Война гармонии - Лиланд Экстон Модезитт

— Я просто следовал указаниям целительницы. Но мое плетение долго не продержится, так что радуйся жизни, пока тебя не кусают, — отозвался Джастин и поджал губы. Что-то в этих чарах его смущало, но он никак не мог разобраться, что именно.

— Я же говорила, что у тебя получится.

Джастин ухмыльнулся. Крителла добавила:

— Если постараешься, ты можешь стать неплохим магом.

— Ну, это ты загнула, — не выдержал он.

— А вот и мост. Неужто и впрямь скоро будет остановка? — спросил Клерв.

— Будет, непременно будет, — отозвалась Крителла, глядя туда, где над рекой и западным горизонтом висело клонившееся к закату солнце. — И остановка будет, и даже, не исключено, мы получим обед.

— В здешних краях вечернюю еду называют ужином, — послышался голос Бирол на фоне приглушенного стука копыт по влажной глине.

Менее чем в пятидесяти локтях от моста торчал верстовой столб без указания расстояния и с одной лишь надписью «Лорнт». Мерва попридержала гнедого, а когда все подтянулись, направила его на мост.

Сложенный из розоватого камня двухпролетный мост был переброшен через реку Сарронн, в этом месте едва достигавшую двухсот локтей ширины. Устилавший его плитняк за долгие годы использования основательно выщербился и поистерся. Старик с метлой проводил проезжавшую кавалькаду взглядом.

— Глянь, опять метет, — проговорил Джастин, обернувшись уже с противоположного берега. — Интересно, тут на каждом мосту имеется такой малый?

— Скорее всего, — отозвался Никос. — Во всяком случае, здесь все мосты и дороги чистые, чего никак не скажешь, например, про Лидьяр. Был я там в прошлом году: всюду мусор да грязь.

За мостом по обе стороны дороги потянулись одноэтажные дома, покрытые бледно-розовой, почти белой штукатуркой. Потянувшись к ним чувствами, Джастин установил, что стены под этим покрытием сложены из кирпича.

— Чудная отделка. Чем они красят стены? — полюбопытствовал он, повернувшись к Никосу.

— Думаю, это какой-то местный заменитель цемента, — отозвался Никос. Копыта стучали теперь по каменной мостовой, ведущей к площади. — Смесь глины и известнякового порошка. Некоторые сорта красных глин совершенно не пропускают воду. Впрочем, это только мое предположение.

С центральной площади доносился гомон, но едва всадники выехали на открытое — там не было ни клумбы, ни фонтана, ни памятника — мощеное пространство, как все стихло. Джастин приметил свечную лавку, мастерскую бондаря и витрину, в которой был вывешен темный ковер с традиционным сарроннинским узором из четырехлучевых закругленных звезд. Около двух десятков местных жителей — уличных торговцев и покупателей — воззрились на проезжавших всадников.

«...Черные ублюдки...» — слышался опасливый шепот.

«...Тс-сс... Может быть, хоть они помогут...»

«...Как же, помогут... Еще неизвестно, кто хуже...»

Как только кавалькада покинула площадь, гомон снова усилился.

— И они еще хотят, чтобы наши толпами рвались им на выручку! — возмущенно промолвила Крителла.

Какой-то мальчишка выскочил из переулка, но, увидев семерых одетых в черное всадников, опрометью устремился обратно.

Вскоре Мерва остановилась возле длинного, обшитого тесом кирпичного здания.

— Ваши лошади будут размещены в конюшне вон той гостиницы, — указала она на двухэтажное здание, на фасаде которого красовалось изображение чуть наклоненной чаши с вытекающей из нее водой. — Это «Переполненная Чаша». Вам будут предоставлены комнаты. Ваше размещение оплатит тиран, но кормиться будете за свой счет, — эти слова Мерва произносила каждый вечер, и они уже стали восприниматься как ритуальные. — Выезд по второму утреннему колоколу. Если повезет, то завтра к вечеру мы уже будем в Сарронне.

Джастин осторожно спешился. Колени его подогнулись, однако ему — хвала Тьме! — удалось даже не пошатнуться.

— Стойла с того края, — закончила свои наставления Мерва. Джастин взялся за узду и, тяжело ступая, побрел в указанном направлении. Серая кобыла так же устало плелась за ним.

— Приятно иногда размять ноги, — заметила Алтара.

— А уж как приятно бывает присесть... а то и прилечь, — откликнулся молодой инженер. Заведя лошадь в конюшню, он поставил ее к кормушке в открытом стойле, положил в угол свою торбу, поставил к стенке посох и принялся расстегивать подпругу.

К тому времени когда он, расседлав смирную лошадку, накормив ее, напоив водой и вычистив щеткой, собрал свои вещи и вышел наружу, все, кроме Никоса и Клерва, уже давно закончили свои дела и дожидались с видимым нетерпением

— Мужчины вечно возятся и никогда никуда не поспевают вовремя, — вынесла суровый вердикт Алтара.

— А ты предпочла бы, чтобы мы лезли вперед и были в каждой бочке затычкой? — осведомился Джастин.

— Мысль интересная, — отозвалась она, — особенно насчет затычки. Возможно, знакомство с тобой сулит больше забавы, чем казалось поначалу.

Еще до того как компания успела подойти к широким двойным дверям под вывеской, оттуда вышла молодая женщина. Поклонившись Алтаре и покосившись на черный посох Джастина, она спросила:

— Вы — путешественники с далекого Отшельничьего?

— Предположим.

— Тогда следуйте за мной.

— Веди, — с добродушным смирением промолвила Алтара.

— Они ожидают от нас чудес, — вполголоса заметила Квентил.

— Значит, нам придется их творить, — усмехнулась Джиррл. — Нехорошо разочаровывать людей.

— Легко тебе говорить, женщина, — возразил Никос. — Чтобы не разочаровать их, нужно что-то зачаровать, а на это способны далеко не все. Я, например, не умею упрочивать железо магией. Мне подавай горн да молот.

Джастин усмехнулся. Он прекрасно знал, что Джиррл, при всей мягкости ее голоса и манер, с горном и молотом обращается ничуть не хуже любого мужчины. И руки ее так же крепки, как черное железо, которое она с легкостью ковала.

В просторном вестибюле гостиницы не оказалось никого, кроме гостей с Отшельничьего и их провожатой.

— Вам отведены пять комнат на втором этаже, — сообщила она. — Ночевать в гостинице никто кроме вас не будет, но общий зал, — она указала в сторону прохода под аркой, — будет принимать посетителей. Офицеров тирана и... некоторых других. Ужин подадут с первым ударом колокола. Это скоро, долго жать не придется, — она поклонилась Алтаре.

— Спасибо, — откликнулась Алтара с ответным поклоном. — Ну что ж, пошли по комнатам. Положим поклажу, умоемся, а там и к еде позовут.

Ступени узкой лестницы поскрипывали под ногами. Дерево, хоть и начищенное до зеркального блеска, было очень старым.

Алтара с Крителлой разместились в угловой комнате, а Клерву с Джастином досталась клетушка, больше всего походившая на большой чулан. Всю ее обстановку составляли две кровати и шкафчик с тремя полками, но вовсе без дверец. В углу стояли пустой кувшин и тазик, рядом с которыми были сложены два далеко не новых полотенца.