Лорд в серой шинели - Александр Конторович

– Вот что, любезные, – с ходу начинаю компостировать мужикам мозги. – Только что один из ваших товарищей попытался меня убить.

Сказать, что они удивлены, – значит не сказать ничего.

Собеседники просто потрясены.

– У него были сообщники...

Они аж рты приоткрыли.

– И один успел сбежать...

Дошло?

Да еще как!

Отлично, теперь прочувствуют все как надо.

– Значит, так, – вытаскиваю из ножен Рунный клинок, – когда на работу нанимались, знали, к кому идете. И я вам всем тогда поверил. Теперь на слово веры нет никому. Кто хочет, чтобы на него полагались и далее, – клянитесь на вот этом клинке. Сами понимаете, что ждет солгавшего.

Что его ждет, откровенно говоря, я и сам не подозревал. Но на слуг подействовало. Руки-ноги затряслись, и морды моментом побелели.

– Ну, – приподнимаю оружие, – кто первый? Или мне самому выбрать?

– А что говорить, ваша милость? – пробормотал один из них.

Ага, вот и первый отыскался.

– Клянусь ничем не злоумышлять против своего лорда и его людей. Буде кто предложит мне такое действие или я сам про него узнаю – сообщу об этом лорду или его людям. Не воровать и не жульничать я у вас не требую, цените!

После некоторой заминки говорливый слуга подходит ко мне. Становится на колени и, запинаясь, повторяет сказанные мною слова. Целует клинок и отходит в сторону.

Второй, третий... все.

Слуг уводят в другое помещение, и Коты пригоняют новую партию.

Где-то на третьем десятке у одного из слуг не выдерживают нервы, и он пытается сделать ноги.

С таким же успехом он бы мог попытаться пробить головою внешнюю стену. Бегуна тут же уволакивают в соседнюю комнату и начинают вдумчиво колоть. А я принимаю присягу у оставшейся четверки. Эти слуги перепуганы, но виду стараются не подавать. Последними целуют клинок управляющий и его семья. И хотя я на этом не настаивал, Логен сам вызвался на эту церемонию.

– Люди скажут мне – ты не рискнул дать милорду такое обещание, а берешься нами командовать, – говорит он, по обыкновению, комкая в руках шляпу. Тут уж и мне возразить нечего.

Веду его к телам убитых негодяев.

– Помнишь их?

– Да, милорд. Они все из города. Работали там грузчиками. Вот этот, – кивает он на «дубиновладельца», – вышибалой был в трактире.

– И кем же они нанялись к нам?

– Рабочими. Таскать, чинить... по хозяйству, в общем.

Странно, мне всегда казалось, что профессия вышибалы куда как более интересна, чем должность разнорабочего, пусть даже и в замке у лорда.

– Посмотри на них, – говорю управляющему. – Ты видел всех, кто стоял во дворе, видишь и этих. Все ли наши люди на месте?

Он морщит лоб.

– По-моему, милорд, не хватает двоих... нет! Не хватает еще троих человек.

Час от часу не легче! Один сбежал, а вот еще парочка где заныкалась?

Поворачиваюсь к Коту:

– Лексли! Оружие в замке есть?

– Полно. Можем вооружить полк.

– Полк не надо. Для начала вооружим слуг. Всех. Хотя бы и кинжалами.

– Сделаем.

– Далее. Любые передвижения по замку – только группами не менее четырех человек. Логен, это тебя касается! Даже в сортир – и то кучей ходить.

Мои собеседники согласно кивают.

– Далее, – поворачиваюсь к Коту. – На угловые башни по арбалетчику. По два запасных заряженных арбалета каждому. Всех одиночек – валить! Два человека – то же самое. Вопросы есть? Нет? Выполнять!

В сопровождении троих Котов топаю к Мирне. Что до меня – так туда надо было бы сразу и бежать. Но, увы, пришлось остаться и руководить. К сожалению, правильно организовывать противодиверсионную службу здесь пока еще не умеют. Научатся, конечно, если тут все и дальше такими темпами понесется вскачь, но не без крови, это факт. Так что неча рассусоливать, надо строить все и сразу.

Вообще говоря, положение аховое. В замке наверняка есть еще какие-то ухоронки, о которых мы не знаем ничего. А вот пропавшая парочка, судя по всему, на этот счет в курсе. Хреновато... Насколько я помню то, что читал про такие вот ходы, у них наверняка имеется возможность не только ходить по ним, но еще смотреть и слушать. И что хуже всего – стрелять. Оружие у них точно найдется, и наверняка они не тащили его с собою через ворота. Покойный граф, чтоб ему на том свете пусто было, запас этого добра до фига. Так что, если злодеи сопрут пару-тройку арбалетов и десяток болтов и кинжалов – никто и не заметит.

Вывод?

По большим и длинным коридорам не ходим. Надо будет отыскать эту самую шкуру неведомого зверя и носить ее на плечах.

Что еще?

Пост на кухню – трудно ли в еду яда бухнуть?

И искать!

Искать входы в подземелья!

Кто-то из старой прислуги их знал... где б его самого сейчас найти?

Перед входом в мастерскую Мирны уже стоит пост. Мрачный Кот и двое вооруженных слуг. Озадачиваю своих провожатых поисками шкуры-плаща. Забрав одного из охранников, они уходят. Все правильно. Если я с Мирной куда-то пойду, то нас с оставшимися часовыми как раз четверо и будет. И их, ушедших, тоже четверо.

Войдя в мастерскую, не сразу замечаю сероглазку. Она сидит сбоку, у окна во двор, и рассматривает какие-то бумаги.

Услышав шаги, резко оборачивается и, бросив бумаги на пол, повисает у меня на шее.

– Цел...

– Мне не так легко напакостить! Я Серый – или погулять вышел?

– Ты глупый! Вечно лезешь на рожон! Тебя же могли убить!

Ох, кто-то у меня огребет... и очень скоро...

Нежно поглаживаю ее по спинке.

– Успокойся... я тут, жив-здоров и невредим, ничего страшного со мною не случилось. А ты чем таким любопытным занята?

Она поднимает глаза, на ресничках блестят капельки. Сызнова плакать? Значит, снова пускаем в ход проверенный способ...

Но не успел я ее поцеловать (всего пару-тройку раз!), как она мягко отстраняет меня.

– Садись!

Делать нечего, слушаюсь.

– Ты помнишь, я рассказывала тебе об этой комнате?

Откровенно говоря – не помню. Но киваю.

– Я еще тогда попыталась понять, зачем здесь, в этом замке, такая мастерская? Своего целителя у них не было. А судя по некоторым следам, тут работали всерьез и очень напряженно. Уходили отсюда в спешке, многое бросили. Ты помнишь, когда я только сюда зашла, мне показались странными некоторые вещи?

– Ну да, тогда еще Коты ворчали, таская твои столы и сундуки из одного угла в другой.