Северное герцогство - Вера Чиркова

– Лиата… – еще рычал тот, но взор постепенно светлел, теряя безумный блеск внезапного гнева. – ты прав… спасибо Иржи…

– Не за что… у тебя есть копия того документа?

– Она хранится в канцелярии цитадели, – произнес магистр и вмиг оказался возле своего стола.

Достал пирамидку, черкнул несколько слов и показал записку ученику и сыновьям. А затем отправил с пометкой «срочно».

– Мы и так тебе верим, – твердо заявил Ниркас, – мне всегда казалось, что в этом деле есть какая-то неправильность… но тогда я думал, уж прости меня, что у тебя от ее скандалов просто голова помутилась. Потому и поехал сюда, как только появилась возможность. Твой запрет говорить и вспоминать о ней вроде подтвердил мои подозрения, но постепенно я убедился… что ты не безумен. Значит вылечился за эти годы.

– Вот так живешь рядом с человеком полтора десятка лет и даже не подозреваешь, что он о тебе думает на самом деле… – мрачно пошутил Анвиез и очень серьезно добавил, – но в одном вы безусловно правы… я был к ней слишком снисходителен. И этим вместо добра сделал вам зло. Такие ошибки непростительны для магистра моего уровня и исправлять их я буду сам и немедленно. Ирджин, отправляйся в летний дворец, там девушки волнуются.

– Нет, я иду с тобой, – заявил ученик, – наши девушки все поймут и простят. А для кворума вызываю Ринка и Сабенса.

– Спорить бесполезно?

– Абсолютно.

– Тогда зови, чем быстрее разберемся, тем лучше.

– А мы? – насторожился Зенон.

– С нами. Вы пострадавшие и обязаны присутствовать на суде. А потом сами решите, куда идти. Денег я дам сколько нужно.

– Не надо… – отказался младший, – просто приезжай хоть иногда…

– Я за эти годы скопил, – вторил ему Ниркас, – не пропадем, если имение будет нашим. Она ведь ничего делать не давала… ни к каким сделкам не подпускала. Все сама… и все неудачно. То сгноит урожай, то задаром отдаст…

– Откуда ей это уметь? – сердито пробурчал Зенон, – если она ни к чему не способна, кроме интриг?

Пирамидка звякнула и на стол выпал туго скрученный лист мелованной бумаги с золотистыми вензелями светлой цитадели.

– Берите, – кивнул сыновьям Анвиез, – это ваше. Второй лист найдете в её тайниках, эти документы не горят и не тонут. Их невозможно исправить, залить краской или изрезать. Были желающие… пришлось принять меры.

Пока братья читали документ, тихо шипя от злости на двух языках, маги в секретном хранилище торопливо копались в шкатулках и сундуках. Время от времени задумчиво замирали над какой-нибудь диадемой или колье и шли дальше, скользя взорами по расставленным на полках диковинкам. И все-таки сумели к приходу собратьев найти достойные своих избранниц дары.

Первым на пороге появился Ринк, выслушал краткое пояснение Ирджина и согласно кивнул. Анвиез в этот момент отсылал вестника Дарвелу, решив, что никто не успокоит девушек лучше него. А едва успел убрать пирамидку, как примчался Сабенс.

Он понял собратьев с полуслова и молча заскочил в уже созданную Ирджином небольшую ладью. Белые маги очень не любили выступать в роли судей и наказывать преступников и мошенников, но ни один никогда не отказался от этой тяжкой обязанности. Чтобы в мире становилось чище и светлее, кому-то приходится убирать грязь. Так почему не им, наделенным судьбой особым даром?

В летний дворец маги возвращались втроем.

Сабенс остался в Лидморе с учеником и его родичами, повел их в свой дом, где хозяйничала отправленная туда с вечера илюрчанка. На следующее утро он собирался вместе с подопечными отправится в отданные ему Бобры. Мечта об школе стала явью так неожиданно, что магистр даже немного растерялся, хотя и готовился к такому повороту заранее.

Ринка учитель высадил из ладьи на развилке дорог, и тот, создав свою маленькую лодку, умчался в замок. Свою ладью магистры, по-прежнему хранящие тяжелое молчание, направили к летнему дворцу.

Говорить было попросту не о чем. Да и думать ни о чем не хотелось, даже радость предстоящей встречи с любимыми девушками как-то померкла. Анвиез в подобных случаях обычно запирался в лаборатории, садился в удобное кресло и вытянув ноги на пуфик под негромкое журчание крохотного фонтанчика бездумно глядел в окно. На облака или звезды, в зависимости от времени суток.

Но сейчас он не мог так поступить и упорно пытался придумать вескую причину не показываться Лиатане на глаза. Магистр даже секунды не сомневался, что внимательная и чуткая невеста сразу заметит его настроение и огорчится. А расстраивать любимую абсолютно не входило в его планы. Значит лучше попросить ученика, пусть скажет, что магистр отправился в Топри по важному делу и вернется к ужину.

– Иржи, может… – начал он и смолк, пораженный сердитым взглядом ученика.

– Не может. – рыкнул Ирджин, поморщился и мрачно сообщил, – не нужно так делать, поверь мне. Я тоже шел по протоптанной тропе… и отчетливо ощущал, что совершаю ошибку. Когда пытался понять, как поступит Кора, подставив на ее место принцессу. А потом сообразил… нельзя судить о лебедях по болотным жабам. А Аманда даже хуже чем жаба… и стало быть всё мы сделали правильно. Освободили сразу несколько семей от домашнего деспота и тирана. Значит должны гордиться собой, а не каяться. В конце концов мы же не на плаху ее послали, а в монастырь для знатных вдов. Будет общаться с себе подобными.

Последнее утверждение мага было пропитано сарказмом, но ошибочным не являлась. Добрых и ласковых старушек знатные родичи никогда не отправляют подальше от родного именья или особнячка. Многого ей не нужно, места и еды хватает, а польза большая. И за слугами приглядеть и нежданных или навязчивых гостей разговором занять и слухи собрать по старым подругам.

Анви в ответ лишь криво усмехнулся. Он и сам отлично все это знал и жалел вовсе не Аманду, а внуков, затурканных этой эгоистичной дурой. Хотя и меры уже принял, попросил помощи у цитадели. Это у простых людей какая-то странная, болезненно неверная предвзятость в подобных вопросах, а все белые маги с радостью пользуются помощью собратьев. Особенно если не изобрели какой-нибудь невероятный артефакт, а попали в безвыходное положение. Ведь дело, невыполнимое в данный момент для тебя самого, может оказаться сущим пустяком для кого-то из собратьев.

А ему цитадель пообещала подыскать хорошего управляющего в имение и лучших учителей для детей. Его внуков и правнуков.

– Они еще не садились обедать, – сообщил Ирджин, глядя на растущий перед ними застекленный купол на крыше летнего дворца. – Я оставил следящий амулет. Значит, ждут нас.

– Тогда о чем разговор, – вздохнул его учитель, – задерживать всех некрасиво. Но лучше предупредить, чтобы в следующий раз не ждали.

– Они не послушают, – буркнул ученик и был совершенно прав.

Получив вестника Дарвел сразу предупредил девушек что магистры задержатся, так как отправились куда-то по срочному делу. И Лиатана с Корой немедленно сообщили, что будут обедать позже.