Ой-ой-ой, домовой! - Галина Гончарова

– Он твоей матери не сказал?

– Когда женился? Нет.

– Козел, – резюмировала я.

– Эй, полегче! Хвост оборву!

– Без лап останешься. Сам подумай, о таком надо говорить до свадьбы, а не после. Свинство же получается…

– Отец боялся, что мать ему откажет.

– Я бы и отказала. И потом бы ушла… у него как, голова после признания не болела?

– Отчего?

– От скалки.

Шутку Керт понял и покачал головой.

– Мать не сразу узнала, но когда за три года у них детей не случилось, пошла по бабкам. Ей все говорили, что с ней все в порядке. Вывод?

– И как она твоего отца затащила к бабкам?

Керт ухмыльнулся.

– Никак. Она пригласила с десяток бабок-знахарок к нам в дом. И те пришли.

Я представила ужас мужика, который является домой, и тут….

– Да, дорогой, я тебя люблю, дорогой, пойдем, покажемся бабушкам…

– А он тоже хуртар?

– Да, и что?

– И не мог их разогнать?

– Разогнать – мог, а вот затыкать оказалось поздно.

Я фыркнула. Страшная мстя, однако, получилась.

– И что сделала твоя мать?

– Она действительно сильно разозлилась. А потом поставила отцу условие. Два раза она ему изменит. Только два раза, и исключительно в подходящие дни… ты поняла?

– Чтобы точно затяжелеть?

– Ага. Выбрали лэрра Эрарда, отец его подпоил, он даже и не узнал. А дальше мать сама все сделала.

– Сразу видно, сделано по пьянке, – согласилась я. – А второй раз?

– А зачем искать добра от добра? Мать отца тоже любит, просто ей детей хотелось. Так что у меня есть брат. Младший.

– И у него… тоже?

– Пока – нет. А если потом начнется?

Я задумчиво кивнула. Да, такого врагу не пожелаешь. Ладно еще самому отбиваться, а когда близкого человека зацепить может? Да, проблема…

– А почему тебя зацепило?

– А что ты знаешь про механизм порчи? – уточнил лэрр.

Я покачала головой.

– Мало.

– Ну, тогда слушай.

Я уселась на попку и превратилась в слух.

* * *

Порча.

Здесь это слово имеет другое значение, не то, что в нашем мире. Ты можешь убегаться под дверь к врагу и рассыпать там всякие иголки или землю хоть горстями, хоть телегами – это твои личные трудности. Не подействует.

Разве что кошка лапы наколет.

Здесь порчу можно навести только по крови. Только так.

Либо у тебя есть кровь жертвы, либо его ближайшего родственника. Тогда ты можешь провести ритуал, который… внимание! Венец безбрачия, неудачи, и прочая ахинея тоже не работают! Действует только конкретное и материальное. К примеру, безбрачия ты не добьешься, а вот бесплодия можешь.

Спотыкаться человека не заставишь, и выгодную сделку ему не сорвешь, а заболеть и умереть «порченный» может очень быстро. Или с ума сойти, к примеру. Кровь – тело физическое, вот и действовать оно будет на физическое, не на материальное или духовное.

Как всегда – оговорки.

Порчу нельзя навести безнаказанно, она отольется и тебе. Как? Это становится видно со временем. Кстати, все городские повитухи, лекарки и прочие ведьмы стараются доносить о случаях уродства у детей. Да, может быть и так, что мать вино хлестала или заморские травы курила, или просто – с отцом кровь не совпала. Тогда дети страдают.

Но часто бывает и откат от порчи.

Почему так?

А вот! Кровь к крови, кровь за кровь… Могут быть и варианты полегче. К примеру, болезнь проклинающего, но тут уж как повезет.

Рано или поздно все проклинатели отслеживаются, но как быть, если время поджимает?

Только искать. Своими силами.

И главный вопрос. Можно ли снять порчу?

Ответ – да. Это несложно, надо всего лишь провести тот же ритуал. К примеру, Люся прокляла Мусю, а потом раскаялась. Вот, чтобы повернуть ритуал вспять, Муся проводит то же самое с Люсиной кровью. Минус на минус дает плюс, и порча взаимоуничтожается.

Я аж головой помотала.

– Серьезно?

– А что странного?

Я не знала. Но все равно…

– А расследовать дело нормальными силами?

На меня так посмотрели, что осталось пальцем у виска покрутить.

– Ага. Мой отец – эр-хур, и он будет такое кому-то рассказывать? Вытряхивать все семейные тайны? Ты как себе это представляешь?

Ну, ради сына я бы еще и не на то пошла. Но… в том-то и пикантность, что дети – не родные.

Хочешь, дорогуша, попугайчика? Играйся.

Хочешь ребеночка? Да на! Заводи!

Не знаю, что такое эр-хур, но есть у меня печальные подозрения, что дети ему так до конца родными и не стали.

– Мать могла бы сюда приехать? Сам отец…

– И чем они мне помогут? Лэрр Эрард написал…

– Тебе – или отцу?

Керт нахмурился.

– Ладно. Отцу. И что?

– Да ничего, просто это логично. Ты для него так и должен бы остаться сопляком на лошадке, жизнь такая…

– Тебя спросить забыли.

Я махнула хвостом. Оказывается, это намного удобнее, чем махать лапами, те коротенькие, а хвост сразу видно.

– Ладно, не шипи. Я полагаю, мы в одной лодке… тебе нужен проклинатель, ну и я тоже не отказалась бы. Тебе его убивать обязательно?

– А что?

– Может, он мне в хозяйстве пригодится.

– Пусть проклятие снимет, а там… договоримся.

Обещание было крайне расплывчатым, но я решила положиться на судьбу и кивнула.

– Ладно. Что тебе надо от меня?

– Информацию, конечно. Ты наверняка что-то видела, слышала, узнала…

Я пожала лапами.

– Это-то да, но как оно тебе поможет? Слушай, раз у вас тут все завязано на крови… нельзя эту компанию прогнать через какой-нибудь детектор лжи? Полиграфа у вас тут нет?

– Это что такое?

Пришлось рассказать.

Мужчина грустно покачал головой.

– Нет, такого нет. А жаль, кстати, может, потом придумаем, с твоей помощью.

– Посмотрим, если в цене сторгуемся. А что есть?

– Алтари Хурта. Там можно поклясться в своей невиновности.

– Но?

– Процедура сугубо добровольная, это раз. Одна клятва – один год жизни, это два. И не только у тех, кто дает клятву, но и у того, кто ее принимает, это три.