Феникс. Возродиться из пепла - Бекки Чейз

Обхватив плечи ладонями, я стою на поваленной колонне и смотрю, как по стене медленно скатываются прозрачные капли воды. Такие же, как вчера. Или год назад. Или десять.

На небесах время течет иначе. Оно бесконечно, как эти немые слезы. И безгранично, как скорбь, которую вселяет атмосфера сенота. Правда, эта скорбь все же имеет начало — день, когда проклятие неизвестной демонессы осквернило храм старого Эдема.

— Не выдержав боли утраты, она…  — запнувшись, Теонис подносит пергамент к глазам, чтобы рассмотреть потускневшую строку. — Какая необычная руна, смесь «Уруз» и «Халагаз»[1].

— Думаю, следует толковать так: «она призвала мощь стихии», — я заглядываю в свиток через его плечо.

— Полагаю, что да, — соглашается Теонис. — Вас еще не учили вызывать и замораживать адское пламя, но демоны умеют это с рождения. Значит, и она могла.

— И? Что было дальше? — я ерзаю рядом и случайно задеваю его локтем.

От этого он заметно напрягается, а я снова чувствую неловкость. Надеюсь, Теонис не решит, что я сделала это нарочно?

— Какая ты нетерпеливая! — шутливо журит меня он, стараясь выглядеть непринужденно. — Дальше следует «Дагаз»[2] и «Эйваз»[3], но последняя перевернута. Готова расшифровать?

Вызов заставляет меня усмехнуться — уроки Юстианы не прошли зря. Прорыв и трансформация в обычном значении, а защита в обратном. Слухи не лгут. 

— Демонесса лишила святое место прежней силы, изменив его сущность.

Кивнув, Теонис смотрит на последнюю строку:

— И ниже, вдоль всей кромки повторяется «Лагуз».[4]

Текущая вода. Та самая, что затопила алтарь.

Кажется странным, что в огромной библиотеке нашлась только одна глава, да еще и написанная рунами. Пока Теонис сворачивает свиток, эта мысль не выходит у меня из головы.

— Как ты вообще догадался, что речь шла о сеноте?

— Рядом лежала страница, — Теонис достает из кармана сложенный вдвое пергамент. — Не знаю, из какой книги ее вырвали, но описание алтаря совпадает с твоим наброском.

— Небесный храм света, — бегло читаю я. — Создан во славу Господа нашего и для очищения от скверны. В его священном алтаре сосредоточена Гармония, а напрестольный крест[5] из клинков архангелов несет в себе Защиту. Пред ним страждущий найдет ответы, а погибающий — спасение.

Присев на корточки, я вглядываюсь в размытые контуры алтаря под водой. В наброске для Теониса я действительно нарисовала скрещенные мечи, но так и не вспомнила — они были наяву или в видении. Или в ночных кошмарах, которые постепенно вытесняют сны об аварии.

Не знаю, почему так часто думаю о сеноте. В моей новой жизни и без него хватает проблем — с учебой, с тренировками,  с выбором стороны — но я все равно с упорством маньяка продолжаю искать ответы. Наверняка есть причина, по которой в легкодоступных книгах умалчивают об истории храма. И я хочу ее знать! Иначе душераздирающий крик так и будет стоять в ушах.

С усталым вздохом я ложусь на колонну. Страшно прикасаться к воде — вдруг кровавое видение вернется? Но если не осмотреть алтарь, я так и не узнаю правды. Стиснув зубы, я с опаской погружаю лицо в воду, и гулкие звуки падающих капель затихают. Основание из белого мрамора становится ближе и четче. Я уже могу разглядеть узор в виде крошечных ангельских и демонических крыльев — он опоясывает алтарь со всех сторон — а прямо перед глазами вырисовываются два скрещенных клинка. На лезвии одного из них я замечаю длинный ряд букв, но надпись слишком далеко, чтобы ее прочитать.

— Черт! — я отстраняюсь с тихим всплеском.

Придется нырять. Воровато оглянувшись по сторонам, я стягиваю тунику и туфли и в одном нижнем белье соскакиваю в воду. Демоны сейчас веселятся в «Чертоге», поэтому вряд ли у моего незамысловатого «стриптиза» найдутся зрители.

Набрав полные легкие воздуха, я уже собираюсь нырнуть, когда меня накрывает ощущение чужого присутствия. Куда ни повернись — я спиной чувствую пристальный взгляд.

— Зепар? Фариэль? — зову я в темноту коридора. — Хватит дурачиться. Выходите!

Эхо повторяет мой испуганный возглас. И больше ничего — ни шорохов, ни звука шагов. Поборов страх, я опускаюсь в воду с головой, и в этот самый момент вижу, как из-за обвалившейся стены появляется темная фигура.

Закашлявшись, я выныриваю на поверхность, где в мое мокрое лицо прилетает издевка:

— Решила искупаться на ночь глядя?

Мыском начищенного ботинка Люцифер отодвигает подальше мою опрометчиво сброшенную тунику.

— А ты настолько устал от общества Инферны, что решил утопиться? — я прижимаюсь к колонне и в возмущении тянусь за одеждой: — Верни сейчас же!

— Если тебе нужна эта тряпка — возьми ее сама.