Code. Носители - Джон Маррс

До чего знакомо, подумала Флик. И налила в стакан газировки.

Ей вообще приходилось большей частью отмалчиваться, тогда как Грейс говорила о прошлом без утайки. Ресторан, которому отдала семь лет, – табу, про разрыв с семьей не расскажешь. О мужчине, разбившем сердце, молчать, ни слова о проекте, что подарил билет в новую жизнь. Нельзя даже вскользь намекнуть, что вживлено в мозг.

Благо, на выручку пришла легенда: долго жила с мужчиной, но в итоге громкий скандал и расставание – и здесь обязательно дать понять, что он распускал кулаки. О болезненных, жестоких отношениях мало кто осмелится расспрашивать – так уверял Карчевски. Якобы родной Стратфорд-на-Эйвоне теперь не держал, так что Флик скопила немного, предупредила хозяина квартиры и, уволившись из рекламного колл-центра, поехала путешествовать по стране. Грейс поверила.

Сегодня она после долгих уговоров затащила Флик в центральный паб «Лиса и гончие» на еженедельную вечернюю викторину. На входе Флик сразу дважды окинула взглядом зал: первый раз – запоминая пути отступления, а второй – фиксируя подозрительные взгляды. Нельзя так – отовсюду ждать удара в спину, по сто раз проверять всех и каждого. Ненормально это. Хотя нормальность ей и так несколько лет только снилась.

Сделав заказ, они с Грейс вернулись за столик, к своей команде «Копченые рыбешки».

– Раунд три, вопрос первый, – начал ведущий с местным приморским говором. – Где похоронена Диана, принцесса Уэльская?

Команда сгрудилась. Зашептались.

– На острове в родовом поместье Элторп, – сказал один участник. – Я был там в детстве с мамой.

Флик замотала головой.

– Нет-нет, на самом деле… – начала она, рисуя перед глазами реальную могилу в церкви, а не пустышку для публики, на островке посреди озера. Слава богу, вовремя осеклась. То была одна из многих тайн королевской семьи, не подлежащих огласке. Как, например, и обстоятельства смерти Дианы – вторая потенциальная сенсация.

– Ой, нет, извините, – покраснев, Флик сдала назад. – Элторп, все верно. Я перепутала.

Она прикусила нижнюю губу и осела на стул, проклиная себя за безалаберность. Карчевски ведь предупреждал: даже подготовленный мозг – не машина, нет-нет да подведет! «Ошибка, скорее всего, случится в самый непредвиденный момент, когда расслабитесь. Отпу́стите вожжи, – объяснял он. – На миг сочтете тайну общеизвестным фактом, она и вырвется. Тут главное – не потерять голову. Исправьтесь на ходу, сделайте выводы, – мы вас за эти умения и выбрали».

Весь остаток вечера Флик держала язык за зубами, хотя знала ответы почти на все вопросы.

Чтобы она еще раз согласилась на викторину!

– Кому что взять? Давайте принесу, – предложила она спустя время.

Грейс помогла составить заказ.

Расплачиваясь на кассе, Флик обратила внимание на доску с надписью «вакансии».

– Работу ищете? – спросил дородный хозяин паба и по совместительству бармен.

– Как-то и не задумывалась…

– Раньше в баре работали?

– Давно, еще в годы учебы.

– Меня устроило бы. Соглашайтесь. Пару ночей в неделю, а там как пойдет.

Флик колебалась. Зачем работать? Денег на карте хватит скупить половину городских пабов, включая этот. Только вот что теперь, днями напролет шататься по округе и запоминать пути отступления?

«Если и скрываться, то на самом видном месте, – наставлял Карчевски. – Пока вас вычисляют среди толпы, трижды успеете сбежать».

Чем же не видное место – паб в центре города?

– Ну хорошо, я согласна, – ответила она.

– Значит, понравилось тебе у нас, – с улыбкой вставила Грейс. – Остаешься?

– Остаюсь.

Хоть бы не пришлось пожалеть…