Всё в ажуре - Кира Страйк

Как оказалось, Крайтон за время пути уже всё придумал. Просто не торопился делиться, пока мы не избавились от присутствия Лапы.

Итак. Мы с Лилей, по его версии, будем объявлены дальними родственницами недавно помершего бездетного барона Далей. Как раз перед тем, как Крайтону стать разбойничьей добычей, отец рассказывал, что, за неимением наследников, земли и имущество сего иссякшего рода планировали переводить во владения герцогства.

Человечишко барон был поганый. Вследствие чудовищной, какой-то болезненной жадности и безмерного скупердяйства умудрился скопить приличное благосостояние, при этом самым натуральным образом уморил всю семью голодом и совершенно нищенским существованием. И сам помер в драных чулках в обнимку со своим богатством.

В общем, оспорить наши с сестрой притязания на сегодняшний день было некому. А Крайтон их как раз подтвердит, и станем мы с младшей баронессами Далей. А что до того, что про нас до сих пор никто не слышал – так жили в соседнем государстве.

Тут уж ври, что душе угодно, сочиняй – не стесняйся. Хоть про бабушку, бежавшую из отчего дома с иноземным возлюбленным, прожившую долгую бедную, но счастливую жизнь, на смертном одре признавшуюся в существовании родственников в Вералии. (Это, значит, на нашей новой родине.)

Вот мы и прибыли из Сландрии знакомиться с дальними родственниками, но не успели никого застать в живых. А Сергей, значит, нас сопровождал. Что, впрочем, не спасло бедных сестёр-сироток от нападения разбойников.

Пара «верных» слуг при появлении опасности предпочли сбежать, вещи и с ними все документы украдены и безвозвратно пропали. Юридические формальности с восстановлением в правах (ерунда, что фальшивых) Крайтон обещал уладить уже сам. Герцог он, или где?

Шерлок (по легенде) – младший отпрыск из малоизвестного даже в Сландрии обедневшего дворянского рода, от которого отреклась семья за любовь к ещё более нищей баронессе. Лиле то есть. Логика понятна. В нашем случае, чем запутанней и хуже, тем лучше.

За всеми этими обсуждениями добрались до деревни. Мы с Лилей, по самый нос укутанные в потрёпанные плащи, остались сидеть в телеге, которую наши мужчины оставили возле полуразвалившегося бесхозного домишки на самой окраине. Сами отправились улаживать срочные текущие вопросы.

Ждать пришлось долго. Ну или просто в таком беспомощно-подвешенном состоянии, да ещё и без привычной защиты за спиной казалось, что время тянется очень медленно. Винить, правда, было некого. Сами с сестрой настояли, чтобы парни шли вдвоём. Нам ведь требовалась одежда, а в этом деле, как нам показалось, надёжнее было довериться Серёгиному вкусу.

Теперь вот сидели с Лилькой и отчаянно трусили. Место, конечно, выбрали правильное – безлюдное. От того и страшней.

Самое смешное, что жертвы оказались напрасны. Мало того, что страху натерпелись, так ещё и надежды на тонкость чутья Шерлока в модных тенденциях не оправдались совершенно.

Ладно я ради свободы передвижения была готова облачиться уже в любое рубище, лишь бы чистое и никем до меня не ношенное. Лильку же принесённый ворох бесформенных юбок и рубашек поверг в культурный шок. Тонкая душевная организация младшей никак не могла принять необходимость нарядить своё красивое тело в такое убожество. Никаких тебе любимых рюш и ярких оттенков.

- Любовь моя, а что ты хотела? – терпеливо оправдывался Сергей, - Супермаркетов – бутиков пока не изобрели. К тому же, деревня-с. Что имелось, то и взяли.

Когда же юной моднице запретили использовать косметику и заставили заплести волосы в простую косу – губы Лилькины окончательно задрожали, предвещая близкие слёзы. И смех, и грех.

Мужественно решив терпеть это унижение с достоинством, сестра гордо вздёрнула подбородок и ушла в кусты переодеваться. Долго там возилась и вернулась с всё-таки предательски покрасневшими глазами.

Да уж, зрелище это было ещё то. Жуть, как хотелось расхохотаться и над ней, и над собой (сама-то сидела ровно в такой же «роскоши»), но сдержалась, чтобы не добивать младшую. И так вон устроилась на дальнем краю телеги и повернулась спиной ко всем – дуться и страдать в одиночестве о том, какая она некрасивая.

- Лиль, бери себя в руки и прекращай капризнчать. Будут тебе ещё наряды. А пока мы – неприметные крестьяне. – попыталась вразумить сестру – без толку.

Ну и ладно, погорюет и привыкнет. Конспиративная маскировка, между прочим, действительно знатная получилась.

Я разложила на свежей, только приобретённой салфетке еду, что принесли добытчики, на запах жареной курочки оттаяла и наша ранимая принцесса. Голод, как говорится, не тётка, а на сытый желудок и страдать веселей.

Пока подкреплялись, пронаблюдали, как в отдалении по основной дороге промчался небольшой конный отряд бравых молодцев, а следом проскрипела массивная повозка – не иначе местные власти среагировали на сигнал от добропорядочного «крестьянина» Крайтона.

Накормили-напоили нашу лошадку и засобирались ехать дальше. До Малея – столицы герцогства, где у барона Блона имелся уютный домик, оставалось ещё два дня пути. Крайтон полагал, что вероятнее всего застать его именно там.