был в полном отчаянии: он потерпит поражение и умрет от руки Торака.

«Прекрати жалеть себя!» – в конце концов сказал емувнутренний голос.

«А почему ты втянул меня в это?» – с горечью спросил Гарион.

«Мы уже обсуждали это раньше».

«Он убьет меня».

«С чего ты решил?»

«Так сказано в Пророчестве. – Гарион резко оборвалсебя, поскольку в голову ему пришла новая мысль. – Ты сам сказал это. Ты иесть Пророчество, не так ли?»

«Это вводящий в заблуждение термин, и я ничего не сказал опобеде или поражении».

«А разве не это имелось в виду?»

«Нет, имелось в виду только то, что было сказано».

«А что же еще это могло означать?»

«Ты с каждым днем становишься все более упрямым. Перестаньтак волноваться по поводу толкований и делай только то, что должен делать.Раньше ты следовал почти правильным путем».

«Если все, что ты собираешься делать, – это говоритьзагадками, то зачем вообще утруждать себя? Зачем тревожить всех, повторяя вещи,которые никто не в состоянии понять?»

«Потому, что это нужно сказать. Слово определяет событие.Слово накладывает на него ограничения и придает ему форму. Без слова событиепросто сводится к случайному происшествию. Цель того, что ты называешьПророчеством, заключается в том, чтобы отделить существенное от привнесенного».

«Не понимаю».

«Я и не думал, что ты поймешь, но ты же спрашивал. Теперьперестань тревожиться. Все это к тебе не имеет никакого отношения».

Гарион хотел было запротестовать, но голос замолк. Однакопосле этого разговора Гариону стало немного лучше – не совсем хорошо, новсе-таки чуть лучше. Поэтому, когда они снова въехали в лес, он, чтобыотвлечься, поехал рядом с Белгаратом.

– А что собой представляют мориндимы, дедушка? Всеговорят, будто они ужасно опасны.

– Да, они опасны, – ответил Белгарат, – но,соблюдая осторожность, через их страну можно проехать.

– Они поклоняются Тораку?

– Мориндимы никому не поклоняются. Они даже не живут втом мире, что и мы.

– Не понимаю.

– Мориндимы похожи на народ, каким когда-то былиалгосы, до того как Ал принял их под свое покровительство. Было нескольконародов, которые не имели своего бога. Они кочевали в разных направлениях.Алгосы направились на запад, а мориндимы – на север. Другие пошли на юг и навосток и исчезли.

– Почему они не могли оставаться там, где были?

– Не могли. В решениях богов всегда присутствуетэлемент принуждения. Как бы то ни было, алгосы в конце концов нашли себе бога,а мориндимы – нет, поскольку принуждение к отделению их от других народов всееще существует. Они живут в пустыне за северной границей преимущественнонебольшими кочевыми группами.

– А что ты имел в виду, когда сказал, что они не живутв том же мире, что и мы?

– Для мориндимов мир является ужасным местом,пристанищем демонов, а они поклоняются демонам и живут больше в своих видениях,чем в реальности. В их обществе господствуют провидцы и колдуны.

– А на самом деле нет никаких демонов, правда?

– О нет, демоны весьма реальны.

– Откуда же они появляются? Белгарат пожал плечами:

– Не имею об этом никакого представления. Тем не менееони существуют, и они весьма зловредны. Мориндимы управляют ими с помощьюмагии.

– Магии? А она отличается от того, что делаем мы?

– Немного. Мы – чародеи, по крайней мере так насназывают. То, что мы делаем, включает в себя Волю и Слово, но не только их.

– Я все же не совсем понимаю.

– В действительности все не так уж сложно. Существуетнесколько способов вмешиваться в нормальный ход событий. Например, ведьмы.Вордай использует духов – обычно добрых, иногда вредных, но на самом деле незлобных. Колдун же использует демонов – злых духов.

– И это опасная разновидность магии?

– Очень опасная, – кивнул Белгарат. – Колдунпытается управлять демоном с помощью заговоров – формул, чар, мистическихзнаков и тому подобного. Пока он не совершает ошибок, демон находится в полнойего власти и вынужден делать то, что ему приказывают. Но демон не хочетподчиняться и ищет пути разрушить чары, наложенные на него магическимизаклинаниями.

– А что случается, если ему это удается?

– Обычно он тотчас пожирает колдуна. Это случаетсядовольно часто. Если утратить волю или потребовать подчинения от демона,который для тебя слишком силен, попадешь в беду.

– А что имел в виду Белдин, когда сказал, что ты неочень искушен в магии?