Королевское чудовище - Кристина Кашор

Она заставила разум серьезно обдумать вопрос, хоть сердце уже все решило. В Столице у нее будет много врагов, и многим она понравится без меры. Ее будут разглядывать и оскорблять, и ни на мгновение нельзя будет ослабить психологическую защиту. Ее возжелает король. А еще он и его советники захотят использовать ее силу против пленников, врагов, против каждого из того множества людей, которым они не доверяют.

А ехать туда придется с этим грубым человеком, который терпеть ее не может.

— Король просит меня, — уточнила Файер, — или приказывает?

Бриган холодным взглядом рассматривал ковер.

— По сути, это был приказ, миледи, но я не стану вас принуждать.

Итак, по-видимому, у него есть право не повиноваться воле короля; или, возможно, желание ослушаться приказа — знак того, насколько сильно Бригану не хочется везти ее к своему слабовольному брату.

— Если король ожидает, что я использую свою силу, чтобы допрашивать его пленников, его ждет разочарование, — предупредила Файер.

Бриган едва заметно согнул руку у рукояти меча и сжал ладонь в кулак. Промелькнуло какое-то чувство — нетерпение или, может, гнев. На долю секунды он посмотрел ей в глаза, а потом снова отвел взгляд.

— Едва ли король попытается заставить вас делать что-то, что вам не угодно.

Из этих слов Файер поняла: принц полагает, что она способна и собирается управлять решениями короля. Лицо ее пылало, но она лишь чуть вздернула подбородок и сказала:

— Я поеду с вами.

Арчер возмущенно фыркнул, но прежде, чем он успел раскрыть рот, она повернулась и посмотрела ему в глаза. «Не спорь со мной перед братом короля, — подумала она. — И не разрушай мир, который длился целых два месяца».

Арчер выдержал ее взгляд.

— Это не я его разрушаю, — тихо ответил он.

Брокер к такому привык; но вот что подумает Бриган об этом противостоянии взглядов и об этом одностороннем споре? «Не сейчас. Можешь позорить себя сколько угодно, но позорить меня я не позволю».

Арчер издал звук, похожий на шипение, развернулся на пятках и стремительно покинул комнату, грохнув дверью и оставив за собой неловкое молчание.

Файер коснулась платка и снова повернулась в Бригану.

— Прошу, простите нашу грубость.

— Не беспокойтесь, — в серых глазах не отразилось ничего.

— Как вы собираетесь обеспечить ее безопасность в пути, командующий? — тихо спросил Брокер. Бриган повернулся к нему, а потом опустился в кресло, положив руки на колени. Он словно стал держать себя совсем по-другому. С Брокером ему, казалось, было легко и приятно, теперь он и вправду походил на юного командира войска, который почтительно общается со своим наставником.

— Сэр, мы поедем в Столицу в сопровождении всего Первого войска. Они расположились к западу отсюда.

— Вы не так меня поняли, юный принц, — улыбнулся Брокер. — Как вы собираетесь охранять ее от Первого войска? Среди пяти тысяч человек обязательно найдется такой, кому взбредет в голову выкинуть что-нибудь недоброе.

Бриган кивнул:

— Я лично отобрал двадцать стражников, которым можно доверить заботу о ней.

Файер упрямо и решительно скрестила руки на груди.

— Обо мне не нужно заботиться. Я могу защитить себя.

— Я в этом не сомневаюсь, миледи, — мягко ответил Бриган, глядя себе на руки, — но если вы поедете с нами, охрана вам все равно нужна. Я не могу позволить гражданской женщине путешествовать в течение трех недель в компании пяти тысяч воинов без сопровождения охраны. Уверен, вы понимаете, что это разумно.

Он намекал на то, что она — чудовище и провоцирует недостойное поведение. И постепенно, остывая, Файер действительно поняла, что это разумно. Ей и вправду еще никогда не приходилось противостоять пяти тысячам мужчин. Она тоже села.

— Хорошо.

— Если бы только Арчер был здесь и видел, какие чудеса творят разумные аргументы! — усмехнулся Брокер.

Файер фыркнула. Арчер не подумал бы, что она согласилась на охрану из-за разумности аргументов. Он бы тут же решил, что она влюбилась в самого симпатичного из стражников.

— Я пойду собираться, — она снова поднялась на ноги, — и попрошу Донала оседлать Малыша.

Бриган тоже встал.

— Хорошо, миледи. — Лицо его снова стало закрытым и бесстрастным.

— Вы подождете здесь со мной, командующий? — спросил Брокер. — Мне нужно кое о чем с вами поговорить.

Файер внимательно посмотрела на него. «Да? И чем же вы хотите с ним говорить?»

Но Брокер был выше молчаливых препирательств, к тому же его разум был чист и силен, и он мог открыть ей мысль такую четкую, что она звучали почти как законченное предложение. «Хочу дать ему несколько тактических советов», — подумал Брокер.

Немного успокоившись, Файер оставила их наедине.

Добравшись до спальни, она обнаружила, что на стуле у стены сидит Арчер. Это была вольность с его стороны — войти в ее комнату без разрешения. Но она простила его. Арчер не мог вот так бросить все свои обязанности по отношению к дому и землям, чтобы поехать с ней. Он останется здесь, и им придется надолго разлучиться — на дорогу туда и обратно уйдет почти шесть недель или даже больше, если она какое-то время проведет в Столице.

Когда Брокер спросил ее, четырнадцатилетнюю, какова ее власть над Кансрелом, когда она входит в его разум, Арчер бросился ее защищать.

— Где твое сердце? Он ее отец. Не усложняй их отношения еще больше.

— Я всего лишь спрашиваю, — ответил Брокер. — Властна ли она влиять на его суждения? Смогла бы навсегда изменить желания?

— Всякий поймет, что это не праздные вопросы.

— Это необходимые вопросы, — проговорил Брокер, — как бы я ни хотел обратного.

— Мне все равно. Оставь ее в покое, — отрезал Арчер с такой яростью, что Брокер отступился, по крайней мере, в тот раз.

Наверное, в этом путешествии ей будет не хватать защиты Арчера. Не потому, что она необходима, а лишь как знака того, что Арчер рядом.

Откопав в куче на дне шкафа седельные мешки, Файер принялась складывать туда белье и дорожную одежду. Возиться с платьями смысла не было. Никто никогда не замечал, что на ней надето, к тому же после трех недель в мешках их все равно нельзя будет носить.

— И ты бросишь своих учеников? — наконец заговорил Арчер. Опершись локтями на колени, он наблюдал за тем, как она собирается. — Вот так просто?

Она отвернулась от него, делая вид, что ищет скрипку, и позволила себе улыбнуться. Раньше он никогда так не волновался о ее учениках.

— Быстро ты все решила, — добавил он.

— Я никогда не видела Столицы, — просто ответила Файер; для нее все было очевидно.