Как снег на голову - Валерий Афанасьев

Задумчиво почесав голову, маленький трактирщик предложил:

– Что касается самых крепких, есть у меня дюжина бутылок семидесятиградусного рома. Купил по случаю, и вот они уже два года лежат у меня в погребе невостребованными. Признаться, жуткая гадость. Но слишком уж дешево их продавали, вот я и соблазнился. Я сомневаюсь, что такие благородные господа станут это пить.

– Правильно сомневаетесь. Несите.

Трактирщик посмотрел на меня недоверчиво и спросил:

– Сколько вам будет угодно?

– Несите все.

– Все? – удивленный трактирщик подумал, не ослышался ли он.

– Все-все. И еще у меня будет несколько вопросов.

На столе, выставленные в ряд, стояли двенадцать бутылок крепчайшего рома. Почти чистый спирт. Сто граммов такого запросто свалят с ног быка. А пятьсот – самого крепкого завсегдатая портовой таверны, или полдесятка быков. Бутыль объемом граммов семьсот не осилит в одиночку никто. Норик и барон Рамель смотрели на меня с состраданием. Как на такое было не отреагировать?

– Трактирщик, три стакана и луковицу на закуску.

Посмотрев на их лица, я получил массу впечатлений. Пора, пожалуй, признаваться, а то как бы они не записали меня в экстремалы.

– Вы в самом деле считаете, что я это собрался пить?

Похоже, именно так они и думали.

– Это для наших гостей. Угостим лучше их.

– Хотите, чтобы я отнес эти бутылки в подарок тем господам, которые расположились на улице? – спросил маленький трактирщик.

– Вы знаете, Андрэ, я думаю, они откажутся, – предположил барон.

– А вот и не угадали, Рамель. Отказаться у них не получится. Но сначала несколько вопросов. Во-первых, как там наши кони?

– С конями все в порядке, они в небольшой пристройке за зданием, – отозвался Норик, – накормлены и почищены. Джастин ими занимается.

Джастин – это тот парнишка, что подхватил поводья наших коней. Кстати, большое ему за это спасибо. Иначе наемники могли обратить на них внимание и увести. Очень сообразительный парнишка. Все время, пока в трактире гремели баталии, он предусмотрительно оставался в дальней комнате. Надо будет оставить для него пару мелких монет.

– Тогда вопрос номер два. Как вы думаете, Рамель, шмель-разведчик найдет нас в темноте?

Барон подумал, прикинул что-то.

– Вряд ли. Тепловизоры имелись только в самых дорогих и редких моделях.

– Это хорошо. Значит, мы можем попытаться прорваться.

– А как же наемники?

– Им будет не до нас. Но для этого придется немного потрудиться и проявить немного творческих способностей.

Я вышел на крыльцо трактира и громко сказал:

– Гха-гха.

Сидевшие у костра наемники подскочили, как подброшенные пружиной. Выхватив оружие, они заняли круговую оборону. Тот, кто готовил ужин, уронил ложку в котел и теперь пытался ее выловить, обжигаясь и забавно подпрыгивая. Так недолго и без еды остаться. Несколько таких неожиданных выходов, и они сдадутся без боя. Неплохо. Но усилить беспорядок в рядах противника необходимо.

– Эй вы, остолопы, долго вы собираетесь здесь сидеть?

Наемники посовещались. Видимо, решали, кому именно адресовано обращение. Наконец один из них сделал два шага вперед и ответил:

– А подойдите-ка сюда, милостивый государь. Тогда посмотрим, кто из нас эскалоп.

– Вот еще. Если надо, сам подходи. Получишь колотушкой.

Парламентер на всякий случай сделал шаг назад. А я тем временем продолжал действовать по намеченному плану.

– И с чего это вы вздумали нападать на двух благородных людей?

– Это уж наше дело. С чего хотим, с того и нападаем. И вообще, может быть, мы просто хотели пообедать.

– Вот-вот. Сидите здесь теперь голодные. Последняя каша и та подгорела.

Их повар так и не достал ложку из котла и теперь бегал вокруг него, потешно приплясывая. Из котла тянуло подгоревшим варевом.

– Сними с костра котел, дубина!

– Спасибо, ваша милость. Я сейчас.

Наемник засуетился, потянул к себе котел, обжегся и опрокинул его на землю. Ну, не дубина ли, в самом деле?

– Теперь вам и горелой каши не видать. А могли бы пообедать в трактире.

Наемники необычайно оживились.

– Так мы с радостью, только он закрыт на спецобслуживание. Можно, мы придем и купим ужин?

– Нет уж, знаем мы, как вы ходите. Никаких покупок. Но вы можете ужин выиграть, если победите в соревновании.

– Огласите меню, пожалуйста, – это я уже Норику, который ждал этого момента за дверью. Он вышел торжественным шагом на крыльцо со свитком в руках.

– Сегодня наше заведение может предложить… – Маленький трактирщик сделал паузу и продолжил: – Окорок свиной копченый, барашек на вертеле, карась запеченный, в ассортименте холодные закуски, зелень, салаты.

Трактирщик поднял голову от свитка и добавил:

– Кроме того, победителю в соревновании – бутыль марочного вина в подарок от заведения.

Наемники одобрительно зашумели, всем своим видом выражая согласие отложить нашу поимку и плотно поужинать. Один только длинный заметался от одного к другому, уговаривая их не поддаваться на провокацию и не идти на сделку с врагом. Должно быть, это и был человек графа. Старания бедняги оказались напрасны. Голод, подкрепленный интригой, победил, и переговоры были продолжены.

– А что за соревнование?

– Да вот, мы здесь поспорили с бароном, что никто из вас не сможет меня перепить. Нет у вас твердой закалки, настоящего стержня, стальной хватки (это я, пожалуй, перегнул, хватка-то здесь при чем?).

Наемники возмущенно зашумели. Соглашаться с таким заключением им не хотелось.

– А что будем пить? – наконец отозвался один из них.

– Маэстро, продемонстрируйте образец.

По моему сигналу Норик поставил на поднос бутыль рома и понес к отряду наемников. Наблюдатели с флангов постепенно подтягивались поближе, такое развлечение встречается нечасто. Возможно, мы могли бы проскочить незамеченными через заднюю дверь, пока наемники увлеченно обсуждали наше предложение, но план наш был не таков. Как-то это было бы несолидно, вы не находите?

Ну и глупые же мысли приходят порой людям в голову – они хотели захватить трактирщика в плен. Но сам-то он был там, а все его запасы здесь – у нас. По здравому размышлению наемники от пленения трактирщика отказались. Решили, что у них есть все шансы выиграть пари. Ха. Не для того все это было задумано. Терзаемые сомнениями и голодом наемники несколько минут совещались и вытолкнули вперед парламентера – обсудить условия предлагаемого соревнования.