Красный Барон - Андрей Посняков

Новая партнерша Громова оказалась постарше прежней, наверное, ей было уже лет тридцать или что-то вроде этого, вполне зрелая дама, красивая и гибкая шатенка с родинкой на левой щеке… Или то была тщательно нарисованная мушка?

Тут уж Андрей постарался не упустить своего и почти сразу же приступил к знакомству.

— Ах, это вас недавно назначили в крепость? — взмахнула ресницами дама. — Да вы настоящий герой!

— Ну так, — молодой человек притворно смутился — все, как учили месье Обри и месье Кавузак. — Немножко.

— Немножко герой? — кружась, засмеялась женщина.

— Немножко совершил подвиг. Осмелюсь ли узнать ваше имя?

— Эжена, Эжена дель Каррахас.

Наверное, это была супруга какого-нибудь местного воротилы, наверное, сеньору лейтенанту полагалось бы уже знать это имя, но он не знал и не прореагировал вообще никак, что еще больше завело даму:

— Ах, мой герой, давайте встретимся с вами… м-м… в одном месте. Я так хочу вас кое о чем расспросить! О ваших подвигах, конечно же — да.

— Конечно же — да! — улыбнулся Громов. — Конечно же, встретимся. Только скажите — где.

— Завтра же! — томно прошептала женщина. — Приходите ко мне в гости на улицу Монтгат. Дом Каррахас. Прямо с утра и приходите — я как раз жду посланцев от мужа… вы за него и сойдете — для слуг.

Да-а… оказывается, все так просто, что проще некуда.

— Послушай-ка, Педро, а кто та блондинка? — проводив Эжену, поинтересовался у приятеля Громов.

— Какая блондинка? Ах, эта… — капитан подкрутил усы. — Это юная Амалия, прекрасная, словно роза, супруга барона де Камбрес-и-Розандо. Барон, увы, стар — но очень, очень богат. Кстати, та дама, с которой ты только что танцевал, — графиня Эжена дель Каррахас! Пока ее муж, граф Антонио, воюет с французами, она успешно наставляет ему рога, чем уже воспользовался почти весь город.

— Надо же! — изумился молодой человек. — Даже так?

— Именно. Но только — тсс! — об этом не надо болтать почем зря — мы же все-таки благородные люди.

— Ах да, да, конечно.

Кто-то громко провозгласил очередной тост за короля Карлоса, все выпили и зааплодировали, после чего уселись за стол, отдавая должное вину и самым изысканным яствам, из которых Громову не понравилось почти ничего. Костлявые, жаренные в оливковом масле дрозды или паштет из похожих на протухшего мотыля соловьиных язычков — нет уж, увольте, Андрей предпочитал пищу попроще. Ну вот, хотя бы очищенные креветки, тушенные в белом вине с корицей и кардамоном, или густой рисовый пудинг с цукатами и маринованной ежевикой — это еще куда ни шло, есть можно.

— Ты что такой хмурый, Андреас? — капитан Педро толкнул приятеля в бок. — Выше нос, дружище, поверь, все эти красивые женщины скоро будут нашими… и для этого не придется делать почти ничего!

А вот в этом комендант был прав, похоже. Правда, все же вступился за дам:

— Ну не все же такие!

— Не все, да, — за обе щеки уминая паштет, согласился Педро. — Но эти — вне всяких сомнений. Чего хочет любая женщина, что она ищет и ради чего готова на все? Конечно же, любви — в том числе и плотской. Либо — молитвы и утешения господня, но такие женщины обычно не выходят замуж за богатых сорокапятилетних стариков! Да, они — как маркиза Амалия — получают деньги и все богатства этого мира. Золото — но не любовь! Любовь они ищут сами — и правильно делают, ибо зачем им ублажать своих старых дураков мужей, многие из которых и в постели-то ничего толком не могут? Они думают, что купили себе молодых и красивых жен — да, купили. Но только — тело, но не душу, не ум, не верность. Поверь, они очень умны, эти дамы, даже кажущаяся истинной глупышкой Амалия — именно за это качество, которого в ней на самом деле нет, ее и взял замуж лысый и кривоногий маркиз де Камбрес-и-Розандо.

— Вот так взял и женился на красивой девушке из простой семьи? — не поверил Громов.

Капитан хмыкнул:

— Конечно же не из простой. Но — из весьма обедневшей. Тут многих вообще против воли замуж выдали — их семьи таким образом поправляли свои пошатнувшиеся дела.

— Не слишком-то благородный способ.

— Да, но весьма действенный. Ого! Мы уже говорим с тобой по-каталонски, дружище Андреас!

— Не такой уж и сложный язык. Здесь еще будут танцы?

— А как же! Конечно же будут. Еще и явятся опоздавшие гости — еще больше красоток, мой друг!

Опоздавших громко объявлял мажордом — высокий дородный старик, разодетый в шелка и бархат.

— Барон дон Амброзио Кадафалк-и-Пуччидо с супругой, Бьянкой.

— Вон, смотри, смотри, эта тоже ничего, — зашептал Педро.

Молодой человек обернулся — и едва не подавился креветкой: в дверях, рядом с низеньким крючконосым толстяком в пышном парике и усыпанном жемчугами кафтане, обворожительно улыбаясь и отвечая на приветствия собравшихся, стояла Влада! В изысканном платье цвета морской волны с золотистыми шелковыми вставками, красивая, как голливудская звезда.