Арена 13. Воин - Джозеф Дилейни

Мне стало ясно, как возникло Колесо Мидгарда с его тринадцатью Аренами. Но наше деревянное здание было бледным подражанием куполу в центре города джиннов.

– Значит, если нам не удастся отправиться на север, меня не смогут судить? – спросил я.

– Здесь никто не обладает достаточными знаниями, чтобы тебя допросить. А если допрос и суд не состоятся, моя госпожа будет вынуждена лишить тебя жизни. Таков закон.

– Хорошо, что она проделала такой длинный путь, чтобы меня выслушали, – сказал я.

Пери улыбнулась:

– Она делает это скорее ради себя, чем ради тебя. Здесь, к югу от Высокой Стены, обитают слабые. На севере, за Стеной, обитают сильные; те, кто состязается за право покинуть этот остров.

– Мы на острове? – удивился я.

– Да. Город стоит на острове, образованном течением реки; но мы находимся также на более обширном острове посреди океана. Еще один остров лежит к югу отсюда, а вдали есть огромные земли – континенты, где обитают самые могущественные джинны. Вот чего желает моя госпожа: быть вместе с сильными, а не со слабыми. Ты дал ей повод возобновить борьбу за положение.

Внезапный озноб пробрал меня, когда я понял, что подразумевает Пери.

– Джинны к северу более грозные, чем те, которых я видел до сих пор? – спросил я.

Ада упоминала о других разновидностях джиннов и предупреждала, что благодаря эволюции они, вероятно, стали более могущественными, чем во времена Империи. И вот теперь я понял, что это на самом деле значит. Нас всего несколько тысяч человек, а мир за нашим островом кишит джиннами.

– О да, – ответила Пери. – Разумеется! Их называют асками, и их сущности составляют огромные армии верхом на разирах. А еще они нанимают барсков и орлов, бинарных джиннов, чтобы те сражались бок о бок с ними, а также действовали в качестве воинов-посланников. Барск едет на о́рле, который бежит на двух ногах быстрее агнваны. Это грозные двойные твари, и на них страшно смотреть. Они служат аскам, чтобы поддерживать порядок среди младших джиннов и улаживать конфликты.

– Мне бы хотелось посмотреть на одного из тех могущественных джиннов, Пери, – сказал я.

– Если ты выживешь, однажды твое желание увидеть аска исполнится. Но скоро ты наверняка увидишь барсков и орлов. Три бинарных джинна уже направляются сюда, чтобы надзирать за Играми, которые решат нашу судьбу.

– Я смогу посетить Арену и посмотреть на Игры? – спросил я.

Я ожидал категорического отказа, но, к моему удивлению, Пери сказала, что Шалатан обязательно пожелает, чтобы я там был.

После этого Пери начала учить меня Высокому Языку, но мне было трудно сосредоточиться на уроке.

После ухода девушки мне пришлось о многом поразмыслить. Последние сведения не сулили для вторжения гентхайской армии ничего хорошего, и я гадал – какие еще плохие новости ожидают меня на севере.

При первом взгляде на барска меня и вправду пробрал озноб, но величайшую тревогу внушил мне именно орл.

Однажды я быстро шел по краю озера, дрожа на холодном ветру. Здесь окаймляющая озеро изгородь была низкой и не мешала мне смотреть на огромную арену из красного камня в центре города. Игры должны были начаться через несколько дней, и эти состязания очень меня интересовали. Ведутся ли они по тем же правилам, что и Тригладус на Арене 13?

Внезапно я услышал странный звук – металлический, гулкий, надолго повисший в воздухе. Звук донесся с запада, от океана, и перед моим мысленным взором возникли Бронзовые Ворота в Высокой Стене. Я понял, что их только что захлопнули, впустив в город барсков и орлов, которые должны были прибыть сегодня.

Я продолжал идти вперед. Конечно, бинарные джинны не могли появиться у озера – их проводят в здание, где располагается Арена. Я вообще никого еще не встречал здесь во время своих прогулок. Пери сказала, что днем по эту сторону изгороди безопасно, но что я ни при каких обстоятельствах не должен пролезать в брешь и переходить озеро по центральному мосту, ведущему к Арене.

