Нелегал - Владимир Пекальчук

– Придержите свое возмущение при себе! – резко перебил он гипотетического тестя. – Я не нуждаюсь в поучениях чужого отца, потому как с моим воспитанием отлично справился и мой собственный! Большой шишкой он не стал, зато его сын знает, что такое «хорошо» и что такое «плохо», и что наркотики относятся ко второй категории! Да, не уследил! Но прежде чем рассказывать мне, какой я плохой охранник, стоит задуматься о том, что быть плохим охранником еще не так страшно, как плохим отцом!

Николай Михайлович не нашел что возразить и был не в том состоянии, чтобы продолжать ссору, однако Сергей отлично понимал, что безоговорочная капитуляция собеседника еще не значит, что гипотетический тесть не спрятал камень за пазухой на будущее, и эта маленькая победа на фоне полнейшего фиаско – мираж.

В этот момент телефон запищал, требуя внимания: звонил Кирилл.

– Киря? Здорово. Как раз собирался тебе позвонить… Что ночью стряслось?

– У тебя голос какой-то вялый, – заметил тот.

– Потому что дышать больно. Так что за трупы?

– Гопари твои, так что дело можешь закрывать. Их сожгли.

Сергей присвистнул:

– Сожгли? Ты шутишь? Как?

– Огнеметом, видимо. Трупы обнаружили во дворе многоквартирки. Рабочая версия заключается в том, что их туда привезли, но я так скажу, это туфта. Зачем кому-то привозить трупы в город, если обычно их везут из города и прячут?

– Если их во дворе сожгли, воплей было бы немерено.

– Это единственный довод в пользу привоза. Потому как никто из жильцов ничего не видел и не слышал. Совсем ничего. Забей, короче. Как появишься на работе – тебя введут в курс дела. Оно обещает быть резонансным, но Никифорыч надеется спихнуть его фээсбэшникам. Главное, чтобы подтвердилась версия об огнемете. Если из экспертно-криминалистического управления придет заключение о том, что имела место горючая смесь – огнемет, как пить дать. Меня вот другое интересует. Какой же мразью надо быть, чтобы людей живьем жечь?

– А мразей-то на свете всегда было предостаточно.

– Увы. Да, так что у тебя приключилось? Все уже нормально, я так понимаю?

– В целом да. Марго пропала, нашли ее только утром по маячку. Ее новый бойфренд умыкнул. Да, кстати, на работу я, должно быть, только через пару дней выйду. На больничном буду.

– Что случилось? – встревожился Кирилл.

– Да парень Марго. В общем, он звезданул меня кулаком, словно булавой. Теперь дышать больно.

Выслушав рассказ друга, Меньшов сказал:

– И что делать собираешься? Помощь нужна?

– Шутишь? Он уработал нас троих в считаные секунды. Притом что ростом меньше меня и легче килограммов на двадцать. Я просто не понимаю, как он отправил меня в полет на пару метров. Дал раза́ – и я в луже лежу. Поднимаю голову – охранники тоже уже лежат.

– Ты видел дюймовый удар Брюса Ли?

– Это как?

– Он касался пальцами раскрытой ладони груди человека и начинал движение руки к нему, складывая при этом ладонь в кулак. Таким образом, амплитуда удара составляла всего лишь длину его пальцев. Пару дюймов то бишь. Он так сбивал с ног кого угодно. Конечно, перед камерой Брюс Ли всерьез никого не бил, вместо удара выполнял толчок. Доброволец отлетал назад на шаг-другой и садился в специально подставленное кресло. Видимо, это мастер из таких вот умельцев. Так что делать будешь?

– Говорю же, ничего, – вздохнул Сергей.

– Да нам ведь необязательно его бить. Но наказать надо. Мы же можем его совершенно легально задержать на три часа для установления личности. А потом его задержат ребята из соседнего отдела… На этой шарманке можно долго играть. Да способов проучить много есть.

Морин вздохнул и опустился на стул.

– Нет, Киря, не прокатит. Тут дело не в том, что я неспособен расквитаться, а в том, что я не могу этого сделать. Я и так по уши в заднице. Он выставил меня в дурном свете перед всеми. В том числе перед Маргаритой. Она, видимо, в восторге от своего нового парня, а я просто стал жертвой недоразумения. Пока что о том, что меня искупали в луже с одного тычка, знаем только Марго, я, охранники и ты. Георгий и Иван меня не сдали, приняв весь позор на себя, и Марго, насколько я могу судить, тоже об этом умолчала, когда рассказывала отцу, какой этот Теодор весь из себя приличный, крутой и классный. Но если что-то предпринять, Марго мне этого не простит. Я у нее в глазах упал, когда повел себя как, цитирую, «обычный наглый мусор», и чуть что – она утвердится в своем мнении. Мне не нужен в гипотетической родне враг, иначе родня так и останется гипотетической. И знаешь, Киря, мне даже обидно, что вроде как давно знакомы, вроде как друзья – и так внезапно мнение обо мне круто изменилось, причем из-за недоразумения.

На том конце трубки послышалось сопение. Потом Меньшов сказал:

– Я так понимаю, она просто не в курсах была в момент конфликта, что для вас все выглядело как похищение. Я при встрече попытаюсь объяснить ей, что все это недоразумение и что ты за нее волновался, опасаясь, что она в руках преступника или даже маньяка.

Сергей облегченно вздохнул:

– Я, собственно, именно об этом и хотел попросить. Тебя она в отличие от меня выслушает.

– Не вопрос. Я так понимаю, завтра Кореллон обойдется без жертвоприношения человечьего графа?

– Передай ему мои извинения – и так едва дышу. А мне еще в травмопункт топать, больничный оформлять.

– А можно было бы и дело завести, – мечтательно протянул Кирилл, – снять побои и завести.

– Брось. Какие побои? Он как бы у себя дома был, куда мы вторглись. Хлюпик побил мента и двух профессиональных охранников – ты себе заголовки в бульварных газетах представляешь? К тому же я более чем уверен, что Николай Михайлович встанет на его защиту, а это означает лучшего адвоката или даже пару их. Марго будет за него, охранники если и дадут показания, то только обеляющие поганца, свидетельствовать против воли босса они не станут. Дохлый номер, Киря. Да и я тебе честно скажу – хрен с ним. Я не мстительный. Лишь бы последствий для меня и Лильки не было – со всем остальным готов смириться. И не такое дерьмо в жизни случается, подумаешь.

– М-да… что делает любовь с людишками. Втюрился в юбку, и все. Был граф, стал размазня… Не то что мы, эльфы.

– А не пошел бы ты лесом, длинноухий?

Оба засмеялись.

* * *

Тирр проснулся засветло, несмотря на то что лег поздно и предыдущая ночь была весьма изматывающей. Возможно, потому, что это был первый раз после бегства, когда он спал спокойным, глубоким сном.

Потянувшись, поднялся с постели и направился в ванную. Повертел набалдашник, пока из трубки не потекла чистая холодная вода, с наслаждением умылся. Вернется домой под утро – еще и искупается как следует. Здорово, что вода натекает сама, даже рабы не нужны. Вот еще бы еда готовилась сама собой, было бы замечательно.