Каменное сердце - Кейлет Рель

Когда мы подъехали к новой избушке, я не поверила своим глазам. Кресс спокойно снял меня с лошади и принялся заносить сумки в дом, а я так и стояла во дворе, таращась на… это.

В Чаще иногда ставили избушки, но чаще всего делали землянки или просто небольшие схроны. В лесу никто и никогда не строил двухэтажные особняки. А Кресс притащил меня именно к такому монстру, с каменным фундаментом, мощеным двориком, пристроенной банькой… Да этот дом выглядел круче, чем тот, в котором жил самый богатый охотник Злейска, Йозеф!

— Это еще что? — выдохнула я.

— Ведьма, ты вроде не похожа на дикарку, и в деревне бываешь. Это дом. Ну, помнишь, в таком еще Гленна живет.

Я резко развернулась и схватила проходящего мимо Кресса за рукав. Инквизитор тут же разорвал наш контакт и гневно посмотрел на меня. Он поджал губы, явно сдерживаясь, чтобы не высказать мне пару ласковых.

— Откуда в треклятой Чаще дом?

— Твой же там как-то появился.

Кресс развернулся и пошел дальше, вынуждая меня семенить следом со связанными руками. Он мог пытаться сбежать от разговора, но куда ему в конечном итоге деваться? Все равно вместе живем.

— Эй, инквизитор, — возмутилась я. — Знаю, вас в этом ордене не учат, как правильно обращаться с женщинами, но ты мог бы хоть изредка проявлять вежливость.

— Ты не женщина, — парировал Кресс.

— А кто тогда? Троллья моча? Отрыжка Преисподней?

Кресс резко остановился, и я врезалась ему в спину. Его руки тут же оказались у меня на талии, не давая упасть. Наши взгляды пересеклись. Его лицо оказалось близко-близко к моему.

— Ты девица, — выдохнул он мне в губы. — Потому что только девица становится каргой… так.

Я удивленно посмотрела на него. Для инквизитора он знал о ведьмах чересчур много. Даром, что когда-то жил с одной. Точнее, она его похитила. Но не станет же карга обучать слугу всем нашим премудростям? Даже я ни разу не слышала про то, как девственность влияет на наше окаменение.

Меня мучил стыд. Такое ощущение, будто Кресс залез ко мне под юбку, все внимательно осмотрел и вынес вердикт.

И все же часть меня хотела узнать больше. Теперь-то мамы с папой нет, и мне попросту не у кого спросить совета. Сможет ли инквизитор помочь ведьме? Даже звучит смешно.

— Как? — все же задала вопрос я.

И затихла, не решаясь даже пошевелиться. Мы так и стояли посреди двора друг напротив друга, его руки на моей талии. Одно лишнее движение, слово — и все рассыпется в прах.

Кресс буравил меня взглядом. В темных омутах его глаз нельзя было разглядеть ни единой эмоции. Он едва уловимо улыбнулся.

— Глупая ведьма, — сказал он. — Разве ты еще не заметила? Ваша драгоценная Истле всегда дарит детям второй шанс, особенно таким, как ты. Юным и невинным.

Он убрал пряди моих волос и коснулся места на шее, где чувствовалось биение пульса. Совсем слабое, почти замершее. Затем скользнул пальцами к ключицам и ниже, положив ладонь мне на грудь.

Я едва дышала. Слишком свежи были воспоминания о том, как Кресс пытался меня задушить. Его прикосновения жгли меня. Я не сопротивлялась, потому что знала, что он пытается проверить. Ему не нравилось меня трогать: я заметила странный огонек во взгляде, свидетельствующий, что инквизитор выходит из равновесия. Оставалось лишь надеяться, что мы все выясним раньше, чем Крессом овладеет ненависть.

Его ладонь вплотную прижималась к моей коже через тонкую ткань рубахи. Прошло несколько мгновений, и мы оба почувствовали глухой удар в моей грудной клетке. Каменное сердце содрогнулось, чтобы снова замереть.