Ретранслятор - Владислав Жеребьев

Заброшенная постройка встретила нас темнотой и сыростью. Солнце, ушедшее за горизонт, уже не пригревало, а его задорные желтые лучики не расчерчивали на полу затейливые узоры.

— Эй ты! — Дима включил фонарь и зашарил широким белым лучом по пыльным закоулкам. — Жив еще? — Сенечки не было. Очень скоро нашлись и обрывки веревки, перерезанные перочинным ножом, а за ними и цепочка следов в пыли. Присев на корточки около четкого пыльного следа, пир закусил нижнюю губу.

— Ушел, — резюмировал я.

— Увели скорее.

Я внимательней пригляделся к следам, но кроме отпечатков ног проглота ничего различить не смог.

— С чего ты взял? — Рука почти уже на автомате прошлась по голове, где уже набирала рост серьезная щетина. Один только участок, огороженный рубцами, отказывался давать всходы.

— Видишь, — Дима направил луч фонаря на отпечаток. — Следы такие, будто подталкивал кто. То с пятки на носок идет, то с носка на пятку. Иногда и вовсе… — луч переместился чуть дальше, — и вовсе ширина шага увеличивается, а тут, — луч снова вильнул по полу, — шажки мелкие, как будто запнулся и пытался сохранить равновесие.

— Но других-то следов нет. Не по воздуху же его толкали.

— Вот это и самое странное.

— Что делать будем? — нахмурившись, я поднялся и подошел ближе к пиру.

— Уходить надо. — Развел он руками. — Только время-то мы упустили. По ночи на неохраняемой территории шастать себе дороже. На какую угодно шваль нарваться можно. Ладно наш Сенечка, так и остальные же в банды сбиваются и шарят по округе. За пару обуви, что у тебя на ногах, — Дмитрий кивнул на мои новые ботинки, — и зарезать могут.

— Но мы же с тобой вроде пси-бойцы, — напомнил я приятелю, зябко ежась и оглядываясь по сторонам. — Типа суперкрутые и тому подобное.

— Только вот ворье об этом не знает, а уж снайпер с СВД и вовсе. Засядет такой на точке, чтоб угол обстрела пошире, и пялится в оптику. Пулю, брат, еще никто не останавливал.

Проблемы начались с самого начала. Пир ни в какую не желал бросать свой склад с хабаром, хоть сам отлично понимал, что если и придут сюда, то не по его душу, а за припрятанным шмотьем с провиантом.

— Машина нужна. — Дима хмуро топал вперед, поминутно сплевывая и странно охлопывая себя по карманам. Складывалось впечатление, что он что-то искал. — Машина, большая, грузовая, на ходу. Где же я такое богатство возьму в это время?

Казалось, отчаянию пира не было предела. Работающие-то колеса, на ходу, «Волга» там или «багги», из остатков слепленный, это еще куда ни шло, но целый грузовик?!

Однако не так страшен черт, как его малюют. Решение появилось внезапно в виде здоровенного черного внедорожника, вроде тех, что совсем недавно посетили деревню. Этот, впрочем, был побольше да погрязнее. Видать, изрядно поколесил по местным проселкам, прежде чем добраться в эту глушь.

— День открытых дверей прям какой-то, — Дмитрий набычился и, вместо того чтобы упасть ничком, уверенно зашагал в сторону автомобиля.

— Сдурел, — испугался я. — А если там пси-бойцы по нашу душу?

— Да и мы не пальцем деланы.

Однако заграбастать я его все-таки успел, и едва приоткрылась водительская дверь, как я повалил Дмитрия на землю, шипя и матерясь похуже испорченного чайника.

— Убьют, — вещал я пиру прямо на ухо. — Не меня, так тебя, одно едино. У меня же боевого опыта ноль, а ты на взводе. Положат к чертям собачьим.

Некоторое время мы возились в пыли, меряясь силой, но то ли пир окончательно выдохся, то ли чувство самосохранения придало мне сил, но принять вертикальное положение у него не вышло.

— Черт с тобой, — зло зашипел Дмитрий. — Пусти. Не полезу я в драку. Столько хабара…

А тем временем дверь внедорожника уже была распахнута настежь, а оттуда, выбравшись и запахнув полы плаща, в сторону недавнего странного действа направился невзрачный тип. Что меня поразило в его фигуре, так это даже не старомодные шмотки и шляпа. Очки, большие, с черными как уголь стеклами. Будто и не вечер уже был. Казалось, он вообще в них ничего не мог увидеть, однако парень шел уверенно, ловко огибая лужи и ухабы, пока не добрался до того самого дома, что совсем недавно парил в воздухе, будто пушинка.

— Что тут, намазано чем-то? — сморщился я.

— Машина почти такая же, — все еще недовольный, но немного успокоившись, поделился Дима.

Гость, однако, долго на месте не задержался и, развернувшись, махнул нам рукой.

— Машет, — поделился я.

— Сам вижу. Ты пока не высовывайся. — Дмитрий осторожно привстал на одно колено, положив рядом автомат.

— Господа! — Голос незнакомца был сильный, звонкий, почти надрывный. — Я бы вам советовал поторопиться. Особенно вам, Андрей.

— Это он тебе. — Кивнул пир и, поднявшись, начал спускаться с пригорка навстречу смирно стоящему незнакомцу.

— Поторопитесь, — вновь попросил незнакомец. — Скоро тут будет очень шумно.

Мониторы засветились и потухли одновременно. Генератор вновь дал сбой и теперь чудил, то подавая энергию на крыло комплекса, а то уходя в отказку и превращаясь в безмолвную груду железа. Естественно, Второй уже отправил туда ремонтную бригаду, но те разводили руками и, оправдываясь по рации о ветхости агрегата, рушили все сегодняшние планы.

— Ну что там? — Второй вновь вжал кнопку рации и, закинув ноги на стол, потянулся к бокалу с виски, в котором призывно посверкивали в солнечных лучах кубики льда. Однако, вместо бригадира, на волну прошел отряд прибытия.

— Локализован. — Голос Восьмого был как всегда сух, а фразы лаконичны. — Я его почувствовал. Правда, одна сложность есть…

— И что это за сложность? — Второй отхлебнул из бокала и прикрыл глаза. Разговаривать с поисковиком сейчас не хотелось. Будь его воля, махнул бы на все рукой и, как эти чертовы отщепенцы, просто покинул цитадель, но он отчетливо понимал: уйдет он, и все покатится по наклонной, как это было до того момента, когда цитаделью заправляли военные. Из подопытного кролика и сразу в генералы, нормальный такой карьерный рост.

— Третий по округе шарит, — вновь ожила рация. — И еще какая-то с ним пиявка неразумная.

— Третий и проглот? — Губы Второго исказилась ухмылка. — Анисимов, точно он. Узнаю старика. Любит он со всяким отребьем ручкаться. Ну да бог с ним, ты далеко от точки?

— Три километра. Только заложили замануху, думали, вылезет Третий, и я его положу, а тут он. Я даже не поверил сначала. Что делать-то теперь? Ума не приложу.

— Третьего по возможности выбросить из обоймы. Он сильный, но неглупый. Не полезет в пекло. Подтащи пару своих парней и устрой веселушку.

— Ловить на глупостях?

— Именно. Что по точкам? Все нормально? В последний раз в зону охранения пытались соваться сталкеры. Вы их выпроводили?