2101 год - Сергей Панов

Утро. Лёня открыл глаза. Первое, что он увидел – это пчёл, которые кружили вокруг и с деловитым усердием забирались в каждый цветок на дереве, под которым он лежал. Кто-то держал в своих ладонях его правую руку. Он повернул голову. Рядом сидела Саша. Глаза её были закрыты. Она медленно покачивалась из стороны в сторону. Её волосы были распущены, она была так же прекрасна, только казалась немного повзрослевшей и пара, тройка седых волос, блестели серебром на её чёрных локонах.

– Саша! – шёпотом произнёс Лёня.

Она продолжала свои движения, как будто не слыша его. Лёня вытянул свою кисть из её объятий. Стал тянуться к ней, но не смог достать.

– Саша! – уже громче вновь прохрипел Лёня.

Не добившись желаемого, он просто смотрел на её лицо в надежде, что она почувствует его взгляд. Вдруг, как будто закончив определённый обряд, задрав голову к небу и открыв глаза, она стала медленно вдыхать всей грудью весенний воздух. Затем так же медленно выдохнув, опустила голову и стала молча смотреть прямо на Лёню, при этом будто не замечая его.

Её глаза с мутной поволокой постепенно прояснялись, а на лице появилась то ли грустная улыбка, то ли губы приготовились к слезам, которые уже наполняли карие блюдца.

– Прости меня! – шёпотом произнесла она. – Прости, пожалуйста.

Слёзы покатились по щекам, она упала Лёне на грудь и стала рыдать, схватив его за плечи. Её волосы рассыпались у него на груди, и теперь из них выглядывала лишь его голова. Слёз было так много, что они просочились сквозь холщёвую рубаху и скатывались по рёбрам прямо под спину. Лёня потянулся к рыдающей голове…

Неожиданно Саша поднялась. Лицо её было красным. На правой щеке остался оттиск от холстины, он причудливо выделялся, и последняя слезинка всё никак не могла достичь подбородка, путаясь в его лабиринтах.

Теперь Саша казалась совсем маленькой девочкой, которую хотелось взять на руки, качать и петь колыбельную. Жаль только то, что силы к Лёне до конца ещё не вернулись.

Через 15 минут Лёня сидел, облокотившись о резную спинку кровати, а Саша поила его медовой настойкой с примесью мяты и тихо рассказывала…

– Местные сельчане иногда ходят на юг, очень далеко отсюда. Там находится разрушенный город. Всё, конечно, уже заросло, но при желании можно отыскать многое. Стёкла в окнах, печные трубы, металлические приспособления – всё оттуда. Что-то переделывают в местной кузне, что-то изготавливают своими силами.

После каждого такого похода, что-то случается нехорошее. Часто местные справляются сами. Проводят обряд очищения вещей и людей, вернувшихся оттуда. На этот раз хозяин дома взял что-то необычное. С этой вещью пришла не хорошая злая энергия. Она выбрала его сына, он должен был умереть.

– Я думаю, что они уже избавились от этой вещи, – глубоко вздохнув, прервала свой рассказ Саша и, чуть помолчав, продолжила вновь:

– Когда я взяла мальчика за руку, сперва стала пробовать свои силы. Но сил моих оказалось меньше, чем когда-либо. То тёмное, что сидело в нём, было сильней меня…

– Ты позвала меня, потому что отдала часть силы мне? – вдруг заворожено произнёс Лёня, пристально глядя на Сашу.

– Я отдала тебе часть души, не думала я, что силу потеряю, – опустив голову, тихо произнесла Саша.

– Я видел тебя на реке. Что это было? – вновь спросил Лёня.

Саша молчала, глядя куда-то в сторону.

– Я встретилась с этой энергией, – решила продолжить она. – Это был дух убитого владельца той вещи. Уходить он никуда не собирался, пока не отомстит. Но вместе с тобой мы справились. Он ушёл, но скоро вернулся и привёл такого же. Он вошёл в тебя…

– Значит, на реке всё правда было? – спросил Лёня.

– Всё правда, – ответила Саша.

– Вода из меня вытягивала их обоих после того, когда второй убрался из тебя…

– Как же всё получилось? – тихо, сам не зная о чём, спросил вновь Лёня.

– На нашей стороне была третья сила, – уверенно глядя Лёне в глаза, твёрдо произнесла Саша. – А она сильнее всех!!

По саду с весёлым криком пробежал тот самый мальчик, который недавно лежал на Лёнином месте. Возвращаясь назад, он остановился около кровати. Подошёл ближе и низко поклонился. Выпрямился и смотрел на Лёню, почти не моргая своими голубыми глазами. Потом опомнился, подбросил вверх свою палку, с которой бегал, и весело прокричал:

– Баня готова, милости просим!!

– Кто готов? – переспросил Сашу Лёня.

– Баня! – ответила радостно Саша.

– Еда такая, что ли? – хмуря брови, вновь поинтересовался Лёня.

– Ну, темнота! Сейчас парить тебя будем, – весело прозвенела Саша, уже совершенно забыв про все неприятности.

Откуда не возьмись, появились четверо крепких молодых парней, которые, подмигивая, подскочили к кровати, легко подхватили её и потащили вон из сада по направлению реки.

– Куда? – кричал испуганный Лёня. Его с хохотом догоняла Саша, размахивая пучком какой-то травы. За ней бежал счастливый Волчик, весело свесив язык и задрав свой хвост.

Баня для гостей стояла в одиночестве на берегу речки. Она как будто выросла из огромных серых валунов, с глубокими пробоинами и тёмными прожилинами. Топилась она по-чёрному и поэтому дыра под самым коньком была черна от сажи, которая хлопьями болталась с краёв.

От бани до середины речки, был прокинут деревянный мосток, не огороженный, зато крепкий, на лиственных сваях, крытый досками. На бревенчатых стенах бани висели веники разных мастей, а также пучки высушенной травы. Сразу за баней росли две большие ели. На одной из веток, что лежали на крыше, возмущённо верещала рыжая белка. Нервно дёргала хвостом, то и дело задирая свой нос по ветру, негодуя из-за вдруг нарушенного спокойствия.

Лёню на кровати подтащили к валунам, следом подбежала Саша, вид её был воодушевлённый, чего нельзя было сказать о Лёне.

– Что здесь? – возмущённо прокричал он, глядя на непоседливую белку, которая бегала уже по крыше бани то взад, то вперёд, громко ругаясь на своём беличьем языке.

– Поживёшь немного с белками и выздоровеешь, – очень убедительно заявила Саша, откидывая одеяло, хватая Лёню за руку. Лёня почти поверил, что это не шутка. Открыл рот, чтобы выразить своё несогласие, но довольно быстро очутился в предбаннике с маленьким оконцем, скамьёй, деревянными вёдрами и лёгким запахом дыма.