Бабкино наследство - Ирина Вильк

* * *

Тем временем Григорио с Бесом сидели взаперти под магическим куполом, бездумно уставившись в угол комнаты, где огромный паук с крестом на спине вил свою паутину. Мысли-то в их головах были. Только их было так много и они так беспорядочно роились, что ими можно было пренебречь. Они просто ожидали своей участи.

– Бес! – тихо проговорил Григорио, будто боясь, что его услышат, – я видел, у них добрые глаза. Они ведь нас не убьют?

– Убить не убьют. А пытать будут! Им явно неизвестна конвенция против пыток. Дикие люди! – ответил Бес и, увидев ужас в глазах Григорио, добавил: – Да не бойся ты, я шучу!

При этих словах Беса в комнату вошли два здоровяка в красных колпаках с прорезями для глаз. Они внесли большой стол с какими-то инструментами, молча поставили его и встали, сложив руки на груди. Когда пауза немного затянулась и напряжение в воздухе было такое, что от ужаса у Григорио начали постукивать зубы, здоровяки заговорили:

– Колоться сразу будете? Или хотите помучиться? – спросил тот, что был справа, и постучал кочергой об ладонь.

В ответ – тишина.

– С чего начнем? – спросил левый палач своего напарника.

– Я бы начал с утюга, – сказал тот, – только, боюсь, ближайшая розетка, в которой есть двести двадцать вольт, находится в двадцати парсеках отсюда.

Левый палач уставился на своего дружка. В прорезях для глаз красного колпака была видна напряженная работа мысли:

– Ты чего умничаешь? Вот возьму и обижусь, – проговорил он, – хочешь посмотреть на обиженного палача?

– Не очень! Просто я случайно услышал разговор Хортуса с Василием о множественности миров. Ничего не понял, но одно умное слово все-таки запомнил. Парсек! Только я все-таки не понял, почему таким словом обозначают огромные расстояния? Вот вслушайся: Пар Сек! Пара секунд – и ты на месте. Согласен? – сказал правый палач, но, оглядев притихших и внимательно слушавших философские рассуждения своих палачей пленников, добавил, кивнув на столик, заваленный инструментами, – кстати, вернемся к нашим «баранам». Местные орудия пыток тоже ничего.

Левый палач взял со стола что-то наподобие щипцов и сказал своему приятелю: – Ты прав. Посмотри-ка на эту штучку – правда, она прелестна? – И, кивнув при этом в сторону притихших искателей приключений, добавил: – С которого начнем?

Григорио икнул. Ему представлялись картины одна страшнее другой.

– Погоди! Вот эта штучка. – Правый палач взял еще какой-то инструмент, похожий на огромный шприц, «взвесил» его в руке и произнес: – Я думаю, подейственнее будет.

– Ты хочешь, чтобы они раскололись побыстрее или чтобы помучились? – При этих словах левого палача, Григорио упал в обморок к ногам Беса, который пока еще стойко держался – он у себя в аду и не такое видел.

Когда Григорио очнулся, то увидел перед собой обеспокоенные лица Димона и Вована.

– Говорить будем? – ласково спросил Димон.

Григорио покосился на Беса и молча кивнул.

– Ну, вот и молодец, – сказал Вован и похлопал Григорио по плечу, отчего тот опять упал в обморок. До чего же особы королевской крови хлипкие!

* * *

Дверь открылась, и в комнату волшебника робко вошел Григорио. Его Высочество был подавлен после недавних «пыток» и не смел поднять глаз.

Хортус взглянул на вошедшего принца так, словно пытался проникнуть в его сознание.

– Ваше Высочество! Как вы оказались в такой неподобающей компании? – загремел его голос. – Ведь, как я понимаю, ваше духовное звание не должно позволять вам даже разговаривать с подобным существом! Как вы вообще познакомились с этим Бесом? Я, как ваш наставник, требую ответа.

И Григорио… заплакал. Хортус даже оторопел. Сел рядом с принцем, обнял его за плечи. Принц уткнулся лицом ему в грудь. Плечи Григорио вздрагивали, а Хортус терпеливо ждал, когда его «жилетка» примет на себя все горести и печали принца и тот будет в состоянии разговаривать.

Когда слезы принца иссякли, он стал рассказывать. Многословно и с эмоциями. Видимо, этого Григорио и не хватало: сочувствующих и заинтересованных «ушей».

О своей любви, о гибели любимой, о появлении Беса третьего разряда и как от отчаяния и безысходности он отправился с Бесом за иллюзией счастья.

После того как Григорио выговорился, Хортус напоил принца успокаивающим отваром, уложил спать, уселся в свое любимое кресло перед камином, налил в серебряный бокал бренди и задумался. Как выудить из Беса нужную информацию? Понятно, что тот работает на некоего хозяина и выполняет его поручения. Но кто этот хозяин? Чего хочет? И где он, собственно, сам? А Бес? Что их связывает? Почему Бес безропотно выполняет задуманное его хозяином, судя по всему, магом? Выполняет из страха? Из любви? Из уважения? Из-за карточного долга? И на какое чувство Беса нужно давить, чтобы тот проговорился? Как вести разговор? С чего начать? «Пожалуй, сначала надо на него посмотреть», – подумал Хортус и с наслаждением сделал глоток.

* * *

Перед Бесом Хортус появился эффектно: искры, языки пламени, дым. Волшебник, сильно увеличенный в размерах, шагнул в комнату, где Бес сидел в одиночестве, из стены огня, скрестил руки на груди и громогласно заявил:

– Бес! Я великий волшебник!

Зрелище было грандиозным. Бес поднял голову и подумал: – Ха! Нашел, чем меня пугать! Что я, огня не видел, что ли? Ну-ну, послушаем, чем мне грозить будут!

А Хортус тем временем продолжал:

– Нескромно? Может быть! Но я явно могущественнее твоего хозяина и могу освободить тебя. – При этих словах Бес вздрогнул. Он не знал, что на него наложено какое-то заклинание, хотя что-то подсказывало ему, что все свои действия он совершает не совсем добровольно.

– Твой хозяин, похоже, сильный маг, раз смог с тобой сделать такое, – сказал волшебник, немного уменьшаясь в размерах, – но я могу снять «золотой аркан» и освободить тебя. Хочешь? Подумай! Наверняка тебе найдется чем заняться на свободе. У тебя есть мечта?

– Какая мечта может быть у беса? – ухмыльнулся тот. Мысль его лихорадочно работала. Очень не хотелось просчитаться. Стоит ли верить этому магу? Действительно ли он так силен, как говорит? И зачем ему вообще помогать какому-то незнакомому бесу?

– Почему я должен тебе верить? – спросил Бес, внимательно глядя на Хортуса. Бес хоть и не был магом, зато по роду своей деятельности был неплохим психологом. Глаза у гостя не бегают, капелек пота не видно, руки не теребят краешек одежды. Похоже, волшебник не врет.

– Этот мир – мой дом, – произнес Хортус. – И я хочу защитить его. Для этого я сделаю все. Ты поможешь мне, а я помогу тебе.

И Бес решился.

– Хочу крылья, – выпалил он.

– Что? – не понял Хортус, он не ожидал такого.

– У моего сводного брата – Ангела – есть большие белые крылья. Он с самого детства похвалялся ими передо мной. Он всегда первым смывался, когда мы проказничали, и никто не мог его догнать, чтобы наказать. Поэтому всегда все шишки доставались мне. Я хочу крылья! И если ты действительно великий волшебник, то для тебя это пара пустяков! – закончил он.