Золо - Луна Искрящаяся

Мужчина закатил глаза: он не сильно любил, когда его так называли. Но отделаться от этого прозвища было уже поздно.

— Почему же не тигр или медведь? Рустем очень похож на косолапого мишку! — она явственно забавлялась, строя невинные глазки и зная, что предмет насмешек ничего не сделает ей при принце.

— Дерзить смеешь?! — Рустем прищурился, сжав руку в кулак. — Следи за языком, женщина.

— Рустем! — осёк его Серкан, нахмурившись и будто разом став старше на несколько лет. — Она девушка, потому прояви к ней должное уважение. — Голос отдавал сталью и холодом.

Орин довольно усмехнулась и показала язык, напоминая самой себе маленькую девочку, — однако как же она была счастлива… ведь и подумать не могла, что принц снова станет её защищать.

— Когда же ты столь сильно изменился, Серкан? — Тон приближённого был поникшим: перед ним предстал совершенно незнакомый, чужой человек. — Тогда… всё было притворством? Ты специально проиграл брату? — стрельнуло догадкой в голове.

— Изменился? — юноша усмехнулся, облизав губы. — Мне кажется, что я всё такой же Серкан, каким и был. Разве не так?

Вот только Рустем помнил его совершенно другим — а эта версия друга отчего-то внушала ему страх. По спине, будто сотни муравьёв, прошлись мурашки. Серкан превратился в хищника; неизвестно, что творится в его сознании — и этого следовало опасаться.

— Вы умеете драться на мечах… знаете немало разных приёмов и без проблем отражаете мои удары, — мужчина загибал пальцы. — Хорошо ориентируетесь в пространстве и не опасаетесь оставить трость. Конечно, вы по-прежнему боитесь лошадей… да и также постоянно улыбаетесь — а всё же ваша улыбка перестала быть прежней. Она наполнена болью и грустью…

Их прервал возница, на повозке которого они путешествовали.

— Животные отдохнули и поели, поэтому можем отправляться в путь, — хохотнул тот, поглаживая длинную бороду.

Все трое поднялись с земли, и стоило Серкану и Рустему одеться, как они погрузились обратно в повозку и двинулись дальше. К вечеру должна была показаться деревня, а уже оттуда пролегла бы дорога к источникам.

— Я-то думал, вы давно отринули мысли о том, чтобы претендовать на трон. Похоже, что ошибался. Но разве вашей главной мечтой не было становление в качестве художника?

— Ты прав, Рустем. Это и впрямь была моя мечта, однако… я уже перерос её. Мои картины мало кому могут понравиться… — Серкан подложил руки под голову. — Не хочу продолжать эту тему и ссориться с тобой.

— Хорошо. — Приближённому оставалось лишь замолчать и попробовать повести разговор в этом направлении немного позже.

* * *

Не успел возница прибыть в глухую деревеньку, как к ним тут же выскочил местный староста. Он был бледен и что-то часто-часто бормотал, однако было крайне сложно разобрать хотя бы одно слово; помимо всего, он ожесточённо махал руками в определённую сторону и, тяжело дыша, топал ногой по земле — ну словно бес какой вселился.

Принц поспешил покинуть повозку и узнать, что же стряслось, Рустем последовал за ним. Орин пообещала поискать место для ночлега, пока мужчины решают проблемы.

— Там… там… — Голос старика дрожал, он большими глазами взирал на невесть откуда взявшихся путников.

— Что стряслось, старец? — Серкан слегка склонил голову, ослепительно улыбаясь. Его голос баюкал и дарил спокойствие. — Чем же вы так напуганы?

— У нас призрак завёлся! — завизжал старик, да так, что заложило уши. — Ночью овец ворует, — запричитал он.

— Вы, верно, шутите? Какие ещё призраки? Сказки это всё! — Его Высочеству хотелось прихлопнуть себя по лбу да выругаться, но он спокойно стоял и мило поглядывал на старосту, думая, как же решить проблему. — Да откуда бы ему в такой глуши взяться?

— Это правда! И нечего со взрослыми препираться. Тебя уважению не учили, сопляк? — Старик пытался выглядеть грозно, выпячивая грудь, однако это лишь забавляло. — Могу научить тебя уму-разуму.

— То вы кричали минуту назад, чтобы спасли вас, а теперь успокоились. Ведите к своему призраку, мы разберёмся.

— Но, Ва… Серкан, тебе не стоит этим заниматься, я и сам вполне справлюсь. Ты ещё не оправился после яда, что попал в твой организм. — Как бы ни храбрился принц, Рустем старательно подмечал даже малейшие детали. — Лучше бы тебе отдохнуть, пока я займусь делами.

— Я тоже собираюсь помогать, Рустем. И не пробуй отговаривать: всё уже решено. Кроме того… не забывай, что я держался с тобой почти на равных во время нашего тренировочного боя. Слепота нисколько не мешает мне жить — я уже научился с ней справляться.

Подобный оптимизм пугал.

— Ладно…

Рустему только и оставалось, что поджать губы и сжать кулаки. Смел ли он что-то сделать? Предложить?

Никто не желал его слушать.

— Показывайте призрака. — Тон приближённого напоминал приказной, что взволновало старика, однако тот, не решаясь выдать очередное колкое словцо, повёл господ за собой.

Староста не сильно-то доверял гостям деревни, но ждать помощи откуда-то ещё времени не было: неизвестно, кто должен стать следующей жертвой.

В особенности же его настораживал паренёк в белых одеждах — пускай и выглядел довольно бедно, заколка в его волосах и серёжка-бабочка в ухе говорили совершенно об ином положении вещей. Также не каждый мог себе позволить купить меч… По коже проскользнул холодок.

Они подошли к ветхому домику на пустыре; подуй ветер — и развалится на части, не оставив ничего иного, кроме руин. Удивительно, что он в принципе стоял. Доски под ногами скрипели, некоторые успели прогнить и сломаться. Внутри оказалось неимоверно мрачно, а удручающих оттенков в картину добавлял застоявшийся воздух.

— И куда вы нас привели? — Рустем внимательно оглядел помещение и прикрылся рукавом, чихнув от пыли, витавшей вокруг. — Какие-то развалины… Тут не только призрак заведётся, но и грызуны!

— Шутит он. Я о серьёзных вещах, а молодёжи всё хиханьки да хаханьки. Я говорю: есть призрак, значит, есть призрак!

Серкана передёрнуло от раздражающих нос и глаза запахов. Он прислушался к звукам и, различив чьё-то копошение, прошёл в соседнюю комнату.

Сюда почти не попадал свет, потому разглядеть что-либо не мог и зрячий; однако же принц всегда полагался на другие органы чувств. Кто-то тихо лаял в ночи. Его Высочеству это напомнило грустный смех.

В углу комнаты рычала белая лисица: она жалась ближе к стене и скалила зубы, готовая напасть на жертву. Вот животное сделало прыжок, распахнув пасть, как Серкан, вовремя уйдя от него, с облегчением вздохнул и схватился за меч, отбросив трость.

Принц приготовился к предстоящему бою; если его укусят, были