Когда выбираешь не ты... - Седа Непоседова

скривился в болезненной гримасе. Потом, замер, выставив на какие-то секунды руку с разведенными в стороны пальцами вперед, и начал двигаться на меня, переступая ногами чуть полубоком, издавая при этом противные визгливые звуки, словно пойманному с поличным фулю прищемили яйца! Недолго думая, я схватила его за выставленные пальцы, рывком потянула вперед и вниз, одновременно разворачиваясь вокруг ноги в сторону нападавшего, и тот, заорав от боли, рухнул на колени. Не давая парню опомниться, жестко перехватив его пальцы левой рукой, правой ткнула ему в глаза, сдавила горло, от чего он захрипел, и треснула по позвоночнику, вырубив окончательно. Пока я с ним возилась, приходилось постоянно держать в поле зрения пытающегося подобраться ко мне очередного хмыря.

От удара нападавшего с дубиной едва успела увернуться и, резко уходя вниз, подсекла его ноги. Мужик от неожиданности потерял равновесие и выпусти палку из рук, вдобавок получив от меня пинок, значительно усиливший инерцию падения. Я схватила дубину и от души саданула его по хребтине, распластав по земле, словно сплющенную жабу.

Тритий, оказавшийся рядом, видимо, все еще сомневающийся ввязываться или нет, получил от меня приличный удар в пах и ребрами рук по шее. У двоих оставшихся явно поубавилось пылу продолжать драку. От греха подальше они ушли за машины, поднимая свободные от предметов руки в жесте «сдаюсь».

Не теряя бдительности, я сделала пару шагов к избитому человеку. И тут, наконец, внутри меня что-то перемкнуло. По левой руке заструился обжигающий поток, и татуированная ящерка, оберег Вэйра, скатилась на гравий к моим ногам большой ярко-рыжей каплей, разбегаясь искрящимся веером в разные стороны. В момент вокруг меня и избитого парня возникло огненное кольцо. Высокие языки пламени скрыли нас от шокированной происходящим кое-как очухавшейся компании. Послышались испуганные крики, брань, еще через некоторое время — хлопанье дверей и рев моторов отъезжающих машин.

Через несколько минут все стихло, и огненная защита пропала, будто ее не было! На дороге не осталось никаких следов от такого мощного вполне правдоподобного пожарища. Я присела проверить пульс все еще неподвижно лежащего мужчины. Нащупав сонную артерию, поняла, что он жив, хотя пульс под подушечками пальцев едва теплился.

На нем не было живого места! Руки ободраны в кровь до мяса и покрыты гематомами. Вместо лица — сплошное месиво. Разобрать, какого он возраста из-за его вида было проблематично. Судя по комплекции, все-таки молодой парень. Тело худое, жилистое, с хорошо проступающим рельефом мышц.

Надетая на парне светлая когда-то футболка с короткими рукавами рваная, заляпанная кровью и грязью, задралась до груди, открывая израненные донельзя живот, ребра и нижнюю часть спины. Широкие спортивные штаны с резинками, перехватывающими щиколотки, тоже порваны в нескольких местах с проступившими сквозь них чернеющими пятнами крови. В кроссовку почему-то обута только одна нога, вторая — босая. Непонятно — обувь где-то здесь валяется или ее не было изначально?

В общем и целом, пострадавший был одет совсем не по погоде. Складывалось впечатление, что его выдернули откуда-то из помещения, возможно, даже из дома. Парень чуть шевельнулся и едва слышно застонал.

— Потерпи, дружище, пожалуйста… Сейчас будет полегче. — Погружаю его в анестетический сон, снимая болевой шок. Аккуратно ощупываю раненого, не тратя силы на изменение «Я-Тэо». Помощь нужна срочно, а энергии осталось не так много — прилично подрастеряла в драке.

Сосредоточившись на сканировании, внимательно изучаю внутренние повреждения: кровь в легких, порвана селезенка, еще немного — и от внутреннего кровотечения с организмом случится тотальный коллапс, а дальше — смерть. Поэтому сначала останавливаю непрерывно сочащуюся, заливающую ливер кровь, работаю с повреждениями во всей кровеносной системе — генеральными, крупными и мелкими сосудами, реанимирую селезенку. Потом заживляю и выправляю пространственную геометрию грудной клетки — реберных дуг и грудины. Переломанные ребра справа повредили легкое. «Латаю» его только после того, как ребра встали на место, убираю гемо- и пневмоторакс, восстанавливаю целостность тканей. Привожу в порядок отшибленные почки, печень и кишечник.

Все, край — надо пополнять энергетические резервуары. Я как будто труп оживляю! Даже еще не приступала к треснутым костям и стрясенному мозгу. Останавливаюсь и прошу у природных духов-хранителей и матери Земли сил и поддержки, самой — не выдюжить с таким объемом работы! Тут же начинает шелестеть под внезапно поднявшимся ветром листва, в мою сторону гнутся-тянутся ветви ближних деревьев и кустарников. От них и по траве, словно дорожки лунного света, ко мне стекается тонкая искрящаяся субстанция, заполняющая энергетические чаши в эфирном теле.

Рядом возникают два неопределенного вида силуэта, сгущаясь наподобие тумана из тонкого плана. От них к моему телу тоже тянутся сияющие энергетические нити. Мысленно задаю вопрос: «Кто вы?»

И мне отвечают: «Хранители рода. Он важен для нас и должен выжить. Мы поможем тебе через родовой канал».

Молча, киваю в знак согласия, и продолжаю работать с телом парня.

…Светает. По земле расползается белесый туман, охватывая своими косматыми лапами пространство вокруг, делая таинственным и невесомым все, до чего он смог дотянуться. Гармонию предрассветной тишины почти ничто не нарушает. Даже птицы пока помалкивают. День обещает быть ясным.

Мой подопечный спит сном невинного младенца, даже не подозревая, что практически вернулся с того света. Можно было его разбудить еще полчаса назад, когда я снимала магическую анестезию, но мне самой нужен был отдых.

Я решила хоть немного вздремнуть. Поэтому сдвинула парня ближе к кустам на траву, чтобы с дороги не был видно, а потом легла рядом, уложив его голову к себе на плечо, и создала вокруг обоих тепловую завесу, чтоб не мерзнуть…

— Эй, э-эй! Ты кто? Откуда ты взялся? Почему лежишь тут? — меня трясли так, словно алчно пытались в драге обнаружить золото. — Проснись!

— Не хочу. От…вянь! — Я попробовала смахнуть назойливо тормошащую меня руку и перевернуться на другой бок.

— В смысле — отвянь? Да, очнись ты уже! Будь добр, объясни, какого чёрта тут происходит! — В мое плечо больно уперлись, ощутимо придавив к земле.

Я открыла глаза и увидела нависающее надо мной в сантиметрах десяти лицо с сердито сдвинутыми бровями и съехавшими к переносице зрачками.

— Никак решил от избытка чувств за спасение своей задницы расцеловать меня? Я, если что, натурал!

— Тьфу, придурок! — парень резко отшатнулся.

— О, как действенно-то, — я изучающе уставилась на него, потому что пока переводила его тушку из категории «почти труп» во «вполне себе живого», рассматривать было некогда, а потом — не охота.

Свисающая над миндалевидными глазами цвета некрепкого кофе челка, высокие скулы, аккуратный тонкий нос с мягкими крыльями, заостренный подбородок, рот