Когда я в конце концов вернулся обратно, все было тихо и спокойно. На земле лежал мелкий снежок – первый за эту зиму, но небо было ясным, и заходящее солнце отражалось в спокойных водах пустынного озера. Ближе к городу я видел лодки на некоторых озерах, но на этом – ни одной.

Я шагал прочь от моста, как вдруг далеко за моей спиной послышалось легкое ритмичное постукивание. Оно напоминало стук копыт, но не лошадиных, и четко раздавалось в неподвижном воздухе.

Я оглянулся и увидел, что кто-то движется по мосту в мою сторону. Мгновение я пристально всматривался туда…А потом кровь в моих жилах застыла.

Седок ехал на спине создания не больше лошади, но в аллюре этой «верховой» было что-то очень странное. Увидев, что существо передвигается на двух ногах, я повернулся и пошел от озера к своей ханше так быстро, как только мог, не срываясь на бег. Я не захватил с собой ни меча, ни щита – зачем носить их на прогулку у озера? – и теперь чувствовал себя ужасно беззащитным.

Я рискнул снова оглянуться и увидел, что странное создание и его наездник уже у края моста. Теперь они приостановились и, похоже, пристально смотрели в мою сторону.

Я поспешил дальше почти бегом. Еще один взгляд сказал мне, что парочка следует за мной. До сих пор я возвращался по своим следам, оставленным на снегу; теперь же свернул влево, к городской стене, в сторону от своего жилища.

Я твердил, что веду себя глупо; барск и орл не гонятся за мной – просто следуют своим путем ко входу в подземелье, чтобы посовещаться с Шалатан и обсудить приближающиеся Игры.

Однако очередной взгляд вне всяких сомнений подтвердил, что они нацелились на меня. Слева от меня в городской стене была маленькая потайная калитка, которую я часто исподтишка исследовал, но она каждый раз оказывалась накрепко заперта. Отсюда до ханши оставалось еще пятьсот шагов.

Я понял, что мне не сбежать, и остановился. Я никогда не смог бы перегнать эту тварь и ее наездника. Кроме того, если я побегу, джинн с полным правом может считать меня своей добычей. Пери заверила, что я буду в безопасности, если не сунусь в сад после темноты, – значит, раз солнце все еще висит над горизонтом, мне нечего бояться.

Я повернулся лицом к своим преследователям, пытаясь отдышаться и представляя, как бы повел себя в такой ситуации Гаррет, храбрейший из воинов. Я мысленно услышал его смех и неистовые слова, которые никогда не были пустой бравадой: «Всего один, Лейф? Вряд ли он стоит моих хлопот. Я оставлю его тебе!»

Барск остановил орла, когда до меня оставалось примерно десять человеческих шагов.

Хотя барск представлял собой ужасающее зрелище, создание, на котором он ехал, внушало еще больший страх.

Я видел в глазах разира похожий ум, но куда менее острый. Орл был чуть крупнее верховых лошадей гентхайских воинов, но не такой коренастый, как тяжеловозы Джиндина. В некоторых отношениях благодаря таким же быстрым, порывистым, целеустремленным движениям он смахивал на птицу, но ноги его были более мускулистыми и покрыты зеленой чешуей, как у болотной ящерицы, а тело – крупным, с длинным хвостом, который дергался за ним как третья нога. Тонкие жилистые руки имели по пять пальцев, в том числе противостоящий большой; пальцы эти ритмично сгибались и разгибались, их острые когти блестели, как маленькие серебряные кинжалы. Широкие ноги опирались на три когтистых пальца, из пятки выступала острая костяная шпора. Шея была длиннее лошадиной, и только ее защищали пластинчатые доспехи вроде тех, что носил разир. На массивной, как гранитный блок, голове подергивались и поворачивались туда-сюда очень маленькие уши, словно пытаясь прислушаться одновременно ко всему, что происходит вокруг. Морду и плечи покрывали чешуйки с черной каймой, темнее чешуи на теле. Еще ужаснее злобных глаз были зубы: двойные ряды острых как бритва, клыков, загнутых внутрь приоткрытой пасти, словно готовящейся укусить.