С любовью, Солт Лейк - Виктория Ом

ЭПИЛОГ

Четыре года и семь месяцев спустя...

ЛЕЙК

- Надо было остаться с ней, - дёргался Солт, нервно отстукивая ритм правой ногой.

- Там  и без нас народу предостаточно. А от тебя было бы больше вреда. Здесь еще может не заметят ползающей туда-сюда  мебели.

Мы сидели в комнате ожидания частной клиники, дожидаясь вестей про Линду.

- Я нервничаю.

- Я тоже, но не выплёскиваю это всё наружу.

- Ты меня будешь учить, как бороться со  стрессом? Мне сложно доверять людям, и ты это знаешь. А доверять Линду кучке  незнакомцев... - Солт тяжело и протяжно выдохнул.

- Я прошёлся по всем сотрудникам, кто будет  контактировать с Линдой и пообщался с  теми, кто сегодня на дежурстве — всё с ней будет хорошо, - попытался успокоить друга простыми доводами. В моих способностях он не сомневался, и Линда разрешила мне проконтролировать общую безопасность и Солта.

  - Мистер Сазар? - с этим вопросом в нашу сторону направилась медсестра.

- Да, - в один голос откликнулись мы с Солтом,  обескуражив женщину.

- Я муж, - добавил я, - а это мой брат, - указал на Солта, а тот набычился, всё еще не довольный таким распределением ролей.

- Кхм, - прочистила она горло, - поздравляю, у  вас мальчик, и мальчик. Вашу супругу перевели в послеродовую, следуйте за мной, если хотите навестить её и малышей.

Солт резво вскочил на ноги, подгоняя меня недовольным взглядом.

Медсестра провела нас к палате Линды и ушла.

- Так,  этот, уже вижу, мой, - просиял Солт,  заглянув в один из боксов с младенцами.  - Но почему у него глаза голубые? - нашёл к чему придраться.

- Потому что у меня они такие, - усмехнулась  Линда, подставляя мне губы для поцелуя.

- Ну как ты?

- Устала немного, - ответила она, хихикнув из-за  того, что Солт подскочил к её кровати и попытался расцеловать всё лицо.

- Солт, прекрати. Она же устала.

- А я так перенервничал, что энергии стало  больше, надо всё сбросить, - и чмокнул Линду в уголок губ.

- Ну всё, тихо ты, - осадила она его. - Вы же  останетесь на ночь? Боюсь, я с двоими не  справлюсь.

- Даже если будут выгонять, не уйдём, - заверил её, протянув руку к темноволосому младенцу.

- Хорошо.  Если бы твой, - кивнула она на тёмненького  малыша, - не замедлял процесс, то я бы быстрее справилась. Но его братик ему помог, - засмеялась Линда, - сначала ножками его стал подталкивать, а после и сам выскочил, как по маслу.

Рыженький младенец заплакал, и Линда поспешила взять его на руки.

- Не может спокойно лежать в боксе. Весь в папу.

- Правильно, - с гордостью заступился Солт за своего малыша, - нечего нас оставлять без  присмотра.

- Значит, на ночь буду класть их в один бокс, мне  уже предложили достать побольше, как  для близнецов и двойняшек.

- Я против, - вступился я за своего ребёнка, - рыжий не будет давать ему спать.

- Эй,  - пихнул Солт Лейка, - мой малыш не любит  одиночество, а твой вырастет асоциальным, если ты их будешь разделять с самого рождения.

- А ну не драться, - прикрикнула на нас Линда. - Это и мои дети, и я буду решать, как, где и с кем им спать. Пока они не вырастут, - добавила она, заметив хитрый взгляд Солта. Он, наверняка, хотел вставить какую-то пошлость

- Ну,  как вы тут? - вошёл в палату доктор.

- Хорошо,  - отозвалась Линда, покачивая на руках  рыжего младенца.

- Док, а тест на отцовство у вас можно сделать? - подлетел к нему Солт.

- Можно,  - ответил тот с небольшой заминкой. - Но если верить документам две яйцеклетки  оплодотворённые от разных доноров, я  так понимаю это вы, - окинул доктор взглядом меня и Солта, - замечательно  прижились и развились до полноценных эмбрионов. По вашей же просьбе больше двух яйцеклеток не помещали, поэтому  сомнений нет: один из малышей принадлежит  одному донору, а второй — второму.

- Но  переправить стоит, - настоял Солт. - Я не против вырастить обоих малышей, как своих, - вызвался он.

Доктор пообещал всё устроить, чтобы успокоить Солта.

Нам понадобилось время, чтобы научиться жить втроём, а теперь начинался новый этап, где нас станет пятеро. Настоящая большая семья. И я, и Солт невероятно рады, что нам досталась самая умная, мудрая и храбрая женщина. А связь, которую пришлось создать не отягощала наших отношений, а помогала поддерживать баланс. 

К моменту рождения детей от «Фалькорп» ничего не осталось, а военные решили дать нам возможность жить своей жизнью, если мы не будем вмешиваться в их дела. Мы втроём согласились, что пришло время остановится и создать что-то большее, что останется после нас, как напоминание, что были такие вот необычные люди, как я и Солт, с пробелами в прошлом, но с твёрдой уверенностью в завтрашнем дне.

Линда положила рыженького малыша обратно в бокс и отвлеклась на нас с Солтом, рассказывая, что еще надо будет сделать по приезду домой. Рыженький недовольно крякнул, но плачь поднимать не стал, пристально смотря через полупрозрачный бортик на соседний бокс, где спал второй малыш.

Я приложил палец к губам, призывая Линду и Солта к тишине. Те уставились на меня с немым вопросом, а я указал в сторону малышей: один бокс плавно подкатился ко второму, притеревшись прозрачными боками. Рыжий протянул ручку к брату, но натыкался на преграду. Малыш заплакал, разбудив соседа, который сонным взглядом нашёл дебошира. Рыжий стучал маленькой ручкой по преграде и успокоился, когда второй малыш приложил свою руку к бортику своего бокса.

- Кажется, дети сами решили, что им нужен один  общий бокс, - усмехнулась Линда не без скрытого упрёка в нашу с Солтом сторону.