Звездная королева - Рошани Чокши

– Ты совсем мне не доверяешь, не так ли?

– Да, – призналась я. Лгать причин не было. – Как я и сказала на Ночном базаре, доверие завоевывается временем и делами. Не словами.

– Я хочу твоего доверия.

– Одно твое желание ничего не изменит. Как тебе доверять? Я даже не…

Я проглотила остаток фразы. «Я даже не видела твоего лица». Вдруг Гупта солгал и у Амара и впрямь там уродливый шрам. Он подошел так близко, что между нами только ладонь бы и протиснулась.

– Даже не… что? – не то спросил, не то прорычал Амар.

– Я даже не видела твоего лица.

Вокруг него все еще клубился странный холод, точно дым, и даже сонм сияющих огоньков не спас стеклянный сад от мрачных теней.

– Ты этого хочешь? И сразу начнешь мне доверять?

– Это стало бы неплохим первым шагом.

– Тебе невозможно угодить.

Я не ответила. Амар наклонился вперед, и шелковые края его капюшона скользнули по моей шее. Дыхание перехватило.

– Тебе правда это нужно? Незащищенный взор может выдать тысячу секретов.

– Я все равно их узнаю, – невозмутимо откликнулась я.

Я ждала возражений и споров, а когда Амар промолчал, протянула руку. Он стоял неподвижно, мышцы под одеждой напряглись. Я слышала его дыхание, видела, как вздымается и опускается грудь, чувствовала исходивший от него запах мяты и дыма. Медленно я развязала тесьму серо-голубого капюшона. Мелкие жемчужины цеплялись за шелк его накидки.

Внезапно Амар сжал мои запястья.

– Я доверяю тебе, – сказал он.

Капюшон упал на пол, шелк прошуршал по стеклу. Я подняла взгляд на лицо Амара. Он оказался молод, но в чертах притаилась какая-то усталость.

Я рассматривала строгие линии носа, гладкую смуглую кожу. Веяло от него неким смертоносным изяществом, словно от хищника в покое – бронзовая челюсть сужалась под острым как нож углом, губы кривились в едва заметной улыбке, а тяжелые брови отбрасывали на глаза мрачные тени.

При виде этого лица что-то во мне дрогнуло. Будто узнавание, порожденное мечтами; как в миг перед пробуждением, когда сон размывает истинный мир, и тебе все еще чудятся монстры с острыми клыками и прекрасные крылатые создания.

Амар перехватил мой взгляд, и в глазах его полыхало необузданное пламя.

– Ну что? – спросил он без всякого упрека, лишь с любопытством.

– Я не увидела никаких секретов в твоем взоре, – ответила я.

«Я увидела в тебе только ночь и дым, сны и стекло, угли и крылья. И другого тебя мне не надо».

– Я твою просьбу выполнил, могу ли и сам попросить?

– Мне, в отличие от тебя, скрывать нечего.

Амар улыбнулся, и я изумленно на него уставилась. Улыбка преображала его суровое лицо так, что хотелось смотреть на него вечно.

– Напротив. У меня в этом вопросе выбора нет, а вот у тебя – очень даже.

– Чего ты хочешь?

Потянувшись, он скользнул пальцами по моим волосам.

– Несколько прядей твоих волос.

В Бхарате некоторые придворные на время путешествий наматывали на запястья волосы своих жен. То был знак любви и веры. Попытка сохранить связь с любимым человеком, даже если это всего лишь браслет из локонов.

– Ты позволишь? – спросил Амар.

Я кивнула. Небольшим кинжалом он ловко срезал пару прядей и, быстро скрутив их, надел на запястье. Там же виднелся еще один браслет, которого я прежде не замечала. Простой ремешок из черной кожи, завязанный элегантным узлом.

– Спасибо, – поблагодарил Амар, прикрывая второй браслет рукавом.

Я постаралась ответить легко и непринужденно:

– Пустяк.

– И все же я за этот пустяк отдал бы что угодно. – В голосе его не было насмешки, лишь странная прямота, будто Амар за всю жизнь не говорил ничего искреннее.

– Значит, мое добровольное согласие должно принести тебе облегчение.

– Изумление, – пробормотал он, все еще разглядывая скрученные локоны. Затем поднял глаза на меня, и сердце в груди затрепетало. – Не облегчение. Облегчение испытываешь, когда хочешь, чтобы что-то прекратилось.

Между нами вспыхнул и тут же исчез крошечный огонек.

– Что это?

Амар проследил за моим взглядом.

– Желания.

Я округлила глаза:

– Огоньки исполняют желания?

– Увы, нет. Это уже загаданные желания.

– О чем они?

– Или о ком?

– Это еще одна тайна, которую скрывает от меня луна?

– Нет, – усмехнулся Амар. – Эту тайну от тебя скрываю я.

– Почему ты не хочешь рассказать?

– Потому что тогда пропадет все веселье.

Я закатила глаза и отвернулась, но он поймал меня за запястье.

– Разве ты не хочешь знать, что я загадал?

По щеке скользнуло теплое дыхание.

– Нет.

Я не могла отвести взгляд от мерцающих огоньков. Как же их было много. И почему Амар сказал «о ком», когда речь зашла о его желаниях?

– Я не выношу обмана.

– Тогда перестань себе льстить.

Он рассмеялся и отпустил меня.

– Я скажу, чего пожелал, если ты меня поцелуешь.

Я повернулась к нему:

– Ты можешь солгать, даже если я соглашусь. Как потом доказать, загадывал ли ты то, о чем расскажешь?

– Как всегда умна, – улыбнулся Амар.

– Или просто не хочу тебя целовать.

– Опять врешь, – хмыкнул он.

Затем вытянул руку, и на ладони его заплясала пригоршня огней.

– Поцелуй меня и поймешь, что я говорю правду.

Он наклонился, огоньки озарили смуглое лицо. В их сиянии оно казалось пропитанным медом. Но я не собиралась так легко сдаваться и, быстро ткнувшись губами в теплую щеку, отступила. Амар, так и не распрямившись, на миг округлил глаза, а потом вдруг расхохотался.

– Глупый оптимизм.

Я пропустила слова мимо ушей.

– Ну и что там с желаниями?

– Сама смотри. – Он раскрыл ладонь.

Уже пустую. Целая треть огней вокруг нас погасла. Я вглядывалась в темноту, ожидая, когда они вспыхнуть вновь, но напрасно.

– Исполнившись, желание исчезает навсегда.

– И вот это ты загадал? – недоверчиво спросила я. – Поцелуй в щеку?

– Нет.

– Что тогда?

– Это. – Амар указал на разделяющее нас пространство. – Шанс быть рядом с тобой.