Ой, ноблесс, ноблесс… - Светлана Багдерина

Коробок как коробок. Маленький, берестяной, потемневший от времени, без надписей или знаков, внутри что-то брякает, суда по всему – маленькое.

Царевна подцепила крышку ногтями и не без труда, скрипя берестой и зубами, открыла ее.

Внутри лежало желтое увеличительное стекло размером с пятикопеечную монету и кольцо.

И всего-то?…

Вид что у одного, что у другого был абсолютно не магический. Стекло было тонкое, без оправы, без гравировки – без чего бы то ни было, что отмечало бы его как волшебный талисман.

Она взяла его осторожно пальцами за края и посмотрела на рукав манто.

И увидела свое платье.

Маленький кружочек зеленой парчи выглядывал тропическим островком среди серебристых волн ворсинок.

«Ах, Зюгма, подлец – драное манто подсунул! Ну я ему устрою завтра сладкую жизнь» – прищурилась Серафима, убрала стекло, чтобы рассмотреть дырку получше и уже без помехи подивиться, как она ее раньше не разглядела…

Но та пропала.

Царевна потерла пальцами в том месте, где она только что была, подула, вызвав среди ворсинок бурю местного масштаба, поковыряла – но все напрасно. Манто было вызывающе целое и невредимое.

«Не поняла…» – озадаченно заморгала она. – «А ну-ка еще?»

Стекло у рукава, у подола, у груди – видно платье. Стекло в сторону – блуждающая дырка пропадает.

«Хм… Интересно. Это все, что может магия этой лупы, или от этого может быть какая-то польза? Польза, польза… Какая может быть польза от…» – и вдруг от скепсиса царевны не осталось и следа. Раздумывая о пользе крошечной непонятной стекляшки, она навела ее на ручку кресла и… увидела сквозь дырку размером с пятикопеечную монету пол.

«Ага!!! Ага!!! А нут-ка…»

Она соскочила с кресла, бросилась к камину и приложила лупу к дымоходу. Через маленькое отверстие замерцали отблески догорающего огня на закопченном фоне противоположной стенки.

«Ага!!! А нут-ка…»

Она на цыпочках подошла к входной двери и приложила стекло к покрытой позолотой железной плите. Перед ней предстал крошечный фрагмент черной спины часового.

«Хм-м-м… Хорошо, но мало… А если ее держать чуть подальше от поверхности? А еще?… А еще?…»

Сказано – сделано. Методом научного тыка было почти сразу установлено, что чем дальше держишь лупу от просматриваемой насквозь поверхности, тем больше и неразборчивее изображение той стороны. На расстоянии пятнадцати сантиметров пятикопеечный кружочек изображения увеличивался рублей на семь, но понять, что оно представляет, без применения фантазии в смертельных дозах было практически невозможно. На еще большем расстоянии контакт просто обрывался.

Серафима почесала в затылке под жемчужным венцом и пожала плечами. Будь эта лупа хоть с оладушку размером, цены бы ей в таких условиях не было. Но такая малюсенькая?… Хотя ладно. В моем положении не до жиру – быть бы живу. Глядишь, и эта на что-нибудь сгодится. А сейчас перейдем к следующему пункту нашего списка артефактов.

К колечку.

Царевна взяла коробочку с кресла и выудила из нее кольцо. Оно было серебряным и представляло собой полулежащую кошку, обвивающую изящно загнутым хвостом палец хозяина. Серебряные лапки, серебряные ушки, серебряные глаза, насечки-шерстинки… Серафимино представление о волшебных кольцах сильно пострадало. Ну чего можно добиться с кольцом в форме этого домашнего животного? Чтобы не было мышей?

Хм-м-м… Ладно, будем экспериментировать.

Царевна решительно выдохнула и надела кольцо.

Ничего не случилось.

«А что, собственно, должно было случиться?» – мягко, но занудно поинтересовался тонкий тихий незнакомый голос под самое ухо.

Серафима оглянулась, огляделась, быстро перетрясла все возможные и невозможные укрытия в комнате – никого.

Наверное, это внутренний голос, пожала она плечами.

«А почему снаружи?»

Вышел из себя, решила она и продолжила размышления.

Может, я стала невидимой?

«Для слепых – может быть».

Она подошла к зеркалу, повертелась перед ним так и сяк – нет, все очень хорошо видно, даже вглядываться не приходилось…

Может, я теперь могу проходить сквозь стены? А что – неплохое было бы дополнение к увеличительному стеклу. Посмотрел, не караулит ли кто тебя на той стороне стены – и вперед…

Разбегись она чуть сильнее, на лбу непременно бы остался отпечаток выступающего камня, коварно притаившегося за шелковой портьерой.

Т-так… Бр-р-р-р…

«Прогулки сквозь стены отменяются».

Подождав, пока искры из глаз перестанут сыпаться новогодним салютом, она снова почесала в затылке, стимулируя мыслительный процесс.

«Что еще придумаешь?»

Может, я уже могу летать?

К счастью, у нее хватило здравого смысла проверить новую гипотезу прыжком не из окна апартаментов Змеи, а со своей кровати.

Что ж…

«Отрицательный результат – тоже результат».

А, может, оно исполняет желания?…

Желания оно не исполняло тоже.

«Размечталась!»

Удесятеряет силу?…

Кочергу согнуть не удалось, как царевна ни билась и ни пыхтела.

«Ты еще дверь кулаком попробуй пробить!»

Комментарии внутреннего голоса она демонстративно и целенаправленно игнорировала. Если бы она могла засунуть ему в рот кляп, она бы это сделала не задумываясь.

Хм-м… Какие еще бывают волшебства? Превращения? Может, оно позволит мне превращаться в кошку?… Но что для этого нужно делать? Рецепт старинных былин – удариться об пол от одного до трех раз, перекувыркнуться через голову (вперед или назад?), хлопнуть, топнуть, гикнуть, свистнуть или повернуть кольцо вокруг пальца – никогда не казались ей не только надежными, но и элементарно разумными. И поэтому она была очень рада, что рядом не было никого, кто бы мог похихикать и покрутить пальцем у виска, пока она, все же с оглядкой на воображаемых зрителей, выполняла эти неизвестно каким шизофреником когда изобретенные процедуры. Для полного диапазона испытаний ей пришлось срочно научиться беззвучно топать и хлопать, а также свистеть и гикать шепотом, но все труды пропали напрасно.

Внутренний голос исходил желчью, но права голоса так и не получил.

«Значит, и кошки из меня не получится» – вздохнула через десять минут погрустневшая еще на одно деление царевна, отряхнулась и достала венец из-под шкафа.

Кель кош-мяу.

Она устало опустилась в кресло, снова вытянула ноги к почти догоревшему огню, откинула голову на спинку и прикрыла глаза.

С ним не летают, не становятся невидимыми, не проходят сквозь стены, не получают желаемого, ни в кого не превращаются…