Творцы миров - Юрий Никитин

Секира возразил:

– Извини-подвинься! Мораль общества и так ниже пояса.Только и слышу: секс и насилие, насилие и секс!.. да еще деньги любой ценой. Ачто тогда в играх? Только зарегился – и мочи всех?

Как всегда, не договорившись, повернулись ко мне. Я как разрассматривал официантку, она принесла блинчики с мясом и наклонилась так, что явидел в глубоком вырезе платья небольшие острые груди с широкими коричневымикругами.

– Ваша милость, отвлекитесь на минутку…

– Да трудно, – пробормотал я, – мне, какфеодалу, показывают больше, чем вам.

Официантка улыбнулась поощрительно жадное внимание молодыхпарней льстит, ушла, демонстративно двигая из стороны в сторону тугимбесцеллюлитным задом и даже ухитряясь приподнимать ягодицы разом и по одной,явно не последняя в фитнес-группе.

Скоффин вздохнул.

– Да, ради этого стоит быть боссом…

Николай хмыкнул.

– Так только ради этого и становятся, чудак! А всеостальное – тлен.

– Верная мысль, – заметил Аллодис. – Скинемшефа и сами станем ими?

Скоффин вздохнул еще тяжелее.

– Эх, если бы в шефы так просто… В семнадцатом всех доединого скинули! До сих пор от той пьянки голова трещит…

Я провожал взглядом официантку, пока она, обернувшись спонимающей улыбкой в дверях кухни, не исчезла.

– Баймы, – сказал я в затруднении, – да, этоновый мир. Что хорошо и… плохо. Мы не можем ссылаться, мол, при Пушкине быловот так, потому и мы должны делать вот так. У нас нет прецедентов, а то, чтоесть, – это так, фотографии Люмпена. Или братьев Райт, не помню. Но Секираправ: в баймах человек не стесняется в той степени, как он связан даже принашей свободной морали, где секс и деньги, деньги и секс… В баймах он еще…откровеннее. Потому с одной стороны надо давать возможность воевать вволю,убивать и грабить…

– Кого?

Я отмахнулся:

– НПСов, к примеру. Ими можно заселить целые области. Адля любителей хардкора – схватки с себе подобными. Кроме того, нужно облегчитьвсякие телесные контакты. Скажете, такого в баймах еще не было? Так и байм небыло, а пока только онлайновые игры!.. Да, к тому десятку движений, что есть всамых продвинутых играх, нужно разработать не меньше сотни наших собственных.Из них не меньше половины… гм… эротичного свойства. Ну, начиная с поцелуев илегкого петтинга до полного совокупления.

– И кач нужно затруднить еще больше, – сказалСкоффин и тоже оглянулся на дверь в кухню. – Или продлить лестницу.

– Лэвелов?

– Ну да. Усложнить и растянуть не от нуля довосьмидесяти, как в Линейке, где больше всего ступеней, а… скажем… до ста!

Девушка, сменив передник, появилась за барной стойкой.Аллодис фыркнул:

– Сто? Где восемьдесят, там и сто. Думаю, в шестомприложении они сами повысят кач до ста. Или до девяностого лэвела. Нет уж, еслизамахиваться, до сразу на сто пятьдесят – двести! А в аддонах еще повысим.

Николай не утерпел, сходил к барной стойке, якобырассчитаться, чтобы девочек лишний раз не гонять к нашему столику, вернулся,развел руками:

– Эх, пришлось отказать такой красивой женщине…

Ворпед ахнул:

– Да ты что? Да как ты мог?.. Ну, Коля, ты и свинья,просто свинтус гигантус! А можно я сбегаю?

Он начал подниматься, Николай сказал печально:

– Иди, попытайся. Она просила сделать за нее курсовуюпо изменению текучести при сверхнизких температурах.

Ворпед сел, вид обалделый, пробормотал:

– А она сперва показалась такой красивой…

– Женился на красивой, – посочувствовалНиколай, – оказалась – умной. И такие несчастья бывают, что делать. Ладно,чем красивее женщина, тем быстрее пролетают время и деньги, а работать надо…

Он опустил пустую чашку на стол, за ним начали подниматьсяостальные. Я уже видел по их лицам, как все бегом возвращаются в Реальный Мир.

Поднимаясь по ступенькам в офис, я напомнил:

– Не забываем, что делаем байму, ориентируясь на триосновные группы населения…

– Три? – переспросил Ворпед и в растерянностипоморгал добрыми глазами. – Я думал, всегда делят на две. Богатые ибедные, добрые и злые, худые и толстые, жадные и щедрые…

– Не перебивай, – сказал Скоффин ехидно. –Когда хотят умность свою показать, добавляют еще среднюю категорию.

Я поморщился:

– Разговорчики в строю! Я говорю о трех группахбаймеров. Сейчас все уже… или почти все имеют возможность баймланить. И что же?Три четверти баймеров остается верны неонлайну. Мы много говорили об этом, нони разу не была названа еще одна, думаю, самая главная причина. Кто-то можетназвать ее?

– Жадные, – предположил Николай. – За онлайнплатить надо.

– А те, – спросил я, – у кого анлимитэд?

– Дураки, – выказал догадку Секира. – Ничегоне понимают. А вот мы – умные.

Мы прошли по коридору к дверям своего офиса, у окон по всемукоридору стоят молодые женщины с сигаретами в пальцах. Пускают дым и синтересом посматривают на молодых мужчин, которые так уверенно о себе, что ахкакие умные… У каждой в глазах: надо было проверить, насколько вы умные. А еслиеще и богатые…

Я первым вошел в офис, остановился посреди комнаты.

– Вон наш Зомлер, – напомнил я всем, – пришелв онлайн с великим азартом, помните? Начал мочить монстров, собирать луты,выполнять квесты… и вдруг – бросил. Я так и эдак возле него, пока не выяснил,что его несколько раз замочили сами игроки.

– ПэКа? – спросил Николай с недоумением.

– Да, Player Killer'ы. Им уже скучно, квесты пройдены,все монстры для них что мыши, вот и развлекаются тем, что мочат других игроков.Для кого-то это самое то: стараются накачаться так, чтобы бить других. Это жсамое интересное, как они считают, а вот для Зомлера это показалось настолькоотвратительным, что он бросил играть. А таких, как он, треть игроков, если небольше…

– Больше, – подал голос до этого молчавшийКулиев. – Больше. В игры вообще играет больше тех, кто в реальной жизни непреуспел. Так что таких, как ты, сказали, не меньше половины.

Я кивнул:

– Вполне возможно. Так что будет если неориентироваться на них, но очень сильно принимать во внимание. Потому картуразобьем на три игровые зоны…

– Зоны?

– Территории, – поправился Кулиев.

– Острова?

Кулиев подумал, сказал с той же неуверенностью:

– Может, и острова…