Одни несчастья - Карина Пьянкова

Иноэ Кодзи и Като Дайске, которых мне прежде описывали как неразлучную парочку шутников, кинулись на меня вдвоем, протараторив свои имена настолько быстро, что я даже не сумела понять, кто из них кто. К стыду своему, почти все уроженцы Ямато для меня по-прежнему были на одно лицо, а уж в такой ситуации… Я сделала шаг назад и прижалась к Ватанабэ, чувствуя, что у меня начинается самая настоящая паника.

— Хватит-хватит-хватит! — вмешался в творящийся бардак последний, шестой участник, Судзуки Хироши, распихивая пылающих энтузиазмом приятелей по углам. У него единственного все еще имелась совесть. — Вы просто пугаете Джулию-сан. И злите Такео. И знаю, вам это все безумно нравится, так что не надо изображать сейчас раскаяние.

Ну, изображать раскаяние у них и не получалось толком, слишком уж много ехидства было в глазах, но покаяние старательно пытались изображать все. То и дело перемигиваясь и толкая друг друга локтями.

— Добро пожаловать в семью, Джулия-сан, — торжественно произнесла менеджер группы и поклонилась мне. Не слишком низко, но с безусловным уважением, причин которого я не могла понять.

И тут пятеро друзей Такео синхронно поклонились мне так же. А я смутилась окончательно.

— Добро пожаловать в семью, — шепотом повторил мне на ухо Ватанабэ, приобняв за плечи.

Вот тут мне поплохело, и сильно. Как будто мне сделали тринадцатое предложение, а потом тут же потащили знакомиться с родителями будущего супруга.

— Спасибо, — несчастным и перепуганным голосом выдавила из себя я, чувствуя, как горят от смущения мои щеки. Захотелось исчезнуть прямо сейчас, пока меня действительно не приняли в эту самую «семью». Но бежать было уже некуда. Позади — Такео, этот совершенно точно меня не выпустит ни под каким видом, впереди — слишком уж эмоционально выражающие свои изумление и радость его друзья, от которых тоже никуда не деться. — Очень рада знакомству.

Ни капли была не рада. Вот испугана была, а рада — ни капли.

— Наконец-то Такео нас с вами познакомил, — с широченной счастливой улыбкой на всю физиономию, прямо как у Ватанабэ, заявил мне Судзуки, всем видом своим воплощая радушие. — Мы уже заждались. Да и устали, честно говоря, постоянно мотаться в Айнвар.

Я нахмурилась и повернулась к виновнику всей это кутерьмы, безмолвно обвиняя в том, что он нарушил данное мне слово.

— Так это вы заставили его никому ничего не говорить! — со смехом воскликнула, сложив про себя два и два, менеджер. — Не вините его, он и словом не обмолвился, просто мы его слишком хорошо и долго знаем. У Такео же все на физиономии было написано.

Ну… да. У него очень выразительное лицо, на котором отражаются малейшие переживания. Наверняка все это время он выглядел, как влюбленный идиот.

Проклятье.

— Я и не виню, — устало вздохнула я, прижавшись спиной к этому неудачнику. — В конце концов, я же знала, с кем связываюсь…

Хохотом меня едва не снесло. Как это ни было странно, но… меня тут приняли с радостью, не как долгожданную гостью, а как ту, что имеет все права находиться с ними тут, и даже не подумали задавать какие-то вопросы или возмущаться. Будто бы только именно меня им для полного счастья и не хватало. Эти ребята определенно были странными. Все без исключения. Ни один из них даже не поинтересовался, кто я, откуда и надолго ли решила обосноваться вместе с группой. «Ты девушка Такео, он наконец-то нас с тобой познакомил, это замечательно, и нам глубоко плевать на все остальное». Как можно было вот так отнестись к моему появлению?

— А куда мы поселим Джулию-сан? — тут же всполошилась Айдзава Айко, запаниковав. Я бы на ее месте билась в истерике от того, что какая-то проходимка окрутила лидера группы, а не из-за того, что проходимке негде будет спать. — У нас комнаты лишней нет, может быть, еще один номер снять?

Я готова была уже согласиться, но в этот момент Такео вспомнил, что вообще-то мужчина и в доме хозяин.

— Со мной жить будет, — решительно влез он, не дав развить дальше теорию об отдельном месте проживания.

— Но, Такео!.. — хором возмутились мы с менеджером.

— Джулия, инспектор сказал, что тебя одну оставлять сейчас нельзя. Ты не забывай, почему я тебя привез.

Фырканье вырвалось само собой, уж слишком потешно выглядела роль взрослого и встревоженного мужчины в исполнении мальчишки Ватанабэ. Да и как он планирует защитить меня от убийц? Себя-то уберечь не может. Однако музыкант стоял на своем упорно и непоколебимо, как прибрежный утес под натиском волн и ветра. И сколько бы волны и ветер — то есть я и Айдзава — ни бились, объясняя, что невозможно, неприлично, Такео твердил одно и то же. Я буду жить с ним. Так неловко мне не было никогда прежде. Что обо мне подумают? Что я… Боже. Потом самой смешно стало. При нынешних свободных нравах стыдиться ночевать в комнате с тем, кого только что признала прилюдно своим парнем… да большая часть моих знакомых назвала бы это ханжеством.

Щеки отчаянно жгло, и поднять глаза на кого-то стало совершенно невозможным, слишком уж страшно было увидеть во взглядах сальность пополам с пониманием. Не хотелось разочаровываться в друзьях Такео, как и в нем самом. Или наоборот? Насколько бы проще стала моя жизнь, если бы я уверилась, что все творившееся со мной последний год — это лишь плод собственных глупых романтических иллюзий? Я бы смогла порвать с Ватанабэ, в конце концов…

Но улыбки молодых людей оставались все такими же теплыми и дружескими, а во взглядах сквозил восторг. Разве что Айдзава Айко пыталась еще казаться суровой и недовольной. Но — поразительное дело — она тоже мне была рада! И я не понимала, по какой причине удостоилась такого высокого доверия.

Теперь уже мой официальный возлюбленный, обнимая за плечи, отбуксировал меня до комнаты, выдал мне свою футболку и спортивные брюки в качестве пижамы и тактично вышел, давая возможность переодеться. Что ж, даже если в мире изменится все, то Ватанабэ останется неизменным. Хорошим правильным парнем, который искренне считает, что опускать руки ниже талии, обнимая женщину, можно только в том случае, если вступил с ней в законный брак. Обычно меня это умиляло и радовало. Иногда заставляло задуматься, не сестру ли он во мне видит… Но в любом случае будущей госпоже Ватанабэ повезло, ей как минимум не придется гадать, в какой постели и с кем вечерами коротает время ее благоверный.

Я выключила свет и залезла в постель. Обыкновенная гостиничная полуторка, звезды мировой величины выбирали довольно скромные апартаменты, кровать эта так точно не была предусмотрена на двоих. Кажется, завтра у нас обоих будет болеть все, что только можно…

Вот под эти размышления я и заснула, так и не дождавшись появления Такео в его собственной спальне. Когда он пришел, я не услышала, слишком уж крепко спала, но, проснувшись, обнаружила, что опять вцепилась в него намертво.