Лгунья - Ольга Пашнина

— Ты в порядке? — Герберт тихо закрыл за собой дверь.

Я потерла виски и прикрыла глаза.

— Не очень. Чего ты хотел?

Я намеревалась причесаться и лечь, потому что звуки борьбы снаружи окончательно меня доконали — разболелась голова. Когда пришла стража, завязалась потасовка, но все же перед лицом закона наши граждане были довольно трусливы, и на рожон большинство не полезло.

— Вот.

Герберт протянул мне стакан, на дне которого оставался лед и немного виски.

— И зачем мне это? — Я даже поискала глазами бутылку, но нет — выпить он не предлагал.

— Ты сказала, что это был словно наркотик. В стакане остались следы нашего с тобой любимого зелья.

— Что? — Я обомлела.

Да, ощущения очень похожи, но… я не поверила в эту сумасшедшую догадку, думала, напилась, виски в голову ударило, сказалось напряжение последних дней. Что ни говори, а разрядка вышла что надо.

— Я пила из бокала Кайлы. Зачем кому-то подсыпать в бокал Кайлы наркотик? Это бред какой-то, такие дозы не наносят почти никакого вреда.

— Согласен, — кивнул Герберт. — Значит, кто-то знал, что ты выпьешь из ее стакана.

— Исключено. Это было спонтанное решение. Надо найти бутылку.

Я направилась к дверям, но Герберт удержал меня за локоть.

— А поговорить ты не хочешь? — спросил он.

— Мне кажется, нам не о чем разговаривать. Ты только что сам продемонстрировал все причины сегодняшних событий.

Герберт хрипло рассмеялся и притянул меня к себе. Аромат, исходивший от него, напомнил о совсем недавней сцене на столе в кабинете. Тогда у меня даже не было сил, чтобы вернуть пробравшимся за ограждения людям камень.

— Милая, ты можешь сколько угодно врать самой себе, убеждая, что наркотик, зелье или что там ты винишь стало причиной наших отношений. Только от правды-то никуда не деться, и такое зелье только разжигает то, что уже загорается. Ничего бы не было, если б ты этого не хотела. Можешь трусливо прятаться за магией и кознями врагов, только меня не обманешь так просто.

— Хватит, — отрезала я.

Не став слушать дальнейших возражений, спустилась вниз. Кайла и Ким все так же были в гостиной, пили кофе и тихо о чем-то беседовали. Диналия уже ушла спать, ее изрядно напугали стычки перед домом. Я не знала, ушла ли стража, но надеялась, что устроившие представление перед моим домом получили по заслугам.

— Значит, так, — громко объявила я, выйдя на середину комнаты.

Даже Нина вышла из кухни и прислушалась.

— Сегодня вечером переворачиваем весь дом вверх дном. Выбросить все емкости с жидкостями, открытые и закрытые, все продукты, включая конфеты, сыпучие специи и так далее. Выбросить все без исключения кремы, духи, всю косметику.

— Что? — Кайла истерично хохотнула. — Ты в своем уме?

— Это ты, Кайла, не в своем уме. Ты впустила в дом женщину, которую гнал взашей отец. Ты оставила ее на ночь, из-за тебя Эмили Фаннинг растрепала всему Хейзенвиллю о наших семейных тайнах. Тебе в бокал она подсыпала наркотик, и неизвестно, чего еще в доме касалась эта женщина. Вы обе не способны думать о собственной безопасности. Вам угрожают, вам шлют анонимные письма, а вы запросто впускаете в дом постороннюю, сказавшую, что она трахалась с нашим отцом. Кто-нибудь вообще знает, как выглядит Эмили Фаннинг?

Ответом мне стала тишина. Ким опустила в пол глаза, Кайла отвернулась. Сначала она искала поддержки у Герберта, но тому, похоже, важнее было договориться со мной, чем с сестрами.

— Она показала вам документы? Доказала, что та, за кого себя выдает?

Красноречивей, чем молчание, ответа сложно придумать.

— Тогда вперед. Все сыпучие, жидкие, кремообразные вещества. Даже ингредиенты для зелий. Нет, не так — особенно ингредиенты для зелий. Герберт, насколько я поняла, ты имеешь право заключать сделки на перепланировку или какой-либо ремонт дома.

— Да, миледи, — усмехнулся он.

— Смени все замки. И вставь окно в кабинете. Рассмотри вопрос, чтобы установить дополнительную защиту на все окна, мне надоело, что в мой дом кидаются камнями и палками. Инициируй дело, я хочу, чтобы кто-то из этой толпы получил реальный срок, чтобы остальным было неповадно.

— Кортни, ты…

Под моим взглядом недовольная, но притихшая Кайла окончательно умолкла. До нее только сейчас начала доходить серьезность положения.

* * *

Мне было проще всех, конечно. Я не жила в этом доме, я пять лет считала домом небольшую комнату в колледже Даркфелла. Я без сожаления расставалась со всем, что могло быть отравлено. Наркотик — это не шутка, я на собственном примере убедилась, что игры с такими вещами могут плохо кончиться. А если бы его случайно выпила Ким?

В огромную коробку, найденную в подвале, я выбрасывала бутылки с элитным алкоголем, содержимое которых предварительно выливала. Внутри кипела злость. На сестер, пустивших Фаннинг в дом, на женщину, сделавшую нам столько зла. На себя за слабость в кабинете и на Герберта, который об этой слабости напоминал.

— Миледи? — Нина робко постучала. — Для вас письмо.

— Что? — Я замерла с бутылкой в руке. — От кого?

— Не подписано. Курьер принес три конверта: для вас, миледи Кайлы и миледи Кимберли.

Опять. Я закрыла глаза и несколько раз глубоко вдохнула. Финишная прямая, я больше не собираюсь терпеть выверты Эмили Фаннинг. Герберт ее найдет и заставит ответить наконец, чего она хочет. А потом я решу, что она получит. И вряд ли мы найдем компромисс.

— Хорошо, — улыбнулась я Нине, — можешь идти.

И только когда шаги экономки стихли, немного дрожащими руками я распечатала конверт.

Внутри оказался рисунок и свернутая в несколько раз записка. Рисунок представлял собой хорошо известный каждому жителю Хейзенвилля пейзаж — маяк на окраине города. Когда-то давно, когда еще не была развита так магия, маяки служили ориентиром для подлетавших к Хейзенвиллю дирижаблей. Позже, когда появились магические методы навигации, от маяков отказались, и многие из них так и остались ветхим напоминанием о былой романтике.

«Минус одна сестричка Кордеро. Кайла нескоро сможет выйти на улицу. Сможете с Кимми поймать меня?» — гласила записка.

В ярости я смяла пергамент и вышла в коридор, где встретилась с бледной Кайлой.

— Ким, иди сюда! — позвала я младшую и забрала у старшей письмо.

— «Как жаль, что Стелла не может обеспечить мамочке наследство, — прочитала. — Плохим девочкам пора спать. Хорошие идут на охоту».

— Я его убью! — прорычала Кайла.

— Нет! — Я едва ухватила ее за руку. — Останься с Ким.

— А ты?

— А я найду Фаннинг. Что-то мне подсказывает, что это она все устроила. Теперь не отвертится.