Шмагия - Генри Лайон Олди

«Вотще несчастный полагая, что цирка пестрый балаган укроет от забот…»

Честно говоря, купаться в незаслуженной славе довелось впервые. Биография колдуна, а в особенности — длительное общение с Просперо Кольрауном к этому не располагали. Он потрепал девочку по плечу: держись, мол! — и внезапно вспомнил поход к ведьме, злодеев на берегу… Кстати, о девочках!

Нет-нет, похотливые эманации лилльских барышень были здесь ни при чем. Хотя кое-кто из толпы уже начал подозрительно шмыгать ноздрей, а битюг Шишмарь ухватил за тощий бочок стерву Фержериту. Странное решение ситуации… Неужели он настолько под каблуком у супружницы? Обычный мужик еще до застолья полез бы наверх, чтобы нарваться на гвардию, которая умирает, но не сдается… Впрочем, пусть их: девиц, мужиков, всех подряд.

Раздумья о девочках, возникшие у колдуна, были совсем иного свойства.

— Прошу прощения, дамы и господа! Делу, знаете ли, время, а потехе — час. Сегодня, с вашего позволения, я собирался в цирк…

Неизвестно, что подумали Швеллеры о малефике, променявшем их светское общество на дурацкий балаган с уродами. К счастью, мнение наследничков интересовало Андреа не больше, чем содержимое защечных мешков у сумчатого тушкана с острова Экамунья. Он еще раз поздравил архивариуса с возвращением дочки, пожелал семь коробов удачи, выслушал ответный хор: «Доброе — в яблочко, дурное — в молоко!» — и откланялся.

— Начало из-за моей скромной особы задерживать не станут!

Толпа вняла и расточилась.

— Ловко вы их, мастер Андреа! Правильно, не за стол же дармоедов звать…

— Вы совершенно правы, дорогая Ферж! Извините, меня ждет представление. Обожаю цирк с детства…

Едва шагнув от ворот, колдун первым делом наткнулся на давешнего «героя», спасенного им у реки. Парень занимался любимым делом: играл с маленьким Тилем и «заячьей губой». Вся троица усердно трудилась, опутывая бечевками куст безалаберника. На бечевках висели щепки, обрезки кожи, шишки и два колокольчика. В конфигурации веревочек и висюлек Мускулюсу вновь почудилась «система», но он решительно взял заразу-фантазию за глотку. Скоро в собачьих кучках маной запахнет! Магия-шмагия…

— Слыхал? Архивариус дочку нашел! — обрадовал колдун парня. — Живая-здоровая. Гуляй, бродяга: ты теперь у нас жена кесаря!

— В каком смысле? — насупился тот.

— В том, что вне подозрений!

Юноша расплылся в улыбке:

— Здорово! Эй, чародеи, без меня заканчивайте! Сеть крепче ладьте, чтоб ламии не вырвались…

— Не вырвутся! — на полном серьезе пообещала «заячья губа».

— У нас бубенцы! — поддержал Тиль.

Юноша скривился, как если бы ожидал услышать нечто иное. Однако махнул рукой. С легкостью жеребенка вскочил на ноги, отряхнул штаны — дело, в сущности, безнадежное! — и зашагал по улице рядом с Мускулюсом.

— Мастер Андреа… Я был не прав. Там, у речки…

— Пустое, — оборвал его малефик. — Забыли, проехали. Тебя как зовут? Ты мое имя знаешь, а я твое — нет. Нехорошо получается.

— Яношем назвали. А вы что, колдовским способом узнать не могли?

— Мог бы, — разговор позабавил Андреа, и он не стал гнать Яноша прочь, как намеревался поначалу. — Только зачем ману тратить? Проще спросить.

— А вдруг я вам соврал? Вдруг я не Янош, а, к примеру, Гарольд?

— Значит, соврал.

Юноша задумался, и некоторое время шел молча. Похоже, идея, что многие вещи колдунам проще делать без всяких чар, раньше не приходила ему в голову.

— Ну а если, к примеру… Сундук тяжелый на чердак тащить надо?

— Найми слугу. Пусть тащит.

— А если денег нет? Как лучше: колдовством или горбом?!

Разумный вопрос. Такими задачками на соотношение силы и маны волхв Грозната изрядно замучил Мускулюса в детстве — прежде чем дать рекомендательное письмо к Просперо Кольрауну, тогда еще боевому магу по найму.

— Зависит от тяжести сундука. От профиля колдуна. От уровня маны. От телесной силы. Масса параметров, — детально, как взрослому, принялся объяснять малефик. — Есть специальная формула Трейле-Кручека…

— Матиаса Кручека? Реттийский Универмаг, кафедра демонологии? — выпалил Янош.

— Ты-то его откуда знаешь?

Парень замялся, со старанием глядя себе под ноги.

— Да так… В столице одно время жил. Мастер Андреа, а заочников у мэтра Кручека забрали наконец? Он жаловался, что времени совсем нет…

— Мэтр Кручек второй год на почасовке, — машинально сообщил Андреа, ошарашен темой беседы. — Со здоровьем у него не ахти.