Алекс Верус. Бегство - Бенедикт Джэка

В принципе обе женщины были моими гостьями.

– Ну… позвольте представить вас друг другу. Лона, это Меридит, она маг. Меридит, это Лона, моя ученица. Лона, а это… Боб, мертвая конструкция. Боб, прошу познакомиться с Лоной. А сейчас с формальностями покончено, верно? Вот и славно.

Согласен, я, наверное, дал маху и наплел лишнего. Но оказывались ли вы сами в столь неловкой ситуации?

Меридит опомнилась первой.

– Ясно! – воскликнула она, вновь уставившись на Лону. – Алекс, вы не говорили, что у вас есть подмастерье!

– Но я… – оторвавшись от созерцания конструкции, Лона посмотрела на Меридит, а потом на меня.

Я собирался кое-что объяснить, но Меридит прервала меня.

– Конструкцию прислали вчера ночью, чтобы убить меня. А он, Алекс, – она положила руку мне на плечо, – меня спас.

Меридит чарующе улыбнулась.

И я залился краской:

– Я просто…

– Ой, простите, меня! – промурлыкала Меридит, сокрушенно глядя на Лону. – Вы же часто бываете здесь, не так ли? Я и не подозревала, что заняла ваше место. Я, наверное, вам мешаю?

Лона сглотнула.

– Нет, – вымолвила она наконец.

Ее голос прозвучал бесстрастно.

– Похоже, мы поладим, – просияла Меридит. – Значит, вы ученица Алекса? И давно вы у него занимаетесь?

Лона посмотрела на меня, и только тут до меня дошло, что в действительности ее взгляд прикован к руке Меридит, лежащей на моем плече. Я подался назад, Лона сверкнула глазами и слегка ссутулилась.

– Мне пора бежать, – вдруг выпалила она. – Я опаздываю.

– Ты? – вырвалось у меня.

– Я должна встретиться с Мартином.

И Лона метнулась к входной двери. Движения ее были порывистыми, резкими, а вовсе не сдержанными, как обычно. Дар предвидения подал мне тревожный сигнал, и я непроизвольно отступил в сторону, пропуская Лону. Через мгновение она уже находилась на лестничной площадке.

– Лона, подожди! – завопил я, выскакивая за ней следом.

Лона летела вниз по ступенькам. Услышав мой голос, она моментально остановилась. Серебристый туман ее проклятия трепыхался из стороны в сторону и даже увеличился в объеме: мерцающие щупальца извивались в воздухе, впитываясь в стены и пол.

Еще один шаг – и я окажусь в смертельной опасности.

Я замер.

– Мне нужно с тобой поговорить. И с Мартином. Попроси его завтра заглянуть в магазин.

– Зачем? – голос Лоны был равнодушным, но в нем прозвучали подозрительные нотки.

– Ты хотела, чтобы я ему помог, да? Если Мартин придет, я что-нибудь сделаю с «обезьяньей лапой».

Лона кивнула:

– Чудесно.

Я заколебался. Мне захотелось добавить что-нибудь обнадеживающее и похвалить Лону за храбрость. Однако, прежде чем я хоть что-то сообразил, Лона развернулась и направилась вниз: сицилийское проклятие ярко вспыхнуло, после чего потускнело.

Спустя несколько секунд Лона скрылась из виду и до меня донесся грохот захлопнувшейся двери.

Я нахмурился и попытался разобраться в том, что сейчас произошло. У меня ничего не получилось: ра-зумные мысли исчезли, смытые волной смертельной усталости.

Вернувшись в квартиру, я поплелся в гостиную и рухнул на диван.

– Алекс! – озабоченно окликнула Меридит. – Ты в порядке?

(Еще утром мы перешли на «ты».)

– Угу, – не открывая глаз, ответил я.

Странно как-то… я до сих пор не оправился от шока после всего пережитого в Хэмпстед-Хит, но почему-то мне не хотелось говорить с Меридит о моих парковых злоключениях.

Мне казалось, что именно она виновата в размолвке с Лоной, хотя и не мог объяснить почему.

– А я… я связалась с Белфасом.

Я не сразу сообразил, кого она имела в виду. Забавно – пока я находился вместе с Лоной и Арахной, все, что имело отношение к Меридит, казалось несущественным. Наконец я вспомнил:

– Ах да, с Белфасом!

– Он хочет с тобой встретиться. Я могу проводить тебя к нему сегодня вечером?

Я бы с радостью сидел на диване до заката и не шевелился.

– Ладно, – выдавил я. – Мне нужно полчаса, и я буду готов.

Постояв в нерешительности, Меридит удалилась на кухню.

Я устроился на диване поудобнее и попытался проанализировать сложившуюся ситуацию. Мне надо понять, кто пытается меня убить и почему. И мне необходимо иметь побольше информации о Белфасе… и о самой Меридит. Что ими движет? Каковы их цели?

И мне нужно что-то предпринять насчет Лоны, Мартина и «обезьяньей лапы».

Увы, сейчас меня клонило в сон. Я хотел только отдыхать и думать о чем-то приятном.

Но – делать нечего! – собравшись с силами, я переоделся и отправился вместе с Меридит к «Канареечному причалу». По словам Меридит, Белфас занимал офис в одном из небоскребов. Что ж, вполне логично: ведь маги любят высокие башни. В нашем мире это своеобразный статусный символ, хотя никто не может объяснить почему. Одни утверждают, что все дело в атавизме. Дескать, в далеком прошлом магам часто угрожали враги из других кланов, так что каждый мечтал обзавестись неприступной крепостью и в случае осады держать оборону. Естественно, башня давала магу определенное тактическое преимущество.

Другие же, напротив, говорят о том, что именно увлечение астрономией и явилось тут точкой отсчета. Может, они и правы, поскольку, высокая башня предоставляет прекрасное место для наблюдения за звездами.

Есть и третье объяснение, когда одновременно ссылаются на панорамный вид, уменьшение негативного электромагнитного воздействия и положительное влияние на представителей противоположного пола. Сюда же присовокупляют удобство, комфорт, современные технологии (в том числе и скоростные стеклянные лифты), а также примитивное «у меня башня выше, чем у тебя, а значит, я круче». Лично я подозреваю, что магам просто нравится ощущать себя на вершине, но я предпочитаю держать свое мнение при себе.

Офис Белфаса находился почти на самом верху второго или третьего по высоте небоскреба комплекса, из чего следовало, что Белфас или могущественный и успешный маг, заботящийся о своей репутации, или пытается компенсировать свои психологические комплексы. Впрочем, все зависит от точки зрения.

Просторный вестибюль на первом этаже поражал роскошью: стены были обшиты дорогущей древесиной, а пол просто сверкал чистотой.

Швейцар проводил нас к лифту, мы зашли в кабину и устремились вверх.

Задняя стенка кабины оказалась зеркальной, и, пока мы поднимались, я разглядывал отражение Меридит.

Всю дорогу моя спутница не проронила ни слова, и я гадал, а не боится ли она Белфаса. Я не забыл разговор, случайно услышанный вчера вечером.