Отверженные - Оксана Головина

— Что происходит? — раздался на крыльце голос проректора.

— Снежками балуемся… — запыхался Рейн, ногой ударил по коленке лежащего Витэшну, и тот заурчал согласно.

Келейр изо всей силы приветливо замахала хвостом, стоило Вардвану спуститься к ним, при этом заметая побитого орка в чистенький белоснежный сугроб.

— Какая прелесть… — процедил сквозь зубы маг и направился через двор к одной из тренировочных площадок.

Двигался проректор как-то необычно, стараясь не поворачиваться к ученикам спиной, при этом явно пряча за этой же спиной нечто ценное. Провожая Вардвана натянутыми улыбками, троица облегченно вздохнула, когда тот скрылся за каменной стеной. Кажется, им сказочно повезло! У начальства было некое секретное дело, поважнее их проделки. А может, и того хуже — сам Аристакес Вардван учудил что-то и теперь скрывался от ректора… Фантазия бурлила в их головах, заставляя отвлечься ненадолго.

Первым очнулся Рейн. Он развернулся на месте, немедленно налетая на Келейр, которая успела обратиться обратно в человека.

— Ты! — ткнул он в соседку обоими указательными пальцами. — Чего лезешь с кулаками?!

— А не приходило в твою пустую голову, что этот орк, — Келейр зло махнула головой, указывая на поднимавшегося Орсо, — первым полез?!

— Моя Файона… — Витэшна покрутил взъерошенной головой, стряхивая с нее снег, и, шатаясь, побрел в направлении колонн.

Разломанная плитка, которой был выложен пол галереи, блестела на солнце и слепила глаза. Гварен проследил за орком, замечая край одежды ведьмы, которая по-прежнему пряталась там. Он хотел было отправиться следом, но услышал плач и понял, что не сможет сейчас разобраться с ведьмой, ревущей в два ручья. Файона надавала своему «поклоннику» пощечин и с визгом убежала прочь, вытирая слезы. Келейр проводила ее сердитым взглядом.

— Чем ты не угодил ведьме, Тай? — мягко поинтересовался Ладвик, осматривая лису на предмет внешних повреждений.

Видя, что она вполне здорова, волк немного успокоился.

— Так вы из-за Макдары сцепились? — спросил Рейн.

Не церемонясь, дракон положил руки на плечи лисе и повертел ее из стороны в сторону, проверяя, цела ли. Она должна была скинуть его ладони, но отчего-то стало так тепло. Хоть и выглядел Рейн сердитым, но в глазах его плескалась тревога. Испугался, значит? Келейр ухмыльнулась своим мыслям, но ее хорошенько встряхнули, возвращая в реальность.

— Что за дела, мелкий?

— Макдара из-за тебя последних мозгов лишилась, чешуйчатый! — фыркнула она. — Все просила вещь твою принести. Ну, я и… и принес…

Лиса закусила губу, сдерживая смех. Ладвик покачал головой.

— Броган, ведьма хотела сделать приворот.

Смех лисы серебристым колокольчиком разлился по двору.

— Она так… так спешила, что даже не подумала о том, что еще два дня на тебя не подействуют никакие чары! — Щеки ее раскраснелись.

— Она приворожила Витэшну вместо Брогана? — серьезно спросил волк.

Келейр заставила себя успокоиться и согласно кивнула в ответ.

— Я стянул носок у орка и подкинул ей.

— Она будет мстить, Тай, — еще серьезнее продолжил Гварен.

— Он прав, мелкий, — согласился с ним Рейн.

— Я знаю, — Келейр обиженно поджала губы, — просто так сложно было удержаться…

— Еще меня пытался поучать, — хмыкнул дракон и неожиданно потрепал соседку ладонью по взъерошенной голове.

Гварен прокашлялся в кулак, скрывая улыбку при виде того, что Броган уже в который раз тянется к соседке. Он мог поклясться, что сокурсник каким-то образом узнал секрет лисы. А та, в свою очередь, неосознанно принимая грубоватую ласку, даже не подозревала, что попалась.

— Нужно рассказать о случившемся ректору, — неожиданно встрепенулась Келейр. — Орсо в беде, пока находится под чарами ведьмы. Он не виноват ни в чем.

— Ты тоже в этом участвовал, мелкий, — проворчал Рейн, в кои-то веки говоря что-то верное, — и тебе от Саргона попадет. Это ведь ты притащил носок, хоть и знал, что Макдара собралась с ним делать!

Лиса поникла, глядя, как последние снежинки тают на солнце.

— Ты прав, Броган, — отозвался волк. — Тая накажут, как и ведьму. Нужно заставить Макдару снять приворот, взамен пообещаем не рассказывать о том, что она сделала. Тогда и не влетит никому.

Ладвик перевел взгляд с лисы и увидел валявшийся в грязи учебник. Понимая, что книга пришла в негодность, волк поморщился.