Красно Солнышко - Виктория Гетто

Старик выжидательно посмотрел на славянина, и, поймав его взгляд, князь утвердительно кивнул, повторил:

– Да.

Взглянул на девицу Славову. Та поняла. Быстро перевела согласие. На лице старца отразилось безмерное облегчение, но тут Брячислав вытащил из ножен засапожный меч, и переговорщик в ужасе отшатнулся. Князь же спокойно нарисовал круг на песке, поделил на четыре части. На первой, как смог, изобразил дерево. Голое, без листьев, под снегом. На второй – то же дерево, но без снега. На третьей – листья обильно покрывали берёзку. На четвёртой – дерево опять стояло голым, но без покрова. Показал вокруг себя, ткнул ладонью в третий сектор рисунка.

Старик призадумался, потом просиял, закивал часто-часто: мол, понял. Показал четыре пальца в ответ – четыре времени года: зима, весна, лето, осень. Князь в ответ так же поднял руку, загнул пальцы, оставив три. По очереди показал на лето, зиму и весну. Затем – на лодки. Дальше сделал вид, что гребёт. Старик расплылся в улыбке до самых ушей. Добился всё-таки своего. Потом взял у неподвижно стоящих за его спиной других переговорщиков стрелу с каменным наконечником, торжественно поднял её над головой, показывая всем, и с треском сломал её. Положил перед князем. Брячислав поднял положенное, тоже поднял над головой, ещё раз, без всякого усилия, легко переломил обломки ещё раз. Показал старику. Тот вскинул руку кверху, и бухта буквально взорвалась радостными воплями, в которых без всякого перевода угадывалось безмерное облегчение. Обе стороны раскланялись напоследок и двинулись каждый к себе. Славяне – в городок. Оленеводы – к лодочкам. Когда князь со спутниками и волком подошли к воротам, бухта начала стремительно очищаться – местные торопились по домам, стремясь быстрее донести до племён радостные вести. А князь поднял голову, улыбнулся:

– Мир, братья! Мир! Больше биться не будем.

– Хвала богам! – Ответный клич достиг, казалось, светлых небес.

Брячислав отвечал на вопросы дружинников, торопливо освежая в памяти увиденное на шкуре.

Наконец сквозь толпу протолкался Гостомысл:

– Что, брат?

– Вечером думать будем. Путяту надо кликнуть тоже. Обязательно. И Брендана позови. Поход наш к Оловянным островам в силе остаётся. Только цели немного меняются. Но в основном то, что порешили намедни.

– Понял, брат.

– Слав молодец. И девка его. Не струхнула перед старшими. А Волчок вообще выше всяких похвал…

– Так у нас в дружине, сам знаешь, лучшие из всех родов! – задорно улыбнулся старшему…

После ужина четверо собрались за одним столом в клети, где жили братья-князья. Брячислав раскатал пергаментный свиток, на котором по памяти нанёс увиденное на оленьей шкуре.

– Что скажете, други?

Все всмотрелись. Первым подал голос Гостомысл:

– Как я вижу, за землёй, где мы сейчас живём, ещё есть края нехоженые?

Чуть спустя Брендан добавил:

– И земля та велика. Если верно изображено. – Потом присмотрелся повнимательней ещё раз. Указал на линии: – Сие – течения морские. Когда я домой возвращался, корач бежал быстрее. Заметно было.

– Смотрите, други, здесь реки морские сильны и могучи. Линии больно жирные. Все – на полночь^[20] бегут. Но ближе к берегу новому – есть небольшое течение, противосолонь^[21] основному.

Путята тоже внимательно смотрел на карту, но пока ничего не говорил, и князь, не выдержав, спросил:

– Что скажешь?

Жрец пожал плечами:

– Мало чего. Что земля та велика – точно. Реки морские – тоже вижу. Думаю, разведать бы надо, прежде чем решать. А вдруг чужинцы обманули? На погибель нас собираются отправить?

– Не думаю, друже.

– Почему, князь?

Брячислав усмехнулся:

– Я на берегу был. Общался с ними. Видел. Да и Слав… Захоти чужак обмануть нас, парень почуял бы.

– Это верно. Но всё равно без разведки нельзя туда идти.

– Согласен. Посему слушайте: отправляем три лодьи. Одна остаётся. Две и сто человек – к Оловянным островам. Им – добыть хлеба, железа, скотину. Сколь смогут, столько и брать. Чем больше, тем лучше. Основное – зерно и металл. В крицах ли, в изделиях – без разницы. Найдём мы там руду – кто знает. А не найдём? Железа нам на новом месте много понадобится. Утварь, топоры, оружие… Да мало ли? Если там тоже люди живут, чем отбиваться станем? Так что железо нам, как хлеб, нужно. И зерно тоже. Свои запасы давно приели. Скота – каждой твари по паре, как говорится. Резать не станем. На расплод пустим. Это первым двум лодьям задача. Третья лодья пойдёт к этим берегам. Спустится к низу, сколь может. В пути людям быть месяц. Потом – назад. Смотреть место для житья. Где град поставить можно. Выбрав же, возвращаться. С местными, коли попадутся, постараться не ссориться. Решить дело миром. Далее… – Взглянул на заинтересованно слушающего речь бывшего монаха. – Пойдёшь с третьей лодьёй на разведку. К новым берегам.

Тот склонился, не выдавая своего удивления:

– Спасибо, княже, за доверие.

– Ты – наш уже. Так почему тебе веры быть не может?

Ирландец уже говорил на славянском языке почти без акцента, а от тонзуры не осталось и следа. Впрочем, голову монах не брил, как воины, а просто подрезал коротко. Одежду тоже славянскую носил, словом, если бы не волос тёмный, то от своего и не отличить. Хотя и ростом, конечно, ниже любого из славян был.

– Ещё раз благодарю, князь.

– Как место под град подберёте – пробегите по окрестным краям. Проверь, есть ли руды какие. И вообще, имеются ли они на той земле. Не найдёшь, так хоть приметы проверь рудные.

– Сделаю, княже. Не беспокойся.

– Добро. Лодьи пошлём через седмицу. Эти дни – дозоры утроить. Округу просеять через мелкое сито.

– Ясно. Так и будет.

– Ты, Гостомысл, свою задачу знаешь. Люди у тебя уже отобраны. И Путята с тобой пойдёт. Он языки островитян знает, мало ли, договориться надо будет по-хорошему.

Оба названных кивнули.

– А с Бренданом я Крута отправлю за старшего. Хватит ему без дела ходить. Разумен. Нрав спокойный. Рассудок трезвый. Посмотрим в деле. Как поселенцы приедут, повысим его до старшего воина. Так что пусть привыкает.

– Это всё понятно, князь. Но если уж на то пошло, скажи, когда собираешься в Аркону вести посылать? – Путята смотрел на Брячислава остро, пронизывающе. – Пророчество Прокши-провидца ведь никто не отменял…

– Если удачно на острова сходите, по весне и отправим. Сразу же.

– Не узнав, не разведав новых краёв?! Даже не проверив, есть ли они вообще или солгала нам чудь? – Брови жреца поползли вверх от удивления.