Ой, ноблесс, ноблесс… - Светлана Багдерина

Кочевники тоже увидели их, и царевна, морщась, как от физической боли, порадовалась, что тарелка не доносит звук, иначе от их торжествующего визга разорвались бы не только ее барабанные перепонки, но и без того обливающееся кровью сердце. Участь отряда была бы решена в несколько минут, и ничего иного царевна и не ждала…

Если бы не кони.

Похоже было, что при заключении этого странного военного союза они были той единственной силой, мнением которой никто не позаботился поинтересоваться.

А зря.

Потому что как только они увидели и – самое важное – унюхали злобных оскалившихся хищников неизвестной породы в непосредственной близости от себя, они не стали раздумывать ни секунды. В один миг ополоумевшее лошадиное племя послало все происходящее кобыле под хвост, взбрыкнуло и понесло, не разбирая дороги, оставляя за собой своих опешивших от такого поворота сражения седоков и растоптанных и смятых зверолюдей. Дружинники, не поверив сперва своей удаче, быстро пришли в себя и под дружное, но беззвучное «ура» азартно перешли в контрнаступление.

Костей яростно махнул рукой над тарелкой, и изображение пропало.

Если бы на царя кто-нибудь сейчас догадался поставить чайник, тот бы закипел.

– Идиоты!.. Дебилы!.. Жабьи дети!.. – то и дело прорывалось между двух его стиснутых зубов. – Если так все пойдет дальше!.. Я убью этого напыщенного болвана с розовыми пуговицами!.. Своими руками!.. Я превращу его в жабу!.. В крысу!.. В слизняка!..

Серафима, поспешно упрятав торжествующую ухмылку во весь рот подальше от его взбешенного взора, невинно поинтересовалась:

– Что это было?

Царь вспомнил о ее существовании.

– Кхм… Ничего особенного. Часть моего блестящего плана по захвату вашей страны, как я уже говорил.

– Как?! – царевна сделала большие и круглые глаза. – Часть вашего блестящего плана?! И вы называете это «ничего особенного»?! Как может человек, будучи столь искусен не только в мудреной науке магии, но и в хитроумной военной науке, быть таким… скромным? Таким… самоуничижительным? Таким… несправедливым?…

Костей непонимающе нахмурился.

– …по отношению к себе?

– Что вы имеете в виду, ваше величество? – польщенно потупился царь, забыв о замышляемой страшной мести Кукую.

Если бы не вечный отблеск Камня на его лице, Серафима могла бы даже поклясться, что он покраснел.

– Как что? Конечно, ваш план! Если он действительно такой гениальный, как вы утверждаете, а после нескольких дней, проведенных в ваших владениях, я в этом не сомневаюсь, талантливый человек талантлив во всем, то мне хотелось бы узнать о нем побольше!

Царь настороженно взглянул на нее:

– Зачем вам это?

– Здесь начинается новая История. Мы стоим у истока грядущей эры. И я хочу прикоснуться к величию.

Губы Костея разъехались в довольной улыбке, но он не сдался.

– Вы правы – это действительно хитрый, тщательно продуманный план, который просто не может не привести меня к победе. Но пока я бы не хотел раскрывать вам его. Чтобы быть частью величия, необязательно вдаваться в скучные подробности, интересные только мужчинам, ваше величество. Всему свое время. Рано или поздно вы все равно все узнаете, и это будет приятный сюрприз. Роман интереснее читать, когда не знаешь, чем он кончится. А пока – прошу пройти вперед. Наш осмотр замка еще не закончен.

– Ах, да, – легко мазнув пальцами по лбу, обозначая забывчивость, улыбнулась Серафима. – Сокровищница. У нас же еще остались сокровища.

– Сокровища… Кхм… Да…

Если быть точным, как раз сокровищ-то в сокровищнице и не осталось.

Там была суровая собаковидная стража у входа, был массивный висячий замок и старинной работы медный ключ на медной цепочке, извлеченный царем из-за пазухи; была традиционная долгая лестница в подземелье с редкими факелами в кольцах на стенах, было само подземелье с полками, сундуками и коробами – короче, было все.

Кроме сокровищ.

Несколько золотых монет, завалявшихся в одном из сундуков, удивили самого Костея гораздо больше, чем его пленницу; картины, сваленные стопками на полках, были скорее помещены сюда из-за позолоты на рамах, чем по своей художественной ценности, а полуистлевшие украшенные золотым и серебряным шитьем одежды на железных плечиках к сокровищам могли бы быть отнесены теперь разве что после переплавки.

– Как? – разочарованно обвела огорченным взглядом пустые подвалы царевна. – И это – всё? Да здесь паутины больше, чем золота!

– Увы… – пристыженно опустил голову царь и пожал плечами. – Это – всё. Подготовка великих свершений требует затрат.

– Но если у вас кончились деньги, почему бы вам не наколдовать подвальчик-другой? Ведь вы же всемогущий маг, я ничего не путаю?

– Нет, естественно, я всемогущий, это даже не обсуждается, но дело в том, что созданием одних металлов из других занимается алхимия, а развитием этой области науки как не особо нужной для меня я давно не занимался…

– А ваш камень? Я думала, что все это просто – р-раз! – Серафима небрежно пошевелила пальцами в воздухе, – и готово.

– Иногда да. Иногда – нет. Чем больше плотность материала, тем сложнее с ним работать – превращать его, материализовывать и даже просто менять форму или цвет. Ткань – это одно дело. Плоть человека или животного – немного сложнее. Металлы, камни – еще тяжелее. Слишком большая часть силы амулета чистой магии уходит на эти процессы и потом – на поддержание результата.

– Но давным-давно вы изменили целый замок!

– Да. И второго такого эксперимента мой амулет не потянет. Нужно или создавать новый, или искать другие способы добиться желаемого.

– Ну так создайте!

– Я… не могу сейчас… этого сделать… – Костей замялся и отвел глаз.

– Почему? – слово «тактичность» царевна стала бы искать скорее в справочнике юного полководца, чем в словаре по этике.

– Я… слишком занят. А сотворение нового талисмана чистой магии требует большой подготовки, особых условий и… ингредиентов.

– Значит, ваши финансовые проблемы не могут быть разрешены только потому, что не хватает силы Камня? – она недоверчиво прищурилась.

– А почему еще? – взгляд Костея мгновенно стал колючим и подозрительным.

– А я полагаю, дело совсем не в этом, – задумчиво помяв подбородок и еще раз окинув критическим взором окружающую действительность, произнесла Серафима.

– А в чем же? – не отступал царь.

– У вас аквариум где расположен?

– Что??? – вытаращил глаз Костей, как будто его спросили, откуда у него растет хобот.

– Аквариум. Ну вы же знаете, такой стеклянный ящик с рыбами.

– Рыба? Рыба у нас на кухне…