Отверженные - Оксана Головина

Лиса большими глазами наблюдала за действиями своего соседа, вытягивая шею, наклоняя голову из стороны в сторону и пытаясь разглядеть происходящее. Но за плечами Рейна ничего толком не было видно. Не выдержав, она тихонько спрыгнула на пол и подкралась сзади.

Броган сдул со лба непослушную прядь, закусил губу от усердия и пытался придать гвоздю форму петли. У него так ловко выходило, что Келейр забылась, нависая над ним и заглядывая ему через плечо. Дракон так увлекся, что не почувствовал ее присутствия. Рука ныла, а плечо болело и не давало закончить быстрее. То, на что в другой раз ушла бы пара минут, сейчас заняло более получаса.

Оставалось приладить петлю и крючок из тех же гвоздей к самой двери — и готово! Рейн решил подняться, когда натолкнулся на неизвестную помеху. За его спиной запищали и словно клещами схватились за несчастное плечо. Дракон взревел, отбрасывая негодяя, и только когда обернулся, увидел на полу свою соседку. Лиса прошипела проклятия и поднялась, потирая ушибленный зад.

— Чего толкаешься? — обиженно кинула она.

— Чего вздумал подкрадываться? — ответил он, хватаясь за плечо.

Келейр хотела было возмутиться, но увидела, как он снова поморщился от боли. Она рискнула подойти ближе, но Рейн остановил ее, выставляя вперед руку с молотком.

— Стой, где стоишь, мелкий! От тебя одни неприятности. — Дракон сердито отвернулся и принялся вбивать самодельную петлю.

— С чего это удумал крючок сделать? — раздался за спиной вкрадчивый голос.

Броган поджал губы. Еще спрашивает!

— С того, что мой сосед не имеет ни стыда ни совести! — пробурчал он, проверяя на крепость свое творение.

— Я?! — выкрикнула Келейр.

— А то кто же? — повернулся к ней Рейн. — Врывается, все мое достоинство глазищами своими обшаривает…

— Это у кого достоинство-то?! — вспыхнула лиса. — Это кто обшаривает?! Да там и обшаривать-то нечего!

Она пригрозила соседу кулаками, но стоило дракону приблизиться, как попыталась проскользнуть между ним и стеной. Рейн поймал ее за ворот рубашки, вынуждая остановиться.

— Нечего, говоришь? — зарычал дракон.

Келейр ехидно ухмыльнулась. Обиделся, значит. Так ему и надо! А за крючок на двери ванной — спасибо. От всей ее перепуганной души — спасибо. Конечно, этого она ему не скажет, но все же…

— Пожалуйста, — внезапно кинул Броган и отпустил ее.

Да не может такого быть, чтоб она это вслух произнесла!

Лиса хотела сказать в ответ очередную колкость, но увидела, что ее сосед совсем побледнел и зубы стиснул. Не от злости, скорее, терпит. Больно ему.

— Ты это… что у тебя со спиной? Или с плечом? Что с тобой? А? — спросила лиса как бы между прочим, чтоб не заподозрил в заботе.

— Ничего, — продолжая сердиться, заявил дракон.

Внезапно сферы над их головами погасли, говоря о том, что подошло время отбоя. Отлично! Даже помыться не успел. А все она. Чего смотрит так жалобно? Что опять задумала?

— Рубашку сними, — потребовала Келейр, храбрясь от того, что в комнате уже стемнело и можно было не переживать насчет пылающих щек.

Без своей силы дракон ничего не разглядит, зато ей отлично все видно.

— Это еще зачем? — сощурился Рейн.

— Делай, что говорят, — уже более твердым голосом заявила лиса.

— Зачем? — упрямо повторил он.

— Что я там не видел?! Как девица, в самом деле… — проворчала лиса, заливаясь краской от воспоминаний.

Он прорычал что-то в ответ и с сомнением подчинился, просто желая знать, что у нее на уме. Соседка покрутила пальцем перед самым его носом, веля поворачиваться. Рейн встал к ней спиной и немедленно услышал, как лиса ахнула. Подумаешь, синяк! Что там такого? Но то, что лиса осталась неравнодушной, было приятно, и Рейн довольно ухмыльнулся.

Келейр в ужасе смотрела на его спину. Вся лопатка до самого плеча припухла, расплываясь черным синяком величиной с две ее ладони. В самом центре синяка кожа была содрана, дракон, похоже, налетел на что-то, и без посторонней помощи явно не обошлось, это лиса прекрасно понимала. Кто-то имеет зуб на ее соседа? Решил воспользоваться тем, что силы Брогана блокированы?

Это так бесчестно! Келейр подняла руку и осторожно прикоснулась к его плечу. Она почувствовала, как дракон вздрогнул и как напряглись его мышцы. Рейн ощутил прикосновение, затем блаженный холод охватил все проклятое плечо, даря успокоение, убирая боль. Лиса творила свою магию, и пальцы ее стали ледяными, именно это и было сейчас нужно. Он расслабился, благодарно позволяя ей продолжать.

— Два дня. Ты можешь потерпеть два дня без того, чтоб не влезть в неприятности?

— Нет, — честно признался Рейн.

Облака на небе разошлись, и полная луна высеребрила комнату, будто снова зажглись сферы. Летом долго не темнело, а в ясную погоду можно было отчетливо все видеть до самого рассвета. Даже если ты просто человек. Как он сейчас.

— Скажи, мелкий, — дракон немного повернул голову, желая видеть своего беспокойного соседа, — почему ты здесь?

Рука Келейр замерла на его спине, и Рейн замолчал, ожидая ответа.

— Я четвертый из сыновей, — проворчали позади него, — и должен сам о себе позаботиться.

Броган нахмурился. Странные слова для девицы.

— Ты считаешь, что Арфен научит тебя о себе заботиться?

— Знания всегда нужны. Но Арфен дает не только их, он дает…

— Время… — закончил за нее дракон.

Академия давала им время. Передышку. Шанс. Тут он не мог не согласиться с лисой. Но что она собиралась делать по окончании академии? Проклятье! Зачем загадывать так далеко? Что она вообще собиралась делать? Считала, что сможет продержаться, скрываясь в мужском крыле, ряженная в мальчишку? От кого? Кто за ней гнался? От кого бежала? Что заставило ее быть настолько отчаянной?

— Ты один из немногих, кто пришел сюда добровольно, мелкий.

— Да! — гордо фыркнули рядом с его плечом.

Лиса, сама не замечая, принялась поглаживать раненую спину кончиками прохладных пальцев, отчего мысли Рейна путались.

— Почему? — спросил он, придавая своему голосу небрежность.

— Свободу люблю… — выдохнула устало она и зевнула.

— Лезь на свою койку. И спи! — Дракон отошел от греха подальше и принялся делать вид, что наводит порядок в шкафу, давая соседке возможность забраться под одеяло